Кому много дано. Книга 3 (СИ). Страница 7

Мусор мы собрали, весь. Стало как-то сразу некуда девать руки. Аглая залезает на широкий подоконник, глазами указывает на пространство рядом с собой. Тоже сажусь. Места здесь хватает обоим.

— Нормально… Мне-то что сделается? Вот за закупкой учебных курсов слежу. Собрания проводим, бюджет голосованием распределяем. УДО выбиваю для тех, кому тут уже нечего делать. В общем, медленнее, чем хотелось бы, но все продвигается.

— Это все здорово, правда. Но я… не совсем об этом. Ты сам как, Егор?

Пожимаю плечами. Я, конечно, расстроен предательством Степки. Но не только этим.

Вот сам же хотел, чтобы Вектра уехала, сам все устроил…

— Вектра сама хотела уехать, — отвечает Аглая на мои невысказанные сомнения. — Понимала, что ей не место здесь. И ты же видел, какая она теперь счастливая, как у нее много всего стало в жизни…

Конечно, я видел — все видели. И надо бы радоваться, но что-то не получается. Меняю тему:

— А ты сама какой видишь свою жизнь после колонии? Куда ты поедешь, что станешь делать, когда сможешь все?

Аглая улыбается — кожей чувствую волну исходящего от нее тепла.

— Первым делом разыщу ванну и залезу в нее на весь день, нет, на сутки! Магазины, рестораны, танцы — это потом все, сначала — ванна! Илюватар, как хочется просто лечь в горячую воду!

Хм, как раз ванна у меня и в колонии есть… Я даже знаю, как управлять температурой, можно подачу холодной воды прикрутить на время. Некоторые любят погорячее…

Для этого мы, на самом-то деле, и остались вдвоем в зале для занятий магией. Ну, понятно ведь — чай, не дети уже. Аглая привлекла мое внимание в первые часы в колонии, и каким бы мрачным и пугающим все вокруг ни выглядело — один взгляд на эту огненную красотку возвращал радость жизни. Потом, правда, у нас с Аглаей стало все сложно, и появилась Вектра, с которой я был так счастлив, что не понял — она-то со мной счастлива не была. Вектра — слишком чистая и искренняя девушка, чтобы наслаждаться отношениями, которые обречены быть временными. Мой брак должен стать политическим союзом с авторитетной и сильной сибирской семьей. Собственно, из-за того, что Парфен Строганов этим принципом пренебрег, и возникла вся эта ситуация, когда его наследник оказался в колонии. Пример моей тетки Ульяны показывает, что недостаточно быть хорошим и добрым человеком, чтобы дать отпор хищникам… И ведь не только Гнедичи охочи до оставшегося без твердой хозяйской руки чужого добра. Сибирь — суровый край, слабости здесь не прощают.

Так что и на огненной эльфийке я жениться не смогу. Допустим, силы характера ей не занимать, но все равно она не из этих мест, чужая здесь, а значит, случись что со мной — ее сожрут. А мне следует заботиться об интересах рода прежде всего.

— Егор, ты не думай, я все понимаю, — Аглая берет серьезный тон — реагирует на изменение моего настроения. — Для Вектры все было не так, а я… намного проще. Сколько бы времени нам ни было отведено — я буду благодарна Основам за каждый час. А когда придет час расставания — отступлю без слез и обид. Не стану претендовать на то, что не мое по праву рождения.

Совсем забыл, что Аглая умеет говорить красиво — эльфийское воспитание не пропьешь.

Она осторожно накрывает мою руку своей. Да, ведь защитный контур в ее браслете больше не действует. Зачем ей теперь защитный контур — она маг второй ступени и способна десяток пустоцветов одним движением ладони разметать. Включая, кстати, меня.

Ладонь у нее теплая и удивительно нежная.

Вот только если я отведу ее сейчас в купальни, то буду все время думать о другой девушке, с которой там бывал. И которую никогда теперь не увижу иначе, чем на экране.

Осторожно отнимаю руку:

— Глань, не обижайся, но я что-то… не на той волне сейчас.

Гланя и не обижается — с осени многое изменилось. Она откидывается назад и заливисто смеется:

— Только не переходи к той части, где начинаешь говорить, что я очень красивая! И что дело не во мне, дело в тебе! Давай сегодня без этого, лады?

Уфф, вот только еще одной драмы мне не хватало.

— Лады. Давай о другом, правда. Чем ты на самом деле хочешь заниматься после колонии? Ну, я имею в виду, после того, как примешь ванну.

— Я думала об этом, — Аглая печально улыбается. — И получается, что нигде мне нет места. Домой возвращаться не стоит… никто не будет мне рад. На государеву службу не тянет — находилась в форме на долгую эльфийскую жизнь вперед. Аристократия с ее интригами… знаю я цену этой ярмарке тщеславия. Думаю, может, пойду в артель вольных сталкеров… но это же надо, чтоб быть с ними, как ты сейчас сказал, на одной волне, а как тут угадаешь?

— А как тебе у нас в Сибири? Нравится?

— Сначала казалось, что люто холодно, нельзя так жить. Но теперь это не проблема, я теперь комфортную температуру везде создаю и не замечаю даже. У меня в комнате батарея не работала, это выяснилось, только когда Фредерика зашла… А почему ты спрашиваешь? Не для поддержания разговора же? У тебя есть… предложение? Нет, не в смысле руки и сердца, не бойся, на роль госпожи Строгановой я не претендую!

Подмигиваю:

— Ты очень проницательна! Конечно, могу предложить кое-что поинтереснее.

Не уверен на самом деле, что уже могу… С другой стороны, чего тянуть-то.

Из всего, что удалось понять из новостей и разговоров, можно сделать простой вывод: Тарская колония по меркам Государства Российского — достаточно благополучное и безопасное заведение. И еще это идеальное место для вербовки сторонников, которые в будущем могут оказаться довольно могущественными. Однажды я так или иначе верну себе свободу и наследство — в худшем случае просто получу условное освобождение, но лучше — докажу, что Егор Строганов был невиновен в убийстве. Главное в этот момент — не ощутить, как говорила моя бабушка, головокружение от успехов. Потому что тогда-то настоящие трудности и начнутся. И чтобы преодолеть их, мне будет нужна команда — маги, которые меня знают и которых я знаю, не связанные с местными центрами влияния, те, в ком я могу быть уверен.

Правда, совсем недавно я и в Степке был уверен… ладно, не надо сейчас об этом. У всех случаются ошибки, надо сделать выводы и двигаться дальше.

Гланька — мощнейший маг, посильнее Немцова, если честно — это прямо чувствуется на некоторых занятиях. Опыта ей не хватает, но ведь она учится, Немцов занимается с ней индивидуально, хотя формально и не обязан.

— Хочешь задержаться в этих краях? Мне… то есть роду Строгановых понадобится боевой отряд. Иногда в аномалию будем выходить. Хотя, уверен, и по эту стороны враги найдутся. Своих не бросаем… это ты знаешь.

Аглая улыбается:

— Знаю. Как говорят на Авалоне, count me in, Строганов. То есть — посчитай меня в свой отряд.

А хорошо, что я с ней не переспал. Последнее дело — такие вещи смешивать.

Глава 4

Психология стяжательства

— Я и не знал, что здесь столько всего!

Господин попечитель колонии, Николай свет Фаддеевич, несолидно присвистывает.

Подтверждаю:

— Три заброшенных корпуса. Два в аварийном состоянии, а этот, ближайший к основным строениям, стоит крепко, в нем косметический ремонт нужен. А то нам пространства мало — и для магии, и для спорта. К следующей зиме у нас может быть зал для занятий магией и для футбола…

— Футбола? — удивляется Николенька. — Почему вдруг для футбола?

— Ну ладно, черт с вами со всеми, для лапты.

В первый раз вижу свои подземные угодья с улицы. Заброшка обнесена забором, и проход открыли — размуровали практически — только по распоряжению попечителя. Николай — враг мне, и не то чтобы я хорошо себя чувствовал, показывая врагу как бы секретные территории. Но они на самом деле не особо секретные, есть на всех схемах, просто заброшены от раздолбайства и пофигизма. А новые залы в самом деле нужны.

Вздыхаю и расстаюсь с не самой главной, но особенно дорогой для меня тайной:

— Там еще на нижнем ярусе купальни есть. Туда горячие источники выходят. Подача воды исправна, надо только сами бассейны и помещения вокруг них расчистить. И еще вторая система отопления от этих источников работала. Сейчас сломана, но мы уже составили смету на ремонт.