Мой магический год: весна и поющий фарфор (СИ). Страница 14

Я сомневалась, что у меня на самом деле получится их переубедить, но под взглядом миссис Лумис следовало показать уверенность в себе.

— Да, — ответила я, — вот прямо сейчас и отправлюсь в путь!

Бенджамин не хотел отпускать меня одну, но и отложить встречи с потенциальными клиентами не мог — запас прочности у фабрики был не таким большим. Поэтому я убедила его, что ничего плохого со мной не случится, взяла список адресов, вызвала экипаж и уехала. Мне не только хотелось показать, что я могу быть полезна для фабрики (чтобы прекратить нападки миссис Лумис), но и ненадолго скрыться от Бенджамина после странной ситуации у него в кабинете.

Когда экипаж тронулся в путь, я немного расслабилась.

— Что со мной происходит? — спросила я вслух, закрыв ладонями лицо. Там в кабинете, когда Бенджамин подошёл слишком близко, внутри меня проснулись незнакомые чувства. Неправильные. Опасные. Если бы не миссис Лумис, не известно, что я могла бы сделать. А Бенджамин? Почему он меня не остановил? Неужели он тоже что-то почувствовал? Самое ужасное заключалось в том, что в глубине души я хотела взаимности от него.

— Это какое-то безумие, — пробубнила я.

— Точно! — Возглас Корнелиуса заставил меня подскочить от неожиданности. — Я вот тоже не понимаю, что с тобой происходит. Может, ты и правда больна?

Если бы всё было так просто, подумала я, но вслух сказала другое.

— Не знаю, что ты себе навоображал, но у меня всё в полном порядке, — уверенно заявила я, — и вообще, кроме дедушкиного задания меня больше ничего не интересует.

— Я не птенец, чтобы поверить в твои жалкие оправдания! — отрезал Корнелиус, а затем попытался заглянуть мне в лицо, — ты влюбилась в этого Бенджамина.

— Нет! — воскликнула я.

— Да! — стал спорить Корнелиус, — или вот-вот влюбишься, и тогда всему придёт конец! Запомни мои слова! Ты провалишь дедушкино задание, переедешь в захолустье и зачахнешь на этой фарфоровой фабрики, а меня сожрёт тот жуткий филин. — Корнелиус принялся жалобно завывать. — Прощайте мои мечты о счастливой жизни! Не летать мне больше в блеске столичного общества. Всё обратится в прах из-за моей влюбчивой хозяйки!

— Опять ты драматизируешь! — воскликнула я, — никто не собирается проваливать дедушкино задание. Как видишь, я планирую переубедить заказчиков. Если всё получится, это поможет хотя бы ненадолго спасти положение.

Мои слова не возымели действия: Корнелиус продолжил стенать, словно несчастное приведение, пока мы не прибыли по первому адресу.

Я расплатилась с извозчиком и огляделась. Передо мной была красивая недавно построенная усадьба, казалась, даже краска на стенах ещё не успела засохнуть. Всё говорило о том, что сюда только недавно переехали жильцы: вместо сада пока был лишь перекопанный участок и деревья на подъездной аллее были ещё молодыми. Судя по информации, которую я нашла в документах, сэр Чамли собирался обустроить новое жилище и заказал на фабрике несколько больших столовых сервизов, вазы и статуэтки, а потом внезапно передумал. Наверняка тут был замешан мистер Джексон.

Я поднялась по парадной лестнице и постучала. Благодаря магии усиления, звук разнёсся чуть ли не по всей округе, заставив Корнелиуса испуганно охнуть.

— Тут глухие живут, что ли⁈ — возмутился он и в этот же момент перед нами открылась дверь. За ней стоял дворецкий в новенькой ливрее.

— Доброе утро, мисс, — вежливо поздоровался он, — вы пришли для игры в преферанс? Боюсь, леди Чамли ещё не закончила завтракать.

— Нет-нет! — Я замахала руками. — Мне нужно увидеть сэра Чамли.

Дворецкий был немало удивлён. Мне даже показалось, что на миг на его лице мелькнуло раздражение. С чего бы?

— А по какому делу вы ищете встречи с ним? — спросил он, словно обвиняя меня в чём-то.

— Я работаю на фабрике фарфора, и мне нужно обсудить его заказ, — объяснила я.

Дворецкий принял строгий вид.

— Могли бы придумать что-то более правдоподобное! — воскликнул он, — ваши предшественницы были изобретательнее!

Предшественницы? Дворецкий явно меня с кем-то перепутал.

— О чём вы? — настороженно спросила я, предчувствуя проблемы.

— Чуть ли не каждую неделю к нам ломились наглые девицы вроде вас, требовали встречи с сэром Чамли, а потом закатывали скандал, — рассказал дворецкий, — якобы сэр Чамли признавался им в любви, обещал жениться, а сам, оказывается, давно состоит в браке! Как им только наглости хватило приходить домой к такому важному господину! Сэр Чамли полагал, что после переезда преследования прекратяться, но вы нашли нас и здесь!

Так вот, оно что! Я еле удержалась от усмешки. Похоже, этот тип любил бросать слова на ветер и это касалось не только фарфора.

— Леди Чамли приказала больше никого не пускать! — сообщил Дворецкий, — так что идите, откуда пришли.

Я не успела и рта раскрыть, как передо мной захлопнулась дверь. Что⁈ Но я же ни при чём!

Я схватилась за дверной молоток и тут же отдёрнула руку: он был чертовски горячий! Очевидно, на дверь были наложены чары, защищавшие от назойливых посетительниц. Корнелиус услужливо взмахнул крыльями, наколдовав немного снега, который охладил обожжённую ладонь. Я потрясла рукой, словно это могло помочь унять боль. Впрочем, в данный момент меня волновала не рана. Я думала, как добиться встречи с сэром Чамли.

— Что ж, раз тут ничего не вышло, возвращаемся, — сказал Корнелиус и вспорхнул с моего плеча.

— Ну, уж нет! — Я не привыкла отступать, и была полна решимости довести дело до конца. — Лучше разузнай, где сейчас сэр Чамли и побыстрее.

— Твоё упрямство тебя погубит! — предупредил меня Корнелиус и полетел к окнам второго этажа, а я пока осматривала фасад. Если сэра Чамли действительно донимали обманутые им девушки, здание наверняка было защищено чарами. Вопрос, насколько хорошо?

Я подняла с подъездной дорожки маленький камушек и бросила его в окно первого этажа. Защита сработала мгновенно, и камень отскочил обратно, даже не коснувшись стёкла. Значит, первый этаж точно был под охраной чар. Я взяла другой камушек и швырнула его в окно на втором. Он со звоном ударился в стекло и упал на землю. Ага! А вот и лазейка! Правда, окна второго этажа были довольно высоко, без лестницы туда не добраться.

С разведки вернулся Корнелиус.

— Сэр Чамли читает газету в своём кабинете на первом этаже, — доложил он.

Я задумалась. Защитная магия не позволит мне даже приблизиться к окну первого этажа, придётся искать счастья на втором. Я решила обогнуть усадьбу в поисках вариантов.

— Не знаю, что ты задумала, но мне это уже не нравится, — заявил Корнелиус, кружа надо мной.

На боковой стене дома я увидела деревянную решётку, которую по задумке должен был обвить плющ или виноградная лоза, но ростки лишь недавно проклюнулись из земли и едва ли поднялись выше полуметра. Зато решётка достигала крыши, и слева от неё на уровне второго этажа как раз было окно. Высоковато, но, похоже, это был мой единственный шанс.

Я подошла к стене и подёргала решётку. На первый взгляд она держалась крепко, хотя вряд ли была рассчитана на вес человека.

— Ты что делаешь⁈ — завопил Корнелиус.

Я зашикала на него и огляделась. Если дворецкий меня заметит, мне конец. Пока вокруг было тихо.

— Я должна поговорить с сэром Чамли, — шёпотом сказала я.

— Хочешь погибнуть из-за какого-то фарфора⁈ — охнул Корнелиус, — или ты так стараешься ради этого Бенджамина? Точно! — радостно воскликнул он, — а сама говоришь, что не влюбилась.

— Бенджамин тут ни при чём, — устало повторила я, — просто сдаваться не в моих правилах!

С этими словами я поставила ногу на нижнюю перекладину решётки, подтянулась на руках и стала медленно карабкаться вверх. Поначалу было легко, но чем выше над землёй я оказывалась, тем страшнее становилось. Если решётка не выдержит, я рухну вниз, Корнелиус вряд ли успеет мне помочь, и я переломаю себе все кости. Нет, нельзя думать о плохом. У меня всё получится!