Лекарство от измен (СИ). Страница 16

Как всегда, выглядит безупречно: белая рубашка с расстёгнутым воротом, идеально сидящий на фигуре костюм, дорогие часы. Даже не портит картину выступившая к вечеру на подбородке щетина и слегка растрёпанные волосы.

Красивый зверь. Привлекательный жестокий самец. Дориан Грей в своём обманчивом образе.

Я лежу на кровати и читаю книгу. Кровотечение почти остановилось, но живот всё ещё болит.

Крайнов заходит в спальню, снимает пиджак и неспешно, на публику расстёгивает запонки.

— Как провела день, дорогая?

Я молчу. Внутри бушует ненависть, но страх разозлить Марка сдерживает порыв грубо ответить.

Муж снимает рубашку, затем брюки, достаёт из шкафа чистое полотенце. Бесшумно обходит кровать и садится на край с моей стороны.

— Ника, ты же понимаешь, что сама во всём виновата? — откладывает мою книгу на тумбочку и заглядывает в глаза. — Меня огорчает, что ты до сих пор не усвоила — перечить бесполезно. Будешь послушной, и твоя жизнь превратится в рай. Дом, любящий муж, семья, дети — разве не об этом мечтает каждая девушка?

Вот вроде правильные слова говорит, смотрит снисходительно и нежно, а я мёрзну от этого взгляда. Покрываюсь коркой льда и сжимаюсь в колючий комочек.

— Любящий муж не сделал бы с женой того, что сделал вчера ты, — тихо роняю и вытираю слезинку на виске.

— Малышка, я понимаю, что ты злишься. Но как по-другому было заставить тебя удалить спираль? Я ведь требовал, просил, говорил, что люблю тебя и хочу ребёнка…

Марк подносит к губам мою руку и ласково целует пальцы.

— Боюсь, что после вмешательства твоего доктора у меня вряд ли будут дети. Кровотечение шло весь день, и живот болит, что указывает на воспаление. Я могу стать бесплодной, — шокирую супруга возможными последствиями его поступка.

Крайнов бледнеет, хмурит брови и подбирается, подобно хищнику перед прыжком.

— Это правда? Мне сказали, что всё прошло хорошо. Процедура простая и осложнения исключены.

Кажется, я первый раз вижу Марка таким испуганным. Он резко встаёт, уходит в комнату и звонит по телефону:

— Павел Соломонович, срочно приезжай! Если с моей женой что-то случится, ты не только распрощаешься с работой, но и с жизнью.

Марк быстро переодевается, забыв о дУше. Затем берёт меня на руки и несёт на диван в комнату. Стелет на стол чистую, белую простынь.

Наблюдаю за его действиями и трясусь как осиновый лист. Ледяная рука страха сжимает горло, становится трудно дышать.

«Что ещё они хотят со мной сделать? Боженька, пожалуйста, пусть этот доктор не доедет до нас. Пусть Марк увезёт меня в больницу, а оттуда я смогу сбежать…»

Молюсь про себя и вытираю рукавом халата бегущие слёзы.

Крайнов поднимает меня и усаживает к себе на руки. Качает как ребёнка, гладит по спине, целует волосы.

— Детка, сейчас приедет доктор и осмотрит тебя. Это хороший врач. Плохого я бы близко к тебе не подпустил. Потерпишь чуть-чуть, ладно?

— Марк, пожалуйста, не надо… Мне будет больно… Я не хочу… — тихий плач переходит в рыдание.

Утыкаюсь лицом в футболку мужа и продолжаю выть:

— Пожалуйста, отвези меня в больницу. Там анализы, узи, а здесь что? Только визуальный осмотр?

Муж колеблется. Он понимает, что в больнице у врачей появятся лишние вопросы.

— Тшшшш, малышка. Всё нормально будет. Если доктор скажет в больницу — поедем обязательно.

Слышу, как бешено стучит сердце Крайнова. Этот псих и правда переживает за меня. Какая-то больная, ненормальная любовь…

Звонок интеркома прерывает наш разговор. Марк осторожно укладывает меня на диван и идёт открывать дверь.

Затихаю. Поздно плакать. Надо посмотреть, что там за врач. Возможно, муж его шантажировал, и я смогу намёками попросить доктора отправить меня в больницу.

Хотя для медика это тоже будет приговор…

В комнату входит седой мужчина в очках. Лет шестьдесят, профессорская бородка, очень умные глаза.

Здоровается со мной, ставит на стул дорогой кожаный саквояж, наверняка изготовленный на заказ. Достаёт белый халат, шапочку, маску, надевает на себя, а затем отправляется в ванную.

Марк сидит со мной рядом и держит за руку.

— Давай, малыш, ложись. Доктор тебя осмотрит, потом будем решать, что делать дальше, — как ребёнка ласково уговаривает муж.

— Марк, не надо. Давай «скорую» вызовем. Я боюсь… — цепляюсь за него и не даю встать.

— Ника, это очень хороший доктор. Поверь.

Крайнов прав. В квалификации врача я быстро убеждаюсь. Павел Соломонович очень внимательно меня расспрашивает, осторожно трогает, затем смотрит на столе.

Весь стыд куда-то исчезает, когда речь заходит о здоровье. Крайнов стоит рядом и держит меня на руку.

«Наверное, он и при родах будет так стоять и контролировать процесс», — появляется мысль.

Врач снимает перчатки, гладит меня по ноге, показывая, что осмотр завершён.

— У вас всё в порядке, Вероника Николаевна. Просто менструация совпала с удалением ВМС. В первый день месячных довольно сильно может болеть живот и кровотечение бывает обильным. Я выпишу вам обезболивающие.

Муж перекладывает меня со стола на диван и с подозрением смотрит на доктора:

— Это точно неопасно? Воспаления нет?

— Марк Каримович, не в моих интересах вводить вас в заблуждение. Надеюсь, через несколько месяцев вы с женой приедете ко мне рожать. Буду рад принять вашего первенца, — улыбается врач.

А я ничего не понимаю толком. Как этот человек может улыбаться? Он же против моей воли удалил спираль?

Неужели господин адвокат так запудрил ему мозги, что профессор поверил в благородство возложенной на него миссии?

Когда врач уходит, я встаю и перебираюсь в спальню. Через пару минут муж приносит стакан воды и таблетку:

— Выпей, это снимет боль.

— Марк, что ты ему сказал? Почему известный врач на дому удалил спираль и не видит в этом ничего противозаконного? — пытаюсь докопаться до правды.

Супруг без всякого стеснения хвастается очередной манипуляцией:

— Сказал, что ты до панических атак боишься клиники и гинекологического кресла. И я обещал, что тебе удалят спираль во сне, ты даже ничего не почувствуешь. Любой каприз за наши деньги, милая!

Оказывается, врач, такой же заложник извращённых нравственных понятий моего мужа, как и я.

Жаль себя. Жаль доктора. Заранее жаль ребёнка, что родится у подобного папы. От меня или другой женщины — неважно.

Кого воспитает Марк с такими жизненными установками?

Такого же монстра, как и он сам…

Глава 12

Наша сексуальная жизнь становится похожа на войну в постели. Крайнов каждый раз применяет разную стратегию и тактику, пытаясь убить сразу двух зайцев: доставить мне удовольствие и зарядись своим семенем.

Больше не хочу имитировать оргазм. Оказывается, для настоящей разрядки женщине нужно не привлекательное, накачанное мужское тело, а кое-что другое.

Душевная связь, доверие партнёру, полное расслабление и наличие чувств.

Чувства к мужу у меня имеются, но не те, что способствуют сексуальному удовлетворению.

Марк психует, впадает порой в отчаяние, но продолжает свою битву за любовь. Верит, что лёд растает и моё сердце примет мужчину таким, какой он есть.

И полюбит…

— Ника, у тебя нет другого выхода, — периодически убеждает господин адвокат. — Либо ты полюбишь меня и станешь образцовой женой, либо…

— Да, да, дорогой, я в курсе: «Так не доставайся же ты никому!» Это из «Бесприданницы», но суть одна и та же.

Крайнов позволяет мне небольшие колкости в свой адрес. Он понимает, что виноват и этим заглаживает вину: даёт мне возможность слить агрессию.

А так я по-прежнему под его контролем почти двадцать четыре часа в сутки. Но от этого не перестаю мечтать о свободе. Понемногу снимаю наличку с карты и прячу её в доме у родителей.

Мама с папой, конечно, не в курсе…

Летний отпуск мы проводим на Сейшельских островах. Отдельная вилла, минимум персонала, завораживающие закаты и тёплые воды Индийского океана.