Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 11 (СИ). Страница 37

— Служебное удостоверение, пожалуйста, — вежливо попросила Моэко, вскрывая проштампованный конверт и пробегая взглядом по вложенной бумаге.

Посетитель молча протянул пластиковый прямоугольник.

Хину понимала, что её бикини сейчас очень не к месту и выбивается из общего ансамбля — Решетников в спортивном костюме, Моэко в халате. Но второго костюма под рукой не было, а свой она отдала Такидзиро (благо, рост и фасон позволяют).

— Ух ты. Целый помощник прокурора. — Якудза убрала аналог повестки в карман. — Обычно же такое приносят курьеры прокуратуры либо передаётся через канцелярию адвокатской палаты? Как вариант — направляется официальным письмом плюс подтверждается звонком, нет? — подруга недоумевала из-за послания. — Подписано прокурором Судзуки Кэнтаро, я хорошо знаю этот тип документации. Могу спросить, почему для вручения проходной бумажки, ещё и сюда, в бассейн, приехала персона вашего уровня?

Хину переглянулась с Такидзиро: сотрудники Йокогамы чудесно поняли, что, кроме прочего, местоположение Миёси Моэко было установлено через трекинг её сотового телефона. Действительно крутовато для проходной бумажки, не говоря о том, что прокуратура подобным по определению не заморачивается.

— Мы сейчас не будем этого обсуждать, — бесстрастно произнес сотрудник юстиции. — Хотя если в порядке исключительной любезности с моей стороны… Прокуратура хочет быть уверенной полностью, что вызов к дознавателю доставлен вам процессуально верно и вовремя — вы успеваете прибыть. Поэтому и персона моего уровня вместо курьера. Вас удовлетворяет ответ?

— Миёси-сан, разрешите, я тоже пройдусь свежим взглядом? Мне же надо тренироваться, — Решетников без паузы запустил пятерню в карман женского халата. — Я — официальный помощник данного адвоката, — пояснил он помощнику прокурора.

Хину заинтересовано вскинула подбородок — этот фокус она от Моэко знала. Для действий в качестве защиты в суде требуется адвокатская лицензия, тут без вариантов; но массу рутинных операций, включая опросы и допросы, может осуществлять и помощник адвоката.

Последний допускается к работе с усечённым функционалом и даже не обязан иметь, если опираться на букву закона, оконченного высшего юридического образования — просто помощник, что с него взять.

Договор — шаблон, лежит на сервере ассоциации адвокатов в свободном доступе, хотя от палаты к палате по форме может отличаться (в крупных городах у адвокатур свои нюансы).

— Куда приглашают… — логист старательно шевелил губами, удерживая документ двумя руками. — В окружную прокуратуру Токио! — его лицо вытянулось, брови поднялись, что предвещало некое шоу (топ-менеджер товарища уже изучила на отлично). — В конкретный следственный отдел — я знаю это место внутри здания прокуратуры!

Насколько Хьюга помнила, в той прокуратуре Решетникова отродясь не видели, потому что его там не могло быть по определению. Но раз Такидзиро отыгрывает спектакль, значит, со своей позиции видит что-то, двум подругам пока недоступное.

Хину обменялась взглядом с Моэко — якудза пришла к тому же выводу.

Хорошо иногда уметь разговаривать без слов и знать человека досконально, обе хохотнули без перехода, заставляя чиновника вздрогнуть.

Глава 16

— «Просим явиться в Токийскую окружную прокуратуру для дачи пояснений». Так и написано, чёрным по белому, — черты лица товарища возмущённо заострились, словно он уличил оппонента в неподобающем.

Теперь в прострацию без разбега свалился сотрудник юстиции. Он принялся сверлить Решетникова стеклянным взглядом и, по виду, сейчас пытался решить, как на скрытую враждебность отвечать: вроде претензии выскочкой ещё не предъявлены, но в воздухе уже повисли.

Сказать что-то надо — а по существу пока нечему возражать.

— Читаем дальше, кто именно приглашает, — не смутился Такидзиро. — «Прокурор Сузуки Кэнтаро».

— Не родня, — Хину среагировала на фамилию мгновенно, категорично тряхнув волосами. — Однофамилец, но точно не родственник.

Семью Сузуки Сёго, её неудавшегося жениха, пересчитать по пальцам, конечно, нельзя — слишком большое семейство, пальцев точно не хватит. Но окружного прокурора из списка потенциальных членов можно смело вычеркивать — она бы знала, если бы таковой имелся.

Или другими словами: прицепиться к фамилии прокурора, чтоб оспорить его личность в процессуальных прениях на основании его же заведомой предвзятости, не получится.

Решетников цокнул языком, давая понять, что к сведению принял.

— Интересно у вас тут, — многозначительно ухмыльнулся гость, от которого подоплёка не укрылась.

Быстро соображает, констатировала Хьюга про себя. И он в курсе всех деталей нас и нашего окружения, моих в частности.

Хорошо, что и Моэко это всё видит — противная сторона явно к чему-то подготовилась.

Вслух же пловчиха сказала, тоже с намёком:

— Имеем право: частная территория, закрытый объект. Сам ваш проход сюда вместо ожидания под дверью — моя большая милость, адресованная персонально вам.

Такидзиро винтом вклинился между ними, судя по физиономии, сориентировавшись в моменте лучше присутствующих:

— Не пойдёт, заместитель прокурора-сан. — Он категорично покачал головой, сложил бумажку вчетверо и всунул обратно в карман Моэко. — На конфликт интересов и собственную коррупционную предвзятость вы решили забить? То есть, извините, я хотел сказать, собственные уголовные преступления вы себе великодушно простили? Авансом? — фоня непосредственным детским любопытством, метис поднял подбородок. — И теперь взялись за новые?

К чести чиновника, тот вместо виртуального размена ударами задумался:

— Я вас очень хорошо услышал, помощник адвоката-сан. Попутно, Миёси-сан, какой датой вы зарегистрировали в Палате свой договор с этим господином? И как его фамилия?

— Сегодняшней, — Моэко как раз без тени смущения ставила последнюю точку в одной из веток специализированного приложения электронного правительства — у якудзы с реакцией тоже было благополучно. — Вот и уведомление, — хищно улыбаясь, она подставила прокурорскому для считывания соответствующей qr-код. — Решетников Такидзиро-сан является моим официальным помощником в адвокатской палате, членом которой я состою, с сегодняшней даты.

— Что никак не умаляет его процессуальных прав в текущим разговоре, — кивнула Хину из шезлонга. — Насколько я могу судить как независимый свидетель беседы.

Когда футбольная команда атакует, присоединяться к атаке порой есть смысл даже защитникам. Сейчас именно такая ситуация.

Грудь под полосками бикини снова качнулась, визитёр опять на мгновение отвлёкся.

— Решетников-сан, пожалуйста, поясните ваши слова. — Теперь настала очередь гостя каменеть лицом. — Вы отдаете себе отчёт в сказанном? Как начинающий юрист, вы в курсе, чем является институт репутации у нас в стране?

Хьюга щёлкнула пальцами опущенной к полу руки — сигнал своим: последнего пассажа не поняла, поясните, если есть возможность.

— Этот господин имеет в виду: в Японии, в отличие от некоторых других государств, слова того же патрульного полицейского, либо другого аналогичного должностного лица, принимаются в суде как доказательство сами по себе, — ровно пояснил Решетников для неё. — Без понятых, без дополнительных свидетелей. Видимо, господин помощник прокурора таким образом незамысловато намекает мне на правовые реалии другой страны.

— Какой страны? Какие реалии?

— Реалии долго, иллюстрация: в той стране при обыске у подозреваемого или обвиняемого вещественные доказательства полицейские обязаны изымать исключительно в присутствии двух независимых гражданских свидетелей, их там называют понятыми — требование законодательства.

Хину нюанса не знала, оттого заинтересовалась:

— А если без понятых? Допустим, негде их взять? Поздно, ночь, объект удалённый.

— Проблемы полиции, — пожал плечами хафу. — Без независимых свидетелей обыска — без понятых — изъятие доказательств одними лишь полицейскими является тупо незаконным. Точка.