Неугодная жена. Школа для бедных леди Эйтлер (СИ). Страница 32

Ощущение, будто из меня вытягивают жилы, словно невидимые нити моего существа рвутся одна за другой. Каждая частица моей силы, моей сущности покидает меня, уносится к нему, к этому ненавистному мужчине. Боль не физическая, она глубже – это боль истощения, опустошения, будто мою душу выкорчёвывают с корнем. Мои веки тяжелеют, сознание медленно уплывает, словно лодка, которую уносит течением.

Неужели, так происходит каждый раз, когда он делает это с Маорикой? Неужели, месяц за месяцем она испытывала эту жуткую боль? Эйтлера можно ненавидеть хоть бы за это.

Минута за минутой, и я не знаю, сколько времени горят мои вены, охваченные огнём. Последнее, что помню, - удовлетворённое лицо Кардиуса, склонившееся надо мной, языки пламени, скачущие в его зрачках. А потом отключаюсь.

Когда прихожу в себя, в комнате темно. Тело ломит, голова кружится, во рту пересохло. Даже не представляю, сколько я была без сознания, но чувствую себя абсолютно разбитой, словно по мне проехал тяжёлый каток. Конечно, никогда он раньше по мне не ездил, но воображение может предположить многое.

В окно заглядывает луна, и я пытаюсь приподняться.

- Слава драконьей матери, - произносит Афа, вскакивая с кресла, которое притащила из угла, чтобы не отходить от моей постели. – Я боялась, что всё плохо. Обычно вы приходите в себя раньше.

- Сколько часов я спала?

- Часов? – она качает головой. – Два с половиной дня, леди Эйтлер. Я решила позвать за лекарем с утра, если вы не очнётесь.

Два с половиной дня? Уму непостижимо. Это мини-кома? Здоровый человек не может столько спать! И всё из-за чудовища, которому имя Кардиус.

Испуганно ахаю, осознавая, что оставила на три дня Далию и Карфа, и даже не знаю ничего о них. Я так не успела ничего рассказать Афе, чтобы она попыталась разыскать их и помочь.

- Дверь закрыта? – интересуюсь.

- Да, - но она поднимается и на всякий случай проверяет.

- Где он?

Не называю имени, но и без этого понятно, о ком говорю.

- Если вы о лорде, он уехал почти сразу после ритуала. Не захотел ждать. Был полон сил и даже напевал под нос песню про «Леди Тру-лу-лу».

Конечно, я не знаю, о ком идёт речь, а потому Афа напевает.

«В далёких горах, где сияют снега,

Жила Тру-лу-лу, что драконов пленила.

Не грозным рычанием, не силой огня,

А доброй улыбкой и грацией дивной.

Её чешуя, словно радужный шёлк,

На солнце искрилась оттенком рассвета.

И каждый дракон, что раз мимо прошёл,

Мгновенно влюблялся, забыв про запреты».

Ну вот мы и начали собирать местный фольклор, я даже улыбнулась. Интересная песня, а Эйтлер был настолько счастлив, что даже пел.

- И он снова поставил магический барьер, сказав, что вам не стоит заниматься глупостями со школой.

- Его не спросила, что мне делать, - фыркаю, и вижу добрую улыбку своей служанки. - Послушай, - даже слова даются мне с трудом, словно после тяжёлой болезни. Моё тело – пустая оболочка, магия иссякла, оставив после себя лишь холодную зияющую пустоту. И хоть до этого я магию не ощущала, сейчас понимаю, что всё это время она была, а теперь словно чего-то не хватает. – Ты не видела здесь ту девушку, которая дала мне монеты?

- Нет, а должна? – Афа приподнимает брови, и на её лице играют блики от свечи.

- Не знаю, - задумываюсь, вспоминая, что Далия и Карф мистическим образом исчезли. Может, их действительно и не было? Но мне следует еще раз осмотреть флигель, а потом прогуляться по парку, вдруг они ждут где-то на территории. Если эффекта не будет, наведаюсь в деревню, может, они обосновались там. Или же я просто схожу с ума.

- Схожу на кухню и принесу вам похлёбку, а потом вы отдохнёте.

Хочется возразить, что я спала несколько дней, но сил подняться действительно нет.

Афа - моя спасительница. Она приносит аппетитный суп, который готовила Мита, и чай.

- Вот, пейте, - подаёт мне кружку, и я принюхиваюсь, улавливая незнакомые травяные ноты.

- Что это?

- Не помните, - кажется, она больше не удивляется. – Вы сами давали мне два флакона со снадобьем, которое помогает восстановить силы. После забора вы активно наращивали магический поток, и я не знаю, что входит в состав, потому что вы держали это в секрете. Говорили, что это старый рецепт вашей прабабушки, который нельзя так просто раздавать другим.

С одной стороны, Маорика права. С другой, когда закончится флакон, мы не сможем воссоздать его снова, потому что совершенно не знаем, из чего состоит отвар.

Отпиваю чай: терпкий горячий тонизирующий. По гортани разливается тепло, как если бы выпила алкоголя, а потом добирается до желудка и расходится дальше по внутренностям. Отпиваю ещё и ещё, и с каждым новым глотком меня наполняет живительная сила. Если бы кто другой принялся описывать своё состояние в данную минуту, решила бы, что привирает. Но это были мои ощущения, отвар работал.

Спустя десять минут теплота уходит, а мне вновь хочется спать. Афа накрывает одеялом, а солнце начинает подкрашивать горизонт. Завтра, как только проснусь, отправлюсь на поиски Карфа и Далии.

Глава 54

Утро встречает меня непривычной легкостью. Ощущение внутренней пустоты не исчезло полностью, но вчерашний травяной отвар определённо придал сил. Встаю с кровати, чувствуя себя более собранной и решительной, чем несколько часов назад. Если бы такое зелье да в наш мир – восстановление после операций проходило бы куда успешнее.

После завтрака отправляюсь во флигель. Проверяю каждую комнату, заглядываю на второй этаж, осматриваю даже несколько шкафов, один из которых в моём кабинете. Ничего. Никаких следов ни Далии, ни Карфа. Как будто их и не было. Возможно, я действительно схожу с ума? Но чувство, что они существуют, было слишком сильным.

- Мы что-то ищем? – решает уточнить Афа, которая следует за мной неотступно, приняв роль не столько служанки, сколько заботливой няни. И я рассказываю ей о наших гостях.

Мы следуем в парк, то и дело оглядываясь. Весна давно расцветила деревья, превратив лес в зелёный шелестящий на ветру шатёр. До ноздрей добирается аромат черёмухи или чего-то похожего, и дышится здесь неимоверно хорошо.

Медленно идём по извилистым тропинкам, внимательно осматривая каждый куст, каждое дерево. Не знаю, что я намерена найти, но это на какое-то время поглощает меня целиком, что я даже забываю, насколько пусто внутри. Тишину нарушает лишь пение птиц, и я на пару мгновений прикрываю глаза, прислушиваясь к трелям, что заводят несколько пичуг сразу.

Спустя час неторопливого шага добираемся до места, где в прошлый раз был магический барьер. Он снова здесь, мерцает, испуская на этот раз слабое голубоватое свечение, и я вновь ощущаю себя пойманной в ловушку. Что если на этот раз всё будет иначе, и магия убьёт меня?

Протягиваю руку, пытаясь дотронуться. Ощущаю покалывание, и чем ближе к преграде, тем оно ощутимее, что даже становится больно. Сегодня мне просто не хватит сил, чтобы преодолеть стену, и я обречённо опускаюсь на траву, чтобы перевести дух.

Кажется, что-то мелькает впереди, и я испуганно смотрю на огромную белоснежную кошку, которая уставилась прямиком на меня. Голубые глаза не мигают, и сейчас я рада, что она находится по ту сторону барьера. Вспоминаю кабана, который спокойно преодолел подрагивающую стену, и становится не по себе. Барс тоже вполне себе может оказаться с нашей стороны, и кто знает, что у него на уме. Только откуда здесь взялся снежный леопард?

Лапа ступает мягко, и хоть вес большой, совершенно не слышно шагов. Кошка идёт в нашу сторону, и Афа просит меня подняться и медленно отходить. Хруст раздаётся позади. В вижу, как к нам спешит Мэт, пока ещё не различая нас между деревьев, и даже рада его приходу, пока мой взгляд не падает на чёрную кошку. Она быстро подбегает к барьеру и садится напротив.

- Отвлеки Мэта, - прошу служанку, поднимаясь с места и направляясь к барьеру.