Невозможно забыть (СИ). Страница 3

Его малышка Кристина проходит мимо с каким-то парнем под ручку, а я слышу, как скрипят от злости зубы Влада. Мне даже жаль его становится. И я уже не обижаюсь, что он слил меня брату.

- В следующий раз осторожнее со спором, Ульяна. Можно вляпаться в такое дерьмо, что потом за всю жизнь не отмоешься.

Невольно заливаюсь краской и сердито фыркаю. Что это он имеет в виду, интересно? Похоже мой брат и его друзья слишком испорченные. И мысли у них все в одном направлении. Королев уходит вслед за интересующей его парочкой, а я достаю из сумки телефон, который надрывается уже несколько минут. Смотрю на экран и морщусь. Ну вот и брат мой очнулся. Пришло время получать по заслугам.

Глава 2

Ульяна

Стою у окна и молча смотрю на капли дождя, быстро сползающие по стеклу. С утра было солнце и ничто не предвещало грозу, а после обеда погода резко испортилась. Так же, как и мое настроение.

Еще утром я беззаботно порхала и строила планы, была счастливой беззаботной студенткой, а потом позвонил брат и заявил, что хочет серьезно со мной поговорить.

Я всегда по голосу могу определить его настроение и сейчас оно не предвещает мне ничего хорошего. Я сбежала с последней пары и сразу приехала домой. Лучше, как можно раньше узнать, что меня ждет, чем изводиться еще пару часов ненужными переживаниями.

Раньше я часто сердилась на брата, мне казалось, что он слишком строг ко мне. Но в выпускном классе все изменилось. Когда начинаешь серьезно задумываться о планах на будущее и анализировать свою жизнь, многое становится понятным. Он практически заменил мне родителей, которых мы вместе потеряли. Автокатастрофа унесла их жизни три года назад и Мирону пришлось изрядно постараться, чтобы меня не забрали органы опеки.

Вообще-то у нас есть еще бабушка со стороны матери. Но мне очень повезло, что она не стала настаивать на опеке, сославшись на свой преклонный возраст и депрессию, связанную с потерей единственной дочери, и передала это право Мирону. Сколько себя помню, с самого детства я страшно ее боялась. Всегда строга и непреклонна, она вселяла в меня ужас даже своим присутствием.

Мирон в свои двадцать два года уже прочно стоял на ногах и вполне успешно руководил фирмой, поэтому смог доказать свою состоятельность и стал моим опекуном. С тех пор он тщательно контролирует мою жизнь, вникая буквально в каждую мелочь. Я должна отчитываться перед ним за каждый свой шаг, а если он сейчас недоволен, значит я точно где-то накосячила. И что-то мне подсказывает, что дело здесь совсем не в моем сегодняшнем приключении.

Я добралась до дома с рекордной скоростью, а сейчас стою возле окна в кабинете брата и вывожу пальчиком узоры на запотевшем стекле. Жду, когда Мирон закончит свой разговор по телефону. По интонации его голоса понимаю, что он злой, как черт. А тем взглядом, которым он просканировал мой сегодняшний прикид, можно без труда резать железо.

Черт. Обычно, если я чувствую, что мой образ выходит за рамки приличий, перед тем как вернуться домой переодеваюсь в классические брюки. А сегодня я так торопилась, что забыла переодеться. Ну все, сейчас меня пропесочат по полной программе.

Брат быстро сворачивает разговор и швыряет телефон в сторону.

- Это, что за вид, Ульяна? – гремит стальным голосом.

- Извини, это случайность, - не нахожу ничего лучше, как ляпнуть такую глупость.

- Случайность? Моя сестра одевается в университет, как уличная девка и говорит, что это случайность. Ничего поумнее придумать не могла?

Лучший способ защиты, это нападение. Много раз об этом слышала, но ни разу не пробовала. Вот сейчас и проверим, сработает ли это с моим братом.

- Так ты из-за этого мне звонил? Я из-за тебя на последнюю лекцию забила вообще-то, торопилась узнать, что опять случилось.

- Ты торопилась узнать, за что огребешь снова. Видимо, список твоих грехов достаточно большой.

- Мирон, перестань говорить загадками. Выкладывай уже, что не так?

Брат открывает верхний ящик стола, достает оттуда планшет и включает какое-то видео, а потом разворачивает его мне.

Сначала я не могу понять, какое отношение ко мне имеет интерьер ночного клуба, а потом в кадре появляется Матвей. Он отмачивает под музыку такие пируэты, что даже самому наивному понятно, что он пьяный в хлам. Но это еще не все плохие новости.

Матвей подходит ко мне, дергает за руку и начинает кружить в танце с такой скоростью, что демонстрирует окружающим мои ноги в кружевных чулках. Черт. Это прошлые выходные, да? Я этого не помню.

Но больше всего в этот момент меня интересует, как мой брат мог узнать об этом? Кто-то нас снимал и выложил видео в общий доступ? Хреновенько. Мне теперь, как минимум грозит домашний арест.

- Что здесь такого? – пытаюсь выплыть, как утопающий, - я была абсолютно трезвая, между прочим. Встретились с друзьями, повеселились.

Вру, конечно, но на видео кроме моих сногсшибательных ног в чулках вообще мало что видно.

- Ульяна, - рявкает брат и со всего размаха хлопает папкой по столу, - тебе только недавно исполнилось восемнадцать, а ты так себя ведешь. Ты хоть понимаешь, какая репутация закрепится за тобой, если ты продолжишь в том же духе.

- Какая? Что я сделала? Просто танцевала.

- Просто танцевала? – задыхается брат от злости, - она, мать твою, просто танцевала. А ты подумала, что будет, если это видео дойдет до твоей бабки?

- Не дойдет, - легкомысленно отмахиваюсь.

- Да? До меня ведь дошло…

- Мирон, она живет в другой стране, - упрямо продолжаю гнуть свою линию.

- Ульяна, - устало выдыхает брат и так сосредоточенно трет виски, что мне становится его искренне жаль. Он же всю ночь не спал, устал, наверно, приехал домой, а здесь я с такими сюрпризами, - я уверен, что она в курсе даже того, что ты каждый день ешь на завтрак.

- Прости, Мирон, - резко меняю линию поведения, чтобы не добить нервную систему единственного близкого мне человека.

- Прости мало, Уля. Мне не нравится этот твой …

- Его зовут Матвей.

- Мне он не нравится. Я навел справки, у него очень плохая репутация. Он бабник, давно уже избалован женским вниманием до предела. Возможно, это не для твоих нежных ушей, но он трахает все, что движется. Прости за грубость. Я запрещаю тебе с ним встречаться.

Меня даже подбрасывает от такой несправедливости. Не потому, что мне позарез нужен Матвей, а потому, что я уже совершеннолетняя и сама могу решать, с кем мне встречаться, а с кем нет.

- Мирон, мы что в средневековье живем? Мне восемнадцать. Как ты можешь запретить?

- Подожди, он что уже… У вас с ним что-то было?

- Нет, не было, - говорю правду, но только потому, что знаю, как сильно Мирон за меня переживает. Хотя возможно в этой ситуации стоило наврать, может, хоть тогда бы брат от меня отстал.

- Вот и ладно, значит ты меня услышала. Ты с ним больше не видишься.

- Мирон! - выкрикиваю и подскакиваю на месте.

- Иначе запру дома, Ульяна. Разговор окончен. И юбку это сними, бога ради.

- Позволь тогда узнать, а с кем мне встречаться, если тебе никто не нравится?

- Можешь присмотреться к моим партнерам по бизнесу. Они все абсолютно серьезные люди и не тратят время на глупости. Большинство из них уже присматривают себе жен, поэтому не будут так просто играть в любовь.

- Они же старые все, Мирон, - морщусь, меня даже передергивает от отвращения.

- Не знал, что я в свои двадцать пять для тебя уже глубокий старик, - смеется брат и качает головой.

- У тебя есть коллеги и постарше.

- А есть и помоложе. Я же никого конкретного тебе не навязываю. Я привел пример серьезных бизнесменов, а не наглых озабоченных мажоров.

- Я подумаю, но не обещаю. В конце концов, выходить замуж в восемнадцать я никогда не планировала.

- Пока и не надо, просто я не хочу, чтобы тебя использовали. Что у них на уме? Ты знаешь? Споры на девчонок, запрещенные препараты, алкоголь и жестокие игры. Ты искренний и светлый человек, который не способен на подлость, а они способны. Поэтому тебе рядом с такими не место. Ты заслуживаешь самого лучшего.