Измена. Нам не по пути (СИ). Страница 16

Иду к телефону, набираю номер Валеры. Гудки кажутся бесконечно долгими. Наконец он отвечает – голос сонный, но сразу становится встревоженным.

– Полина? Что случилось?

– Валера, кажется, начались роды, – говорю я, стараясь сохранить спокойствие. – Схватки через пятнадцать минут.

– Я выезжаю! – в его голосе нет ни тени сомнения. – Собирайтесь, через десять минут буду.

– Валера, может, еще рано? Вдруг это ложная тревога?

– Не рано. Лучше перестраховаться. Документы готовы? Сумка собрана?

– Да, все готово.

– Отлично. Держитесь, я уже в пути.

Кладу трубку и понимаю – как хорошо, что есть человек, на которого можно положиться в такую минуту. Без Валеры мне пришлось бы вызывать скорую, ждать неизвестно сколько, переживать одной.

Быстро переодеваюсь, проверяю содержимое сумки для роддома. Документы, вещи для себя и малыша, телефон. Все на месте.

Новая схватка накрывает меня, когда я спускаюсь по лестнице. Хватаюсь за перила, жду, когда отпустит. Дыхание сбивается, во рту пересыхает.

За окном слышен звук мотора. Валера приехал точно через десять минут, как и обещал.

Открываю дверь. Он стоит на пороге в куртке, наброшенной на домашнюю одежду, волосы растрепаны. Видно, что вскочил с кровати и помчался сюда, не теряя ни секунды.

– Как дела? – спрашивает он, забирая у меня сумку.

– Схватки усиливаются. Теперь через десять минут.

– Хорошо, что не затягиваем. В машину!

Помогает мне дойти до машины, усаживает на переднее сиденье. Заводит мотор, включает печку – ночь прохладная, несмотря на май.

– До больницы час езды, – говорит он, выруливая со двора. – Если что-то изменится – сразу говорите.

Еду молча первые двадцать минут, сосредоточенная на схватках. Они приходят все чаще – через семь, потом через пять минут. Каждая сильнее предыдущей.

– Валера, – говорю я во время передышки между схватками, – спасибо вам. За все.

Он бросает быстрый взгляд в мою сторону:

– За что спасибо? Я же ничего особенного не делал.

– Как это ничего? Всю зиму обо мне заботились, дом помогали обустроить, дрова носили, в метель не дали замерзнуть. А теперь среди ночи поехали со мной в больницу.

– Это нормально. Так поступил бы любой.

– Не любой, – качаю головой. – Далеко не любой. Вы особенный человек, Валера.

Он молчит, сосредоточенно смотрит на дорогу. На его лице играет едва заметная улыбка.

Новая схватка заставляет меня сжать зубы, вцепиться в ручку двери. Дышу часто и поверхностно, пытаясь справиться с болью.

– Больно? – спрашивает Валера.

– Терпимо пока, – отвечаю я, когда схватка отпускает. – Но с каждым разом сильнее.

– Еще полчаса, и будем на месте.

Смотрю на него в полутьме салона. Профиль сосредоточенный, руки крепко держат руль. Чувствую, как волнуется, хотя старается не показывать.

– Валера, а вы не боитесь?

– Чего боятся?

– Всего этого. Родов, ответственности... Ведь это не ваш ребенок.

Он молчит долго, подбирая слова. Потом тихо говорит:

– Полина, для меня это уже не важно – мой ребенок или не мой. Я полюбил вас. И полюбил этого малыша еще до его рождения.

Сердце замирает. Валера наконец произнес слова, которые я и ждала, и боялась услышать.

– Полюбили?

– Да. Давно уже. Наверное, с того дня, как первый раз увидел вас в лесу. Только не хотел давить, понимал – вам сейчас не до этого.

– А теперь?

– А теперь хочу, чтобы вы знали: что бы ни случилось, я готов быть рядом. Готов стать отцом этому ребенку, если вы позволите.

Начинается новая схватка, более сильная. Я хватаю Валеру за руку, сжимаю изо всех сил. Он не отдергивает, только крепче сжимает мою ладонь.

– Дышите, – говорит он спокойно. – Глубоко и медленно.

Слушаю его голос, стараюсь дышать правильно. Боль постепенно отступает.

– Валера, я не знаю, что сказать, – шепчу я. – Вы для меня очень много значите. Но я так боюсь ошибиться снова, довериться не тому человеку.

– Я подожду, сколько нужно. Пока не будете готовы.

– А если никогда не буду готова?

– Тогда буду просто вашим другом. И дядей для малыша.

Смотрю на него и понимаю – он говорит правду. Этот человек действительно готов ждать, готов принять любое мое решение.

– Знаете, Валера, – говорю я тихо, – кажется, я тоже вас полюбила. Только боюсь в этом себе признаться.

Он поворачивает голову, смотрит на меня. В его глазах столько нежности, что перехватывает дыхание.

– Не бойтесь, – говорит он. – У нас все получится.

Впереди показываются огни больницы. Еще несколько минут – и я буду в руках врачей, готовиться встретить своего малыша.

– Валера, – говорю я, когда он паркуется у входа в роддом, – останетесь со мной?

– Если разрешат – обязательно.

– И потом... когда все закончится... поговорим?

– О чем угодно, – кивает он. – О нашем будущем.

"Нашем будущем". Эти слова звучат как музыка. Впервые за много месяцев я позволяю себе мечтать не только о ребенке, но и о семье. Настоящей, где есть любовь, доверие, взаимная поддержка.

Глава 16

Схватки накатывают одна за другой, почти без перерыва. Лежу в родовой палате, сжимаю руку акушерки, стараюсь дышать правильно. Боль такая, что кажется – больше вынести невозможно.

– Полина, все идет хорошо, – успокаивает меня врач. – Раскрытие почти полное. Еще немного потерпеть.

Немного. Легко сказать. Роды длятся уже шесть часов, а я чувствую себя выжатой как лимон.

– Сейчас нужно сосредоточиться на малыше.

Малыше. Моей дочке, как показало УЗИ месяц назад. Скоро я увижу ее, возьму на руки, прижму к груди. Эта мысль придает силы переносить боль.

За дверью слышны голоса. Знакомые голоса.

– Мама? – зову я слабо.

Дверь приоткрывается, и в палату заглядывает мама… лицо взволнованное, заплаканное.

– Полиночка, родная! – она подбегает к кровати, берет мою руку. – Как дела? Больно очень?

– Мам, как хорошо, что приехали! – сжимаю ее пальцы. – А папа где?

– В коридоре с твоим Валерой разговаривает. Познакомились уже.

О господи. Папа и Валера остались наедине. Надеюсь, папа не устроил ему допрос с пристрастием.

Новая схватка заставляет меня застонать и вцепиться в мамину руку.

– Дышите глубже! – командует врач. – Полина, готовьтесь, скоро начнем тужиться!

Мама гладит мои волосы, шепчет что-то ободряющее. Рядом с ней я чувствую себя спокойнее, увереннее.

– Мам, а что папа думает о Валере? – спрашиваю я в перерыве между схватками.

– Пока присматривается, – улыбается мама. – Но вижу – мужчина ему понравился. Серьезный, ответственный.

– Правда?

– Правда. Папа сразу оценил, что Валера среди ночи поехал с тобой в больницу. Говорит: "Такие мужики на дороге не валяются".

***

Тем временем в коридоре папа действительно изучает Валеру пристальным взглядом. Сидят на пластиковых стульях друг напротив друга – два мужчины, которых объединила забота об одной женщине.

– Значит, соседи вы, – говорит папа, не вопрос, а утверждение.

– Да, живу в километре от Полины, – отвечает Валера. – Помогаю по хозяйству, как могу.

– И давно помогаете?

– С осени. Как только она приехала в деревню.

Папа кивает, что-то обдумывая.

– Понимаете, Валера, – говорит он наконец, – у меня единственная дочь. После всего, что она пережила с первым мужем, я очень осторожно отношусь к мужчинам рядом с ней.

– Понимаю, – кивает Валера. – На вашем месте я бы тоже волновался.

– Какие у вас намерения относительно Полины?

Прямой вопрос. Валера не увиливает от ответа:

– Серьезные. Хочу жениться на ней, если она согласится. И стать отцом ребенку.

– Чужому ребенку?

– Для меня он не чужой. Я полюбил этого малыша еще до рождения.

Папа молчит, оценивающе смотрит на Валеру.