Развод. Я снова буду счастливой. Страница 3

– Лех, здорово. Не, не могу выйти в игру. Моя мозги выносит, – говорит, бросая на меня злые взгляды. – Еще часа три не смогу. Извини, братан, надо было ей сегодня быкануть. Сорян, порешаю все и я с вами.

– Нашелся тут решальщик! – у меня вырывается истерический смешок. – Только тронь монитор, я заявление напишу. У меня и чеки все есть. Забирай свою маман и вон из моей квартиры. Хватит, надоело тебя содержать.

Сергей пинает монитор, и тот, влетев в стену, разбивается. Но мне все равно.

– Ты еще пожалеешь! – произносит с угрозой.

– Я уже жалею, – говорю чистую правду. – Жалею, что связалась с тобой. Что так бездарно потратила четыре года своей жизни.

Замечаю, что свекрови нет в комнате.

– Лидия Николаевна, вы по привычке обшариваете полки?! – не отказываю себе в удовольствии задеть ее. – Хотите открытую пачку макарон забрать? Мяса и сыра в доме нет, не ищите! Ваш сыночек все сожрал.

– Как же это низко, попрекать куском! – строит из себя обиженную свекровь. – Разве можно до такого опускаться?

– Я поняла, да, – киваю, – можно, но только вам. Вы же из заботы о моей фигуре не давали лишнего кусочка или пирожка. Вы не попрекали, а только лишь из добрых побуждений указывали на мои недостатки. Спасибо большое, – я даже делаю легкий поклон.

– Какая же ты злопамятная, – упрекает меня Лидия Николаевна. – Злая, мелочная, завистливая. Никакого уважения к старшим. Не для такой хабалки я воспитывала сына.

– Да заберите уже своего драгоценно сына и покиньте мою квартиру, – от всей души советую ей. – Мы разводимся, радуйтесь!

– Сережа, да брось ты этот хлам! – командует Лидия Николаевна. – Завтра купим тебе лучше, не переживай. Идем скорее домой. Я с утра котлеток наготовила. Как сердцем чуяла, что вечером тебя накормить нужно будет. У этой, с позволения сказать, хозяйки в холодильнике шаром покати.

– Может, хватит тут уже цирк устраивать? – мне надоело происходящее. – Все собрали? Уходите!

– Нет, это просто потрясающе! – встряхивает волосами свекровь, продолжая прожигать во мне дыру глазами, горящими праведным гневом. – Это вопиющая наглость! Так может вести себя только совершенно невоспитанная и бескультурная особа!

– А культурные и воспитанные особы лазят по чужим шкафам в отсутствие хозяев, да, – произношу, мило улыбаясь, – потому что в присутствии хозяев это делать воспитание не позволяет.

– Я тебе, оборванке такой, доверила самое дорогое! – патетично заявляет свекровь.

– Это да, – понимающе киваю, – содержание вашего сыночка удовольствие невероятно дорогое.

– Я тебе что, собачка?! – Сергей отрывается от своего телефона.

Пока его матушка разносит и обносит мою квартиру, муженек ковыряется в телефоне.

– Собачка мне обходилась бы дешевле, – я вздергиваю подбородок. – И точно от собаки было бы намного больше внимания, чем от тебя.

– Не смей сравнивать моего сына с какой-то псиной! – взвизгивает свекровь. – Сыночек, как ты вообще влюбился вот в эту? – спрашивает с мученическим стоном. – Я тебе таких девочек хороших приводила для знакомства. Интеллигентных, из хороших семей, с приличным образованием. А ты выбрал вот это. Вопреки воле материнской! Сердце мне разбил. Я так болела, так болела! Вот и сейчас давление нагнали мне. Ох, – хватается она за сердце и начинает оседать.

– Воды могу предложить только из ведра на голову, – спокойно говорю. Меня этот театр одного актера больше не впечатляет. У свекрови здоровье такое, что на десятерых хватит.

Но поняла я это далеко не сразу. В моей семье никто так себя не вел. Даже бабушка, которой уже за восемьдесят, всегда пыталась скрыть, что ей плохо. Поэтому я по наивности все за чистую монету принимала.

Кидалась подать воды, бегала за таблетками, вызывала скорую. Спустя много времени до меня дошло, что как только я набирала номер неотложки, свекровь сразу говорила, что ей уже лучше и таблетки помогли.

В желании понравиться и наладить отношения, я по выходным надраивала ее квартиру. Ну это же нормально – помогать почти родственникам. Ну не попали в кино сегодня, так сходим в другой раз. Правда, другой раз наступал очень нескоро.

Я в своей влюбленности все звоночки пропускала мимо. Главное, чтобы всем было хорошо и удобно.

А теперь я понимаю, что мой муж ловкий манипулятор, весь в свою родительницу. Вот и пусть дальше без меня.

– Сережа, заставь свою жену извиниться передо мной, – приказывает с видом королевы.

– Нет, – произношу твердо. – Это вам неплохо было бы извиниться передо мной.

– Вот уж мне точно извиняться не за что, – заявляет Лидия Николаевна. – Я для тебя столько хорошего сделала. А ты, поганка неблагодарная, этого не оценила. Сережа, забери свою зубную щетку. Нечего оставлять ей. И пасту тоже забери. Новую пусть себе купит.

– Обмылок с раковины не забудь, – советую ехидно. – И туалетную бумагу с держателя сними. Давай, собери свои вещи как настоящий мужик.

– Кира, какая ты злая! – ахает Лидия Николаевна.

– Считаешь это остроумным? – рычит Сергей. – Я тебя из болота вытащил. Выбрал лохушку и сделал королевой. Но ты своими куриными мозгами не поняла этого. Не оценила. Кому ты будешь нужна? Ты моль бледная. Твой уровень – уборка и готовка. Но нет, каждая посредственность мнит себя особенной. Нет, Кирочка, ты не особенная. Я был твоим единственным шансом на нормальную семью. Женщина должна быть при мужике. Создавать уют и не отсвечивать. А ты решила мне мозги выносить. Достала уже своим «найди работу, найди работу»! Только через порог и начинаешь на мозги капать, а дома пожрать нечего.

– Не ври, в холодильнике всегда есть еда! – меня захлестывает злость от несправедливости обвинений.

– Еда – это свежеприготовленное и поставленное на стол, – продолжает рычать Сергей. – А ты со своей работы пока придешь, с голоду сдохнуть можно.

– Я и вижу, что изголодался весь. Штаны едва застегиваются. Погреть себе никак, да? Зато объедаться чипсами, бургерами и пиццей – это нормально? И все за мой счет.

– Ну я же должен что-то есть, – хмыкает Сергей.

Боже, как же он изменился! Точнее, какой я была слепой! Жадный, мелочный, эгоистичный! Все должно быть только для него. Да что там, планета вертится для него одного.

– Сынок, ноги нашей больше в этой квартире не будет, – свекровь открывает шкаф и начинает доставать куртки и ботинки. – Не думала, что доживу до такого позора. Я ночей не спала, всю душу, все силы вкладывала в моего мальчика, а теперь какая-то девица без роду, без племени смеет мне указывать! Ты кто такая? – поворачивает голову ко мне. – Соплюшка! А туда же! Старшим грубит! Ты на себя погляди, выглядишь как тряпка половая. И мой сыночек вынужден каждый день смотреть на тебя такую. Не удивительно, что перестал тебе внимание уделять.

Наверное, если бы муж меня любил, то защитил бы. Попросил бы мать так не говорить. Но Сергей наслаждается этим моральным издевательством. Ему доставляет радость мое унижение.

Я в его глазах вижу ненависть и злорадство.

А ведь он ни разу не защитил меня. «Ну, мама пожилой человек. Такой уж у нее характер. Ты должна понять», – отвечал мне. Понимающей должна была быть только я. Всё, моя понималка сломалась.

– Вы так и не сказали, каким образом опять оказались в моей квартире, – обращаюсь к свекрови. Я ведь не хотела такого скандала, собиралась спокойно сообщить мужу о разводе и отправить его к маме.

– Сердце материнское подсказало, – отвечает она.

Глава 3

– Вот родишь и воспитаешь, тогда, может быть, и поймешь, – уселась свекровь на любимого конька. – Да и почему я должна отчитываться, когда собираюсь навестить собственного сына? Я же знаю, ты отвратительная хозяйка, вот и принесла сыночку курочку жареную с картошечкой. А вот ты чего так рано с работы пришла, а? – бросается на меня с обвинениями.

Я действительно сегодня пришла часа на два раньше. В офисе батарею прорвало, отопление отключили, нас всех и отпустили. Еще и повезло доехать без пробок. Ну и в магазин я не зашла. Потому что решила больше мужа на себе не тянуть.