Киберпоп. Стажёрка. Страница 4

– Сама нанесёшь или помочь?

Джим кивнул на мазь в моей руке. Я опомнилась и вернула ему тюбик.

Зачем? Неясно. Вообще, чувствовала себя не в своей тарелке.

– А мои вещи?..

– Они там, в прихожей.

Мой постоянный клиент из клуба указал рукой себе за спину. После, открыв колпачок, он выдавил мазь прямо на кожу колена и аккуратными медленными движениями начал её размазывать. Я с неподдельным удовольствием откинулась назад, на спинку, чувствуя приятную прохладу под его пальцами. Ноющая боль, которая меня никогда не отпускала, немного притупилась. Мышцы расслабились, и я совсем обмякла.

– Очень безграмотная работа, – проворчал Джимми, едва снял другой наколенник. – Тебе меняли коленные чашечки?

– Я была дурой, сама виновата.

Признание вырвалось против воли. Испуганно напряглась и замолчала. Нельзя рассказывать! Он не сознался в том, что ему нужно. Ведь нет? А вдруг он фанат ЭмДжи?

– Скажи, зачем ты меня спас?

– А разве нужен повод?

– Только серьёзно! – запротестовала я. – Ты же не собираешься никуда меня продавать?

Пальцы Бойда дрогнули и надавили на синяк. Я ойкнула.

– Я же сказал, шарахни меня парализатором, если не доверяешь и боишься. Там режим выставлен как раз для моей комплекции. Три секунды, и я в полном отрубе. Пять секунд, и меня откачают только в реанимации. Больше – сама знаешь, что будет. Остановка сердца.

Поняв, какую грозную штуку держу в руках, с отвращением отпихнула её подальше.

– Я просто очень устала от подстав, и мне хочется хоть кому-то верить.

Он немного помолчал. А его последующие слова вызвали тёплое ощущение в груди. Что это? Доверие? Надежда? Неясно.

– Я тебя и пальцем не трону в понятном смысле.

– То есть твоя помощь бескорыстна?

– Нет, не буду врать.

Зато честно.

– Но ты не причинишь мне вреда?

И снова это молчание! Его реакция на мои слова чуть не ввергла меня в пучину отчаянья. А Бойд сильно смутился и отвёл взгляд.

– Сознательно и намеренно я не причиню тебе вреда. Но Флория, ты должна понимать, я могу не рассчитать силу. Вдруг произойдёт что-то непредвиденное? Я не могу давать заведомо ложное обещание. Однако у меня нет ни малейшего желания намеренно причинить тебе вред.

От сердца отлегло. Так вот почему он молчал? Слишком ответственно подошёл к вопросу? Или же есть что-то ещё? Строить догадки не стала. Пока что услышанного было достаточно, чтобы перевести дух.

Стоило только-только расслабиться, как его слова вновь заставили напрячься.

– Ты голодна? Или хочешь вначале помыться?

– Вначале? – насторожилась я. – А что будет после?

– Не понял.

Бойд посмотрел на меня долгим и чересчур серьёзным взглядом, будто не сразу догадался о причине моей обеспокоенности.

– Я не буду к тебе приставать, если ты об этом. Умею держать себя в руках, не переживай.

Вдруг стало стыдно за излишнюю подозрительность. Но что мне ещё оставалось? Он принёс меня сюда. Что-то же ему нужно от меня?

– Если хочешь поспать, я постелю тебе в спальне, а сам лягу на диване.

Но почему он не предложил отвезти меня домой? Этот вариант даже не рассматривается?

– Я здесь в заложниках?

Громкий вздох, и Бойд потянулся к парализатору, снова вложил его мне прямо в руку.

– Мы в Агио, и сейчас раннее утро, скоро начнутся пробки, а ты даже не ела. И после лежания на бетонке у мусорки мне показалось, что ты захочешь помыться, а затем поесть.

Всё. Контрольный в голову. Я виновата, слишком подозрительно себя веду. Но я не могла иначе, после всего, что со мной случилось. Слишком много проблем, слишком много нервов потрачено.

– Я бы предложил тебе прилечь поспать вон в той комнате, но ты опять можешь расценить это как домогательство, поэтому, если хочешь, я найду тебе одежду и пойду прогуляюсь, дам тебе время, ну, помыться. Еда будет на столе.

– Ой, нет, не надо!

Вначале взяла его за руку, но затем отдёрнула ладонь, вспоминая о мусорном баке, и скривилась от отвращения.

– Да, я не красавец.

Он неправильно расценил моё поведение. Мысленно ругнулась, прежде чем извиниться:

– Руки грязные! Как вспомню про мусорку, так рвота подступает к горлу…

И правда, желудок мой отозвался тупой болью. Бойд, не думая, подхватил меня на руки и спешно отнёс в ванную к раковине, где меня и вырвало в очередной раз за сегодня.

Включила воду и смыла за собой всё, что выплюнула.

– Спасибо, – сдавленно поблагодарила я. Самое большее, на что была способна в подобных обстоятельствах. – Не уходи из квартиры, не надо. Я тебя не боюсь. Точнее, не как раньше.

– Хорошо.

Отпустив мою талию, которую придерживал, пока меня рвало, он прочистил горло и вышел в гостиную.

– Принесу чистую одежду, или у тебя есть с собой в рюкзаке?

– Нет, там только рубашка, шорты и так, по мелочи, – ответила ему.

– Тогда сейчас.

Он отправился в спальню, а я прикрыла дверь, залезла в ванный модуль – матовая пластиковая дверка автоматически заехала в пазы.

Всё, можно наконец раздеться и смыть с себя всю эту грязь. Не хватало мне заразиться чем-нибудь и вылететь отсюда. Ведь все жители купольных городов раз в год проходят биотестирование, замеряющее уровень заражения организма различными вирусами и патогенными бактериями. Мне с моей историей – больными ногами и несколькими пластическими операциями, оставившими швы и прочее, о нормальной жизни вовсе можно не мечтать. Ещё одна причина, почему я забралась именно сюда и любыми способами старалась зацепиться за это место.

Мне нельзя уезжать. Дальше будет только хуже. За полтора года моего здесь пребывания я успела обрасти небольшим количеством одежды и мебели, не только вещами первой необходимости. Если меня вышвырнут отсюда, придётся забрать только то, что сумею унести в руках. А могут вовсе не допустить обратно в квартиру, запрут где-нибудь в карантине до процедуры депортации.

Страх всколыхнулся с новой силой, и я, не думая ни о чём другом, выдавила гелеобразный состав на ладони и принялась активно им растираться. За те десять минут, что я баловала себя горячими струями, напрочь позабыла обо всём и почувствовала небывалое облегчение, едва смыла завивающий состав для волос.

Честно говоря, кожа от него зудела, но для имиджа куколки терпела. Я по часу в день стояла у зеркала, прихорашиваясь. То единственное, что осталось со мной: моя красота. Внешняя. О внутренней говорить не приходилось. Ведь чувствовала себя паршивее некуда. Жизнь снова рушилась, едва я привыкла к некоторой стабильности.

Бац, увольнение.

Неизвестность пугала до дрожи в поджилках, а неловкость перед Джимми добивала остатки самообладания. Главное, чтобы он не оказался одним из толпы тех чокнутых фанатов ЭмДжи, которые рьяно выслеживали меня, особенно первое время. Никак было от них не скрыться. Никак.

Узнав мой домашний адрес, они в каком-то своём форуме быстро доносили весть до нужных людей, и те уже приходили ко мне под дверь и делали разные гадости. А некоторые даже поджидали меня в тёмных переулках. Бегать я не могла. Но на моё счастье, меня оба раза спасали прохожие.

Я покачала головой, прогоняя прочь нерадостные мысли.

В ванной царила тишина. Белый пластик, стилизованный под кафель, выглядел чистым, почти новым. Да и в целом отделка квартиры Бойда сообщала, что у него точно есть деньги.

И что?

Что мне с этого? Я подошла к висящим на вешалке майке и рубашке. Оказывается, пока я мылась, Бойд молча зашёл, оставил вещи и вышел. Надо бы его поблагодарить, что ли? Вот только хватит ли ему простого «спасибо»?

Ох! Как же сложно понять ситуацию, в которой я очутилась. Как мне себя вести с ним? Он спокойный, угрюмый. Сам почти никогда не начинает разговор, только отвечает на прямые вопросы. Зато старается быть честным и не юлит. Но про цель моего здесь пребывания вряд ли расскажет.

А вдруг он как-то связан с компанией ЭмДжи? Они наконец поняли, как со мной напортачили, и хотят выплатить мне моральную компенсацию?