Второе высшее магическое (СИ). Страница 5

Глава 2.3

Немир Глазунов. Аж кровь застыла в жилах. Вдруг подумалось, что это всё — новая жизнь, прежнее тело — сон, дурман, навеянный озером, а на самом деле я всё ещё там… в своем прошлом-будущем.

Тело будто в дерево превратилось, по спине побежали колючие болезненные мурашки. И так страшно было… С трудом я повернулась, как наяву представляя высокого холеного толстяка с бородой и в золоте. Именно таким, каким я видела его совсем недавно. Но нет, передо мной стоит пока ещё среднего роста юнец, прыщавый, тощий, в самой обычной одежонке, зато улыбается светло и задорно.

— Рад тебя видеть, рыжая! Познакомьтесь, други, — он покрутил головой к подошедшим с разных сторон парням, — это Велька, Горихвостова Велижана свет Изяславовна.

Захотелось сотворить охранный знак. Он и говорил так, будто хотел напомнить ту встречу на базаре. Слова, выражения такие похожие. До костей пробирает. И вроде понимаю, что не надо бояться, но аж коленки трясутся. Хотела бы я улыбнуться, но лицо застыло, будто деревянное. Только кивнуть смогла.

— А это Лешко Жаров и Сновид Тихоходов. Вместе учиться будем! Познакомишь со своими подругами?

Ты погляди, какие люди. Злость победила страх. Кровь вскипела. Вот эти две заразы, которые потом всему чародейскому миру будут палки в колеса вставлять! Хочешь заклинание узнать — приноси клятву роду, да без права наследования. Хочешь амулет продать — плати подати в их толстую суму. Хочешь жить мирно своей жизнью и никого не трогать — так нет же, из любого закутка достанут и за что-нибудь да выставят счёт! Вот эти три семейства по сути прибрали к рукам магический промысел, на чём вся наука ворожейская и заглохла, едва родившись. Ну ничего, ничего. Улыбайтесь, пытайтесь охмурить хорошеньких будущих ворожей, недолго вам осталось радоваться жизни. Не знаю, как, но Школу вы не закончите!

— А пойдёмте пить чай с баранками? — Немир сиял, как начищенный самовар. — Хорошую корчму знаю тут рядом. Велька, ты же не будешь такой трусихой как в школе? Мы с Велькой учились вместе, — пояснил он для остальных.

— Не буду, — мило и скромно улыбнулась я. Ты даже не представляешь, насколько не буду.

— А чего ж трусить, когда кругом такие ладные молодцы? — хихикнула Малаша и ухватила меня под локоток. — Вель, ты представь хоть меня знакомцам своим!

Так и вышло, что в корчму мы пошли все вместе. Я вообще-то собиралась отказаться, но Малаша вцепилась в меня мёртвой хваткой и волокла, как бывалый бурлак судёнышко, а она девица в теле и далеко не белоручка, не то что я. Одной ей с тремя хлопцами идти показалось зазорно, так что мне деваться было некуда, пришлось сопровождать. Впрочем, я решила воспользоваться случаем да повыяснять, чем нынче живы будущие богатейшие чародейские семейства. А они и рады распинаться перед двумя девицами. Особенно как Малаша за стол села, хозяйство своё обильное на край уложила, вот тут и пошли песнопения.

— Слыхали, на берегу Тишмы за лето две новых улицы отстроились? — с важным видом вещал Лешко Жаров. — Нашинские это.

Я, понятно, ничего такого не слыхала, но закивала и заахала, как положено, а вот Малаша оказалась при сведениях.

— Это которые на берегу Тишмы-реки? А как же вы построили? Там нельзя ведь. Папенька хотел там пекарню вторую поставить в своё время, так разрешения ему не подписали у концевого старосты!

— И-и, сестрёнка, это твой папенька не с того конца к концевому зашёл! — сощурился Лешко, а остальные загоготали. — У него небось столько золота нету, чтобы разрешение купить. А нам это — чё там, мелочишка!

Теперь уже Малаша ахала и сверкала очами, а я задумалась: насколько я помнила, по берегам Тишмы-реки ничего не строили, потому что в паводок она далеконько из тех берегов выходила.

— А не затопит дома-то ваши? — спросила Лешка.

Тут он сощурился так, что вовсе глаз видно не стало.

— Ничего ты не понимаешь, птаха! Мы дома-то те уже продали. Тут как Школа открылась, ого-го сколько народа понаехало — кто учиться, кто торговать, и всем дома нужны вот прям вчера. Так что мы как построили, сразу и сплавили их, да за хороший золотой, а что затопит их по весне — так это уж не наша беда!

И все трое снова захохотали. Тихоходов даже похлопал Лешка по спине, поздравляя с такой выгодной сделкой и хитрым планом. Я только головой покачала.

— Вот ты селёдка мороженая, Велька, — фыркнул на то Немир. — Всё-то тебе не так. Кто тем покупателям виноват, что они не поспрашали умных людей, не вызнали, чо да как? Умнее быть надо, вот как Жаровы! Это тебя папаня твой ограждает от жестокости мира сего, а сам-то небось и не такое проворачивает.

Я насторожилась.

— О чём это ты?

— Ну ка-ак же, — Немир переглянулся с дружками, и они тоже заулыбались. — Он же у тебя при купце управляющий? Так небось себе в кошель кой-чего кладёт, что до купца не долетает.

— Ты хочешь сказать, что мой отец ворует⁈ — воскликнула я, так обомлев, что и голос не приглушила. Завсегдатаи корчмы, вон, заозирались.

— А какой управляющий не ворует? — хмыкнул Лешко. — Вся их братия такая. Только следить да пороть. Твоего батьку не порят? Ну, значит, ворует.

Я хотела высказаться подробно, в нескольких коленах, о том, что я думаю про мудрость их житейскую, но вовремя закрыла рот. Что толку тут ссору разводить? Я не малолетка, а им на моё мнение плевать со школьной башни. Иначе надо делать. Что там Груня говорила насчёт трёх прогулянных проверочных? Вот ужо кто-то у меня погуляет!

Глава 3.1

Не ходить на уроки-то позволялось, да вот только не всякий бред я смогла бы потом убедительно наплести, а Груня, как мы все запомнили в первый день, списать не даст. Эх-х. Придётся как-то выкручиваться, а то столько времени убивать впустую, когда надо спасать будущее чародейского мира да и о приработке бы подумать… Но я решила первое время отходить на всё, посмотреть на каждого преподавателя, а там уж и решить. Тем более что с моим опытом прикладные науки получались у меня лучше всех, а это ох как любо.

В конце концов какая разница, как объясняют волшебство учителя — колодцами или кротами? Главное, чтобы грамотку дали, а чаровать я и сама умею.

Сегодня у нас впервые учительствовала женщина. Она мне сразу пришлась по душе. Яркая такая, улыбчивая, старше нас всего лет на десять. Загляда Светославовна явно была влюблена в волшебство и искренне хотела пробудить в нас те же чувства.

— Как вы знаете, озеро Ухтиш, Соколиный холм и другие источники чародейской силы всегда считались волшебными, — рассказывала учительница. Родом она была из Царских Гор, там и образование получала. Возможно, поэтому её речь казалась какой-то иной, более учёной будто бы. — Мы не знаем, так это или нет, но людская молва повествует нам о самых разных чудесах, которые якобы случались рядом с этими местами. Из-за этого многие считают, что чародейство всегда чуть-чуть да просачивалось в наш мир в этих местах. Взять хотя бы наши сказки, — она улыбнулась светло и радостно. — Они полны волшебства. Неужели всё это просто придумано? А как быть с тем, что сейчас появляются вещи, про которые наши бабки да няньки рассказывали на ночь как сказку? Тот же клубочек-проводник или скатерть-самобранка? Удивительное совпадение, не правда ли? Возможно, сказки — это не совсем сказки, как разумеете?

Загляда Светославовна оглядела наши лица, на которых явственно читалась попытка думать, и снова весело улыбнулась.

— Давайте представим, что эта мысль верна. Согласны?

Мы болванчиками закивали.

— Тогда скажите мне, что всегда было у ведьм в сказках? Какой неизменный атрибут?

Последнее слово большинство явно не знало, но догадались.

— Метла! — выкрикнул Ждан.

— Зелья! — вставил Немир.

— Котёл, — добавила Бажена.

— Кот, — заорала сбоку от меня Малаша.

— Рецепты, книги, тайные знания, — веско произнесла Груня.

— Ворона… вообще птицы, — с серьёзным лицом предложил Любомысл.