Господин чиновник. Том 1 (СИ). Страница 2

– Я тоже надеюсь, что всё обойдётся, – перебил я. – Кстати, а где кабинет?

– На втором этаже, в правом крыле, – слуга сделал круглые глаза. – Вы уверены, что вам не надо к доктору?

– Нет, мне сейчас надо к деду на беседу, а с докторами потом. Можешь идти.

– Слушаюсь, – слуга поклонился и вышел, аккуратно затворив за собой дверь.

Теперь мне предстояла новая задача: найти кабинет деда. Общение, скорее всего, приятным не будет. Старик начнёт распекать нерадивого внука за вчерашний кутёж, а мне придётся держать ответ за всё, что сотворил этот бестолковый юнец перед моим вселением. Забавно. Новая жизнь началась не самым воодушевляющим образом. Но это было немного лучше, чем находиться в окружении жутких тварей в обречённом городе.

Глава 1

Выйдя из комнаты, я оказался в узком тёмном коридорчике. Думал, придётся попыхтеть в поисках кабинета, но интуиция, основанная на обрывках знаний юноши, сама повела меня в нужном направлении.

Проживал Артур в пристройке, где находились комнаты для слуг. Странное решение, если учесть, что особняк был достаточно просторный, имел три этажа и кучу свободных комнат. Но почему так произошло, я понял быстро: вместе с дорогой к дедовскому кабинету, вспомнилось и то, как к парню здесь относились.

Кабинет был обставлен не менее старомодно, чем комнатушка внизу, только более роскошно. По нижней части стен тянулись деревянные панели, в центре громоздился массивный письменный стол с обтянутой зелёным бархатом столешницей, в углу стоял большой диван-честер, отделанный коричневой кожей, за рабочим креслом возвышался дубовый шкаф, подпирающий потолок, а напротив висел портрет сурового бородача в нарядной одежде.

В комнате никого не было, и я подошёл к окну. По широкой улице, что тянулась вдоль полноводной реки, проезжали редкие машины вперемешку с колясками, запряжёнными лошадьми. Автомобили эти напоминали кареты, и у каждого над крышей торчало по трубе: у некоторых спереди, у других – сзади. По тротуарам прохаживались люди в старинной одежде: мужчины – в сюртуках, котелках или цилиндрах, женщины – в длинных, закрытых платьях и изящных шляпках с узкими или широкими полями.

Сразу стало ясно, что мир, куда я попал, находится на более низкой ступени развития, нежели мой, и в отличие от моего, здесь в качестве движущей силы местные обитатели предпочитают пар вместо бензина. Календарь на стене показывал июнь тысяча девятьсот пятидесятого года, хотя мода и техника напоминали более старые времена, век эдак девятнадцатый.

Память подсказывала, что здесь до сих пор существует Российская империя, тогда как у нас она давно распалась. Я вначале подумал, что в этом мире царит относительное благополучие, но очень быстро в голове стали всплывать обрывки информации о наличии Скверны. Значит, и этот мир заражён, причём века эдак с семнадцатого. Здесь тоже случались крупные прорывы, тоже гибли города под напором загадочных тварей, однако захватить всю сушу Скверна по какой-то причине пока не могла.

Среди вороха мыслей всплыло и весьма чёткое понимание, кто я такой. Сейчас меня звали Артур Ушаков, и я был старшим внуком генерала в отставке князя Георгия Павловича Ушакова, героя русско-австрийской и русско-турецкой войн, владельца обширных земельных угодий в трёх или четырёх губерниях и нескольких тысяч крепостных. Отец юноши погиб на службе (хотя подробностей я припомнить не мог), и с самого детства Артура воспитывал дед в своём петербургском особняке. Правда, из-за того, что у парня так и не открылся фамильный дар, старик сильно недолюбливал непутёвого внука, что делало жизнь последнего, мягко говоря, не слишком счастливой в родных стенах.

Дверь открылась, и в комнату вошёл господин преклонных лет, облачённый в длинный сюртук тёмно-бордового цвета. Левую половину лица мужчины закрывала кожаная полумаска с позолоченным окуляром. На пальцах красовались перстни, на лацканах и по бортам – золотые узоры, а от пуговицы к карману тянулась цепочка часов. Сразу бросалась в глаза военная выправка старика.

– Очухался, значит? – проговорил дед недовольно, словно он был не рад, что внук пришёл в сознание.

– И вам доброе утро, Георгий Павлович – я обернулся. – Вашими молитвами. Жив, здоров и… почти невредим. Только голоден, как собака, и голова раскалывается.

Единственный глаз деда с недоумением посмотрел на меня. Кажется, прежний Артур так со старшими не общался. Но что поделать? Мне, человеку столь высокого статуса, пусть и в прошлой жизни, не пристало лебезить перед первым попавшимся князьком.

– Садись, – рыкнул дед, словно усталый лев.

– Благодарю, – я устроился на диване. – Слуга сказал, вы хотели меня видеть. Полагаю, речь пойдёт о вчерашнем вечере?

Дед уселся за массивный письменный стол, сцепил перед собой могучие морщинистые руки и оглядел меня из-под сведённых бровей, а потом заговорил, и в голосе его чувствовалась угроза:

– Ты меня окончательно разочаровал, Артур. Мало того что сила в тебе так и не пробудилась, так ты ещё и род мой позоришь.

Я улыбнулся:

– Не каждый же день бывает выпускной. Было бы преступным не отметить столь знаменательное событие.

– Хватит паясничать! – деду не понравился мой насмешливый тон. – Негодный мальчишка! Я его приютил, дал крышу над головой, и вот что получаю взамен?! Если бы я захотел, то превратил бы тебя в горсть песка! Ты прекрасно знаешь, что не имеешь силы, так зачем тогда спровоцировал драку? Ты хочешь нашей с Булатовыми ссоры? Ты поставил меня в очень скверное положение. Отпрыска моего рода бьют у всех на виду, а мне что прикажешь делать? Молча стерпеть?

– Как вариант, можно кого-нибудь побить в ответ. Ну или потребовать компенсацию…

– Молчать!!! – дед стукнул по столу.

Я отчасти понимал старика: история получилась неприятная. У Артура в гимназии сложились не самые хорошие отношения с одним из отпрысков Булатовых, и вражда детей двух знатных родов могла иметь дурные последствия для обоих семейств. Артура презирали многие сверстники из-за отсутствия у того магической силы, но не трогали благодаря авторитету деда, но Булатову это не помешало.

– Будь по-вашему, Георгий Павлович. Нерадивый внук смолкает, готовясь внимать словам мудрого попечителя, – проговорил я притворно серьёзным тоном.

– Камень, попавший в голову, повредил твой рассудок? – деда мои слова успокоили не сразу. – Ты – позор рода! Ничтожество, ни на что не годное! Мои бастрюки-полукровки и те способнее тебя! Ты должен быть вечно благодарен мне за то, что я не вышвырнул тебя вон! Впрочем… – выпустив пар, дед всё же немного остыл, – твоя болтовня не имеет сейчас никакого значения. Я позвал тебя вовсе не для того, чтобы говорить о прошлом. Речь пойдёт о твоём будущем. Наверное, ты думал, что так и будешь жить на всём готовом, а я буду терпеть твои выходки? К счастью, нет. Дармоедам и нахлебникам не место под моей крышей. Долг свой перед твоим покойным отцом я выполнил сполна. Пришло время отправиться тебе в свободное плавание и послужить отчизне. В армию тебе, недоразвитому, смысла идти нет, но вот на статской должности даже такие, как ты, могут принести пользу стране.

Мне стал окончательно ясны намерения деда. Он хотели пристроить внука на государственную службу, и для меня данный вариант выглядел не таким уж и плохим: появится работа на первое время и доход, чтобы начать самостоятельную жизнь вне стен этого дома. Всё равно со стариком мы общий язык не найдём, значит, разойтись нам надо поскорее. А дальше будет видно.

– Ну что смотришь? Как воды в рот набрал, – продолжал дед.

– Всего лишь исполняю вашу просьбу.

– Знаю, не нравится тебе эта идея, ты же хотел по ресторациям ходить за мой счёт. Но что поделать? – в тоне князя прозвучала злая язвительность. – Хватит дурака валять. Поговорил я с кем надо, и решили мы тебя определить в Сибирь, в Иркутский особый округ. Это возле самой границы. Там служащие очень нужны, а никто туда ехать не хочет, всем тёпленькое место подавай, да чтоб ближе к столице. Но ты поедешь.