Седьмой предок. Том 1 (СИ). Страница 3

— Этот псих решил покончить жизнь самоубийством, только бы не даться нам в руки… — огорченно, и в то же время восхищенно проронил один из старейшин.

Глава секты нахмурился:

— Его жизнь все равно стрела на излете. Жаль, что не смогли захватить его способным говорить… Отправьте поисковые отряды. Нашедшему обещайте пилюлю Золотого Слияния из моей коллекции.

— Хм… такой наградой даже я немного соблазнился.

— Брось, ты же старейшина зала Алхимии! Тебе ли хотеть таких вещей?

— Зря ты так думаешь. У меня есть ученики, которым это бы пригодилось. Знаешь, сколько себестоимость такой пилюли? А какое мастерство требуется, чтобы из из пяти попыток получить хоть одну?

— Проклятье! Аодхфин снова решил прочитать нам лекцию, почему в его зале все такое дорогое…

Руэри мчал с огромной скоростью. Этот временный прилив энергии обеспечивал «пошедший вразнос» даньтянь. Самоубийственный прием, когда не жалея собственной жизни, решаешь забрать врага с собой. Старик рассуждал здраво — перебить группу культиваторов секты Лазурного Неба даже в таком состоянии он не смог бы. Максимум — это успел бы убить нескольких, после чего стопроцентно погиб бы сам. А сейчас… надежда все еще теплилась в его душе. В любом случае, он не доставит удовольствия этим ублюдкам убить себя. Лучше уж умереть от собственной техники, свободным человеком!

Постепенно скорость начала снижаться. А впереди показался бьющий в небо столб фиолетовых огней — верная примета прохода в мир Смертных. Искривив бледные губы, старик немного изменил направление движение. Если его тело останется там — значит, так тому и быть. Зато не достанется секте Лазурного Неба! К тому моменту, как добрался туда, лицо Руэри было мертвенно-белым. Начинался распад мельчайших энергоканалов…

Фиолетовые, призрачные огни вырывались из нескольких тоннелей в земле. Никто не знал, как на самом деле устроен этот феномен, но природные проходы в земле каким-то образом работали как телепортационный массив, перенося в совершенно другой мир. Там жили простые смертные и слабейшие культиваторы, а еще — в тот мир постоянно вторгались порождения соседнего, темного мира.

Руэри уже мало что соображал, когда нырнул в один из тоннелей внизу. Сознание то мутнело, то снова прояснялось. В какой-то момент он осознал себя, жующим странный цветок. Горечь и в то же время кислота намертво свели зубы. Даже когда он попытался выплюнуть его — у него ничего не вышло. На этом моменте сознание окончательно покинуло его.

Если бы кто-то в этот момент был в этом туннеле, то увидел бы странную картину — бледный старик-культиватор, с ужасающими повреждениями энергоструктуры съел странный цветок, и тихо сполз по стене на пол. И в этот момент он начал меняться. Время слово повернулось для него вспять — лицо, кожа, волосы, даже внутренние органы и кости принялись стремительно молодеть, словно некто невероятно могущественный отматывал личное время назад. И одновременно точно так же себя вела энергетическая часть: даньтянь исцелялся, одновременно падая в уровнях и слабея. С седьмого ранга, равного сильнейшим главам сект, он ослаб до шестого, потом пятого, четвертого, третьего, второго, и, наконец, остановился на первом, базовом уровне. А все мериданы, некогда открытые, лишились своей энергии и «усохли», словно их никогда и не открывали. Через полчаса на каменном полу валялся без сознания юный культиватор, лет семнадцати-восемнадцати, словно только-только открыл свой даньтянь. В древнем, рваном халате.

Глава 2

Руэри открыл глаза. Сам факт, что он смог проснутся, уже сильно удивил его.

— Этот старик все еще жив? — словно спросонья произнес он, глядя на каменный тоннель и фиолетовое свечение в воздухе вокруг. — Э? Эй! Что с моим голосом?

Привычный, глухой, старческий голос с хрипотцой сменился звонким и четким, словно только выкованная сталь. Пошатываясь, он поднялся… и в недоумении принялся рассматривать себя. Древнее, местами прохудившееся одеяние, и определенно молодая кожа без морщин, пигментных пятен и даже с темными волосами! Длинная борода просто исчезла, а волосы на голове тоже стали черными, прямо как в молодости. И вот последняя мысль неожиданно что-то зацепила какие-то ассоциации в памяти.

— Я что-то ел. Определенно… кажется, какой-то цветок… тут… неужели? Все говорят, что это просто легенда!

«Песнь Возрождения» — так называется редчайший цветок, который, вроде бы как можно иногда встретить в тоннелях перехода в мир Смертных. Темно-фиолетовый, окутанный тонкой дымкой, в тон свечения окружающего пространства. Это определенно был именно он! Ходят слухи, что этот цветок может срастить любую рану, вылечить болезнь, снять проклятие, восстановить энергетику. Да он даже возвращает молодость! Проблема в том, что одновременно с положительным воздействием он берет свою плату — полностью уничтожает всю культивацию, какая бы она ни была, оставляя лишь первичный даньтянь. Действительно сильные культиваторы тратят огромное количество сил, сотни лет практики, большое количество ценных пилюль и эликсиров. А счастливые совпадения и невероятные случайности, позволившие добиться успеха там, где девяносто девять из ста умирают? Все это для того, чтобы в конце гордо смотреть на остальных сверху, тех, кому не так повезло, наслаждаясь своим могуществом. И желать лишиться всего этого могли лишь действительно отчаявшиеся культиваторы. Таких тоже хватало, но проблема была еще и в том, что этот цветок находят абсолютно случайно. Всего дважды за всю известную историю. Так что Песнь Возрождения — это лишь красивая легенда для всех.

— Я сожрал легенду, — подытожил уже совсем не старик, а юноша, сосредотачиваясь на своей ауре. — Ха! Действительно, остался только слабый, едва оформившийся даньтянь. И ни одного раскрытого меридиана. Не ощущаю море сознания. И я снова вернулся на первый ранг. Проклятье! Этот старик уже и забыл, как это быть таким слабым!

Он подвигал руками и ногами, заново привыкая к ощущению тела. Движения легкие, но какие-то немощные, без постоянной подпитки энергией, без усиливающей поддержки открытых меридианов… без… без… Да он раньше мог скалы крушить собственным телом и лениво считать количество взмахов крыльев мухи или бабочки! А теперь совершенное, пусть и старое тело могущественного культиватора сменила слабая человеческая плоть…

— Я как будто во сне, — озвучил свои мысли Руэри. — Но мне это нравится, клянусь бездной! Свободный, хоть и ужасно слабый — этот старик действительно сейчас доволен, ха-ха-ха!

В лабиринтах тоннелей, которые каким-то образом появлялись, было не так уж сложно ориентироваться, несмотря на множество ответвлений. Если все вокруг виделось сквозь густеющую фиолетовую дымку — значит, вы двигаетесь к миру Культиваторов. А если воздух светлел — то направляетесь к миру Смертных. Так что Руэри решительно двинулся вперед, в мир Смертных. Его наверняка будут искать, чтобы убедится в смерти. Причем искать будут упорно, долго — врагов такого калибра, как он прошлый, стараются не оставлять. А в нынешнем состоянии он не сможет дать отпор практически никому. К тому же, сейчас ему в мире Культиваторов делать нечего. Без хорошей секты, сильного клана или мощного рода за спиной… Лучше уж жить в мире Смертных. Да, там меньше окружающей энергии. Но до четвертого ранга это вовсе не критично! А то, что любой сильный культиватор быстро слабеет, стоит ему спустится туда — вот это сейчас даже хорошо. Секте Лазурного Неба будет сложнее отыскать его.

— И почему я только у них очутился? Даже название у них мерзкое, тьфу! Они бы еще назвались сектой «Черной земли». Или «Синего моря», идиоты…

После стольких лет полусознательного существования марионеткой Руэри обнаружил, что его бесит решительно все, что связано с этой сектой. Вплоть до названия, которое на самом деле было ничуть не лучше или хуже любого другого.

— Когда вернусь, и поднакоплю сил — раскатаю там все по камушкам, клянусь! Я вас всех запомнил! Особенно этого уродца, с цепями на руках. Кажется, он нынешний глава секты. И старую мымру рядом с ним. И парочку ублюдков, с лысыми головами…