Сиротка хочет замуж. Любовь не предлагать (СИ). Страница 25

Вторая сущность драконов имеет свое мнение по поводу определенных вопросов. Она может выбрать своему владельцу невесту, заставить его поступить так или иначе и даже предупредить о надвигающейся опасности. Эта сущность, как правило, проявляется в моменты сильных эмоций или критических ситуаций, когда дракон должен сделать выбор, который повлияет на его судьбу и судьбу окружающих. Она может шептать ему на ухо, подсказывая, как действовать, или же, наоборот, заставлять его противостоять собственным желаниям.

Драконы любят и лелеют свою сущность. Для них это часть души, неотъемлемая и священная. Они понимают, что вторая сущность — это не просто сила, но и ответственность. Она требует уважения и понимания, ведь именно она связывает дракона с его предками, с древними традициями и магией, которая течет в их венах. В моменты тишины и покоя, когда дракон уединяется в своем логове, он может чувствовать, как его вторая сущность наполняет его энергией, как она шепчет ему о прошлом и будущем, о том, что было и что еще предстоит».

Я читала, читала, читала. Страницы переворачивались сами собой. Я тщетно пыталась найти нужную мне информацию. А именно: почему нельзя кататься верхом на драконе? Кем и по какой причине это запрещено?

Мой ум метался между страницами, ощущая нарастающее разочарование.

И когда перед обедом в моей комнате появился Леонард, я встретила его этим вопросом:

— Так почему на тебе нельзя кататься, о великий и могучий дракон? И не надо кивать на книгу. В ней ответа на этот вопрос.

— Аршанарах хоршаран рошорон горшаранах! Женщина! — раздраженно выдал Леонард. — Потому что мы, драконы, великие создания! Дети богов! Дошло до тебя это или нет?!

— Понятно, — хмыкнула я. — Больное самолюбие плюс корона до небес. Ни одного нормального ответа нет. Ладно, дитя богов, я от меня что ты хочешь?

— Собирайся! — приказал Леонард. — Мы идем обедать в мир оборотней!

А, то есть меня выгуливают по мирам? Развлекают, значит? Ладно, собраться не проблема. О завтрашнем чаепитии я подумаю вечером. Заодно и Леонарда предупрежу, что завтра я занята. Буду исполнять роль принцессы и общаться с местным народонаселением.

На сборы у меня ушло около получаса. И совсем скоро я порталом шагнула в другой мир, мир оборотней.

Здесь, как и в мире дриад, тоже было много лесов. Мы с Леонардом как раз и вышли на поляне одного такого леса, где в воздухе витал светлый, свежий аромат хвои. Толстые стволы деревьев, обвитые плющом, поднимались к небесам, их кроны создавали натуральный свод, защищая от яркого света солнца. Но оборотни, в отличие от дриад, не гнушались и пользоваться техникой, которую перетаскивали порталами из иных миров, в том числе и немагических.

Сейчас мы готовились пообедать в ресторации, построенной, казалось, по всем правилам архитектуры: смешение камня, дерева и металла создавало гармоничную картину.

— Глава оборотней в этом мире очень любит все необычное, — предупредил Леонард, подходя к ресторации. — Поэтому внутри может быть что обычно. Ничему не удивляйся.

Да как скажете. Не удивляться, так не удивляться.

Ну, и что же такого необычного можно увидеть внутри?

Входные двери, обитые железом, были украшены резьбой, изображающей сцены охоты и праздников оборотней, что сразу же привлекало внимание. Вокруг ресторации росли высокие деревья, их ветви создавали естественный навес, а мягкий свет пробивался сквозь листву, создавая волшебную атмосферу.

Высокий мускулистый оборотень-охранник поклонился, приветствуя нас. Его глаза сверкали, как два янтаря, а чешуя на руках переливалась в дневном свете. Мы перешагнули порог и оказались внутри. Зал был просторным, с высокими потолками, украшенными деревянными балками, которые поддерживали массивные светильники, мерцающие, как звезды на ночном небе. Стены были отделаны темным деревом, а на них висели картины, изображающие сцены из жизни оборотней: танцы, охота, праздники. В углах зала стояли большие растения, которые добавляли зелени и свежести.

В центре зала находился длинный стол, накрытый белоснежной скатертью, на котором уже стояли блюда, излучающие аппетитные ароматы. Я заметила, что некоторые из них были знакомыми, а другие выглядели совершенно экзотично. Оборотни, сидящие за столами, были в разных обличьях: некоторые из них сохраняли человеческие черты, в то время как другие проявляли свои истинные формы, с мехом и острыми клыками, что создавало удивительный контраст.

Ну и, конечно же, мое шальное воображение сразу нарисовало шубы, с мехом, когтями, можно и бутафорскими, ну и клыками тоже. Можно на вороте, можно в других местах. Сшить пару-тройку таких шуб, для примера, и посмотреть, как драконицы воспримут подобные одеяния.

Глава 35

— И о чем же думает моя жена с таким кровожадным выражением на лице? — насмешливо поинтересовался Леонард, когда мы сделали заказ и сидели ждали официанта с нашими блюдами.

— О чаепитии, — сказала я полуправду, стараясь скрыть свои истинные мысли. Рано, рано моему ненаглядному супругу знать о моем заработке. Еще, чего доброго, распсихуется прямо здесь, перед едой, помешает мне желудок набить. — Что? Что ты так удивленно смотришь? Сам же утверждал, что я обязана вести светский образ жизни и общаться с народом. Вот и пообщаюсь завтра. Устрою чаепитие и пообщаюсь.

Леонард приподнял бровь, его выражение лица стало более серьезным.

— И кого же ты пригласила?

Я усмехнулась.

— Вот завтра и узнаешь. Если, конечно, приглашенные придут. Думаю, к ужину мы управимся, так что уже завтра ночью сплетни пойдут гулять по дворцу.

Леонард открыл было рот, чтобы мне ответить.

Но в этот момент официант, высокий и мускулистый оборотень с ярко-зелеными глазами, подошел к нашему столу, неся поднос с блюдами. Он с легкостью поставил на стол несколько тарелок, и я почувствовала, как аромат экзотических специй наполнил воздух. На столе появились яркие салаты, запеченные мясные деликатесы, а также необычные десерты, украшенные свежими ягодами и медом.

Все было очень, очень аппетитным, даже на первый взгляд. И наш разговор завял сам собой. Видимо, Леонард решил, что расспросить жену можно и после еды. Так что мы ели молча, поглощая все принесенное.

Затем, поев и расплатившись, вышли из ресторации и вернулись во дворец порталом. А там Леонарда уже ждали государственные дела. Они появились внезапно, навалились на третьего принца всем скопом и помешали ем устроить форменный допрос своей супруге, то есть мне.

Так что я с чистым сердцем отправилась в свою комнату, закрылась там и уселась в кресло перед разожженным камином. Надо было многое обдумать, подготовиться к чаепитию, возможно, даже решить, что именно я буду говорить, когда стану представлять аристократкам свой хенд-мейд. Свекровь присутствовать не будет, и это одновременно огорчало меня и развязывало мне руки.

Я расслабленно откинулась на спинку кресла, сыто улыбнулась и чуть прикрыла глаза. Жизнь с каждым днем становилась все лучше.

И это не могло не радовать.

И радовало, да. Вплоть до завтрашнего дня. Ни ворчание Леонарда, ни необходимость продумать все, что только касается чаепития, меня не смущали. Я весело улыбалась, наивно хлопала ресничками и жалела, что у меня так мало экземпляров для продажи.

А вот на следующий день, к назначенному времени, когда у моей гостиной обнаружилось сразу множество дам-аристократок, я напряглась. Просто потому, что комната, в которой было все готово для чаепития, не смогла бы вместить эту толпу. Она была рассчитана на гораздо меньшее количество народа. Да и я, честно говоря, совершенно искренне рассчитывала, что меня посетит не так много придворных сплетниц.

Ошиблась, угу. Просчиталась.

— Добрый день, — улыбнулась я, подходя к толпе. — Дамы, я рада вас всех видеть, но своим безразмерным пространственным карманом я еще не обзавелась. А гостиная не выдержит всех желающих.