Нищий граф (СИ). Страница 35

— Мы идем в одну из гостевых, — я с трудом поднялся и дал указание Марату: — Принеси таз воды, бинты и чего-нибудь поесть. Гринд, так собачку мою зовут, не откажется от пары килограмм сырого мяса.

— В этом-то не сомневаюсь, если оклемается псина, то на ночь в комнаты придется двери запирать, а то всех сожрет, — пробурчал управляющий, поспешно куда-то направляясь.

Он что-то еще продолжил бубнить, но в его причитания вслушиваться не стал. Вновь поделился темной жизненной энергией с псом, стараясь поддержать в нем жизнь. Да и не дотащить мне его, сейчас не в лучшей форме.

В комнате мы с Гриндом разместились у дивана. Казалось бы, простое действие, чтобы устроиться на мягкой сидушке, но это уже за гранью наших с псом возможностям. Марат помог омыть с меня кровь, а вот к собачке подходить отказался, только кинул тому кусок мяса, на который пес голодными глазами уставился, но дотянуться не сумел.

— Этак мы и загнуться можем, — буркнул я, прикидывая свои силы.

Нет, смертельных ран не ощущаю, если все оставить как есть, то через неделю смогу восстановиться, но это оптимистический прогноз. А вот дела у Гринда намного серьезнее. Кровотечение на груди открылось, сломанная кость вновь пропорола кожу-броню.

— Терпи, — сказал псу, а сам вытащил из кармана чудом уцелевший смартфон.

Поразмышлял, а потом все же набрал номер Трояновой.

— Господин Бурцев, слушаю, — практически мгновенно прозвучал задумчивый голос Эллы Эдуардовны.

— Занята?

— Готовлюсь к нашей с вами встрече. В документах полный бардак, но это даже на руку. Судебные решения противоречивы и сделаю так, что их приостановят до нового разбирательства. Сроки еще не вышли, до обжалования крайнего постановления осталось два дня, — произнесла адвокатша, а потом уточнила: — Вы что-то хотели?

— У тебя нет целителя, который не отреагирует на известные тебе обстоятельства? — завуалированно спросил я, а потом добавил: — Вылазка в подземные лабиринты столицы пошла не по плану.

— Ты ранен? Насколько серьезно? — всполошилась Троянова и явно что-то разбила.

— У нас еще появился друг, четырехлапый, который едва дышит, — выдохнул я. — У меня проблемы с магией, ни себя, ни его подлечить не в состоянии. Понимаешь?

— Да, постараюсь что-нибудь придумать! Перезвоню сразу, как только найду кого-нибудь. Ты где находишься?

— У себя, — с трудом ответил ей. — Геопозицию поместья скину, управляющего о твоем приезде предупрежу, — дал отбой и пару раз тяжело выдохнул.

Внутри живота начинается жжение, чертова кислота проникла-таки в рану. Этак она меня изнутри сожжет, если чего-нибудь не предпринять. Это высшему демону такое не страшно, а вот хрупкому человеку, без возможности создать заклинание исцеления, смертельно опасно. Пожалуй, в своих расчетах ошибся. Восстановление и вовсе под вопросом.

Отправил сообщение Трояновой с меткой, где нахожусь. Дал инструкции Марату, который принес очередной таз с водой, уже третий по счету. Слуга видит в каком я состоянии и, похоже считает, что не оклемаюсь. Слишком управляющий расстроен и мрачен. Он даже подвинул кусок мяса Гринду, прямо под саму морду, но тот его даже не понюхал, не то чтобы сожрал.

— Господин, а если вызвать скорую? Там должен находиться дежурный целитель, если скажем, что ранен глава клана, имеющий титул графа, — словно хватаясь за последнюю соломинку, предложил Марат.

— Нет, — коротко ответил ему и, подумав, набрал телефонный номер Анны.

Смирнова ответила не сразу, а когда и приняла вызов, то некоторое время ругалась с каким-то клиентом, недовольным действием зелья.

— Привет, — наконец-то вспомнила про то, что я ей позвонил. — Ты уже меня готов забрать?

— Не совсем, — хрипло буркнул я. — Не в состоянии. Если не побрезгуешь, то помоги. Необходимы твои зелья, желательно на темной основе или с ее примесью. Меня и моего пса в катакомбах столицы сильно потрепали.

— Кто? Как серьезно?

— Девять из десяти, — чувствуя, что отключаюсь, буркнул я.

— Еду! Беру такси и скоро буду, — сказал Анна, больше не став ничего уточнять.

События глазами Виктории Соболевой.

Накатывает что-то типа паники и тревоги, словно нервы вышли из чата и назад возвращаться не собираются. И ведь ни одной предпосылки! Для себя все обдумала, брат все же на моей стороне, господин Петров будет до последнего молчать. А больше и опасаться некого. Даже если отцу что-то и доложат, и тот со мной строго поговорит, ну так не наказывал никогда, даже в угол не ставил. Наоборот, баловал и перед матерью выгораживал. А вот Екатерина Ивановна, мама моя, на раз неприятности доставит. Вбила себе в голову, что ей внуков подавай, мол хочет воспитывать наследников. И это при том, что на трон-то сядут дети Глеба. Ну, у меня активов достаточно, вполне себе обеспечена, да и родители не обидят. Но замуж? Б-р-р, это не мое! Хочу работать и жить обычной жизнью. С каким-нибудь простым и нормальным парнем встречаться, но и то не сразу, а когда полной грудью свободу вдохну. Нет, в золотой клетке не сижу, мне многое дозволено, но далеко не все. А охрана, зачастую, бесит! Редко, но удавалось в тот или иной клуб выбраться. Как правило, отмечали чье-то день рождение, так только там кто-нибудь из парней в мою сторону поползновение сделает, так его сразу на место ставят. Правда, это происходило до моего бунта и поездки в Питер. За границей же дела обстояли хуже, а когда сюда вернулась, то еще ни с кем из знакомых не пересеклась. Впрочем, не очень-то и хотелось, чуть повзрослев я и в самом деле стала более разборчива и понимать окружающих, что им от меня надо. Вот только Бурцева не получилось раскусить. Какой-то он слишком наглый!

— Да что ж такое-то⁈ Опять о нем думаю! Почему он из головы не выходит? Это все адвокатша его, навела тень на плетень, а сама небось с ним спит! И ведь надо же, прямым текстом заявила, что к нему в постель залезть собралась, — нервно переломила карандаш, которым пыталась делать зарисовку из окна. Рисование всегда меня успокаивало, но не в этот раз.

Еще и телефон так настойчиво трезвонит.

— О, легка на помине! — сказала вслух, прочтя имя звонящего. — Слушаю, — сухо бросила, принимая вызов.

— Виктория Федоровна, вы не слишком заняты? — раздался тревожный голос Эльвиры.

— Госпожа Троянова, а с какой целью интересуетесь? — задала встречный вопрос.

— Мне, точнее, не совсем мне, но тем не менее, нужен хороший целитель, — сбивчиво, нервничая, сказала моя собеседница.

— И вы обратились ко мне? — удивилась я и этого не стала скрывать. — У вас нет никого, к кому обратиться?

— Вопрос деликатный, — замялась Троянова. — Наверное, зря вас побеспокоила, да и от Бурцева за такую инициативу мне точно влетит.

— Не поняла, объяснитесь.

— Алексей Максимович просил подыскать ему того, кто ничему не удивится и будет молчать. Сразу же о вас вспомнила, — с едва уловимой нервной усмешкой, сказала адвокатша. — Кстати, я уже подъехала к резиденции великого князя, точнее, мимо проезжаю.

— Так господин Бурцев ранен? — задаю вопрос, а сама отчетливо понимаю, с парнем что-то могло случиться из-за меня.

— Я его не видела, но судя по тому, как он говорил по телефону, то, да, пострадал, — спокойно произнесла Троянова.

— Уже бегу, мой долг целителя оказывать раненым помощь, — выдала я, лихорадочно метясь по комнате, ища свою целительскую сумку с медицинскими инструментами и набором лекарств. — Вы где находитесь?

— Перед забором, на парковке, у меня нет допуска в резиденцию, — произнесла Троянова.

Через пять минут я плюхнулась на сиденье авто, а адвокатша резко вдавила педаль газа. Ее спортивное купе рвануло, влилось в поток машин на основной столичной улице и стало опасно маневрировать. При этом, мы не разговаривали, а Троянова еще и пару раз резко меняла маршрут, словно отрываясь от преследователей. И что-то мне подсказывает, что моя охрана останется не у дел. Впрочем, это меня даже обрадовало. А в том, что Алексей ранен, почему-то себя виню. Он же наверняка отправился на поиски нужных ингредиентов для зелья отвращения.