Учитель моего сына (СИ). Страница 6

— Куда же вы, мама? — хватаю ее за руку и поворачиваю к себе. — Мы сейчас после линейки пойдём в класс, знакомиться будем. Нас ждет очень интересный и насыщенный год. Надо узнать друг друга получше.

Света нервно смеется.

— Да вы знаете, мне на работу надо…

— Понимаю, вам надо спешить зарабатывать доллары. И все же я настаиваю, чтобы вы остались до конца линейки, а потом прошли вместе с учениками и другими мамами на более близкое знакомство со мной.

При слове «доллары» Света вмиг становится из бледной как простыня — пунцовой как помидор. А я, вспомнив те сто долларов и записку «За оргазмы», аж задыхаться начинаю. Она оставила мне деньги за ночь.

Нет, не так.

ОНА. ОСТАВИЛА. МНЕ. ДЕНЬГИ. ЗА. НОЧЬ.

Сняла меня в баре, как мальчика по вызову. Проститута. Не знаю, как правильно назвать мужчину низкой социальной ответственности. Мальчик, оргазмы мне принеси... А сейчас вдобавок ко всему еще и розы мне подарила. Чтобы окончательно меня добить.

Галстук сдавливает горло, поэтому я отпускаю Свету и быстрым движением ослабляю его. Она снова пользуется случаем, чтобы сбежать. Делает новый поворот на шпильках, но я опять успеваю схватить ее. Спускаю свою руку вниз по ее и сжимаю ладонь.

Я чувствую удар под дых. Внутренности скручиваются. Наша ночь за секунду пролетает перед глазами. А потом утро. Прекрасное доброе утро, пока я не вышел из ванной и не обнаружил пустую комнату со ста долларами и запиской.

— Константин Сергеевич! — визглявый женский голос заставляет меня отвлечься от Светы.

Это глава родительского комитета. Не запомнил ее имени. Вынужденно поворачиваюсь к ней и группе других мам.

— Да?

— Я не договорила про школьный театр…

Боже, что? Какой еще на хрен школьный театр? На мое счастье главу родительского комитета затыкает громкий голос директора школы.

— Дорогие ученики, учителя, родители… — пожилая женщина выходит с микрофоном в центр школьного двора.

Я не слушаю ее. Снова поворачиваю голову к Свете, а ее уже и след простыл. Опять сбежала. На этот раз оставив мне букет роз.

Вообще, я привык получать от родителей цветы. Особенно в последние пару лет. Это стало модно, что ли. Появились специальные мужские букеты. Я никогда не придавал значения цветам, спокойно их принимал и передаривал потом коллегам-женщинам.

Но получить цветы именно от нее — это как еще один плевок в меня. На тебе, мальчик, сто долларов, а потом ещё цветы. Спасибо за оргазмы. Хорошо постарался. Держи свое вознаграждение.

Я еле выдерживаю до конца линейки. Розы от Светы оттягивают руки. Они как будто тонну весят. Наконец-то линейка заканчивается, толпы школьников и учителей направляются ко входу в школу. Я медленно продвигаюсь со своим шумным шестым «Б». Особенно поглядываю на мальчиков. Света ведь сказала, у нее сын? Алексей Самсонов?

А если так подумать, то это какая-то насмешка судьбы. Сначала я встречаю сногсшибательно красивую девушку и провожу с ней потрясающую ночь. А потом эта девушка оказывается мамой моего ученика. Возможно, замужней. Но это уже не важно, потому что главное — она мама ученика.

А на мам учеников у меня строгое табу.

В классе кое-как отвязавшись от главы родительского комитета и других мам, я начинаю знакомство с ребятами. Медленно иду по списку в алфавитном порядке, а самому не терпится добраться до буквы «С».

— Самсонов Алексей, — громко говорю.

Никто не реагирует.

— Самсонов Алексей, — повторяю громче и обвожу глазами детей. Его нет, что ли?

— Лёх, тебя зовут, — слышится тихий голос.

— А, что? — раздается с последней парты третьего ряда.

Мальчик в белой рубашке вытаскивает из уха беспроводной наушник и вопросительно смотрит на меня, жуя жвачку. В классе воцаряется гробовая тишина. Ее рассекает музыка, доносящаяся из наушника.

— Ты Самсонов Алексей?

— Да. А что?

Мальчик продолжает держать в руках наушник, из которого орет рок. Второй у него по-прежнему в ухе. Все понятно.

Я таких детей повидал огромное количество. Они реально сложные. Старые училки советской закалки пытаются сломать их, лепя двойки, крича и унижая. Но добиваются обратного эффекта. Это превращается во взаимный буллинг: училка гнобит ученика, а ученик доводит училку. Замкнутый круг.

С такими детьми нужно говорить на их языке. Иначе ни хрена не выйдет.

— Что это у тебя там играет? — спрашиваю. — Queen?

Мальчик слегка растерялся. Другие ученики переглядываются между собой.

— Да, — отвечает сын Светы.

— Песня «Spread Your Wings»? Из альбома «News of the World»?

— Д-да, — теряется еще больше.

Морщусь.

— Это далеко не самый успешный альбом Queen, хотя в него вошли три их суперхита. Все-таки их самый первый альбом с шестиминутной «Богемской рапсодией», как по мне, был самым лучшим, и они так и не смогли его превзойти.

Алексей растерян. Он не ожидал от меня разговора о музыке. Думал, я буду как классическая училка орать на него.

— А ты что думаешь? — спрашиваю его. — Какой альбом Queen тебе больше всего нравится?

— Кхм, — ставит музыку в телефоне на паузу. — А мне больше нравится их позднее творчество. Этот альбом нравится тем, что в нем Queen отошли от сложного арт-рока в сторону упрощения звучания. Но больше всего я люблю альбом «The Game».

— Он не плох. В нем Queen попробовали несвойственный им стиль диско-франк. Но лично для меня он слишком попсовый, что не вяжется с образом Queen в целом.

— В попсовости у них обвиняли альбом «Jazz».

— Да, было такое. Ну что ж, Алексей Самсонов получает пятерку за хороший вкус в музыке, — по классу проходится громкий удивлённый шёпот учеников. — Ну вы же не думали, что я буду оценивать только ваши знания в математике? Человек должен быть всесторонне развит. Математика — одна из составляющих вашей жизни. И далеко не самая важная. Я вам по секрету скажу: кроме таблицы умножения вам в жизни больше ничего из математики не пригодится. Поехали дальше: Селезнёва Вера.

Девочка с первой парты поднимает руку.

Я иду далее по списку, а сам краем глаза наблюдаю за сыном Светы. Удивленный, он убирает наушники с телефоном в портфель и даже выплевывает жвачку, а остаток времени внимательно меня слушает.

Глава 7. К директору

Света

У меня весь день наперекосяк. Убегая из школы, пока Аполлона отвлекла Оля из родительского комитета, я подвернула на шпильках ногу. Адская боль прострелила лодыжку. У меня аж слезы из глаз брызнули. Я не могла идти. Пока доехала на такси до работы, нога распухла так, что больше не помещалась в туфлю. Я не смогла встретить министра образования и сопроводить его на интервью. В обеденный перерыв пришлось ехать к врачу, так как боль в ноге не проходила. Рентген показал, что перелома нет, травматолог назначил мазь, обезболивающие, а также сказал держать ногу в покое и ходить только в удобной обуви.

Я целый день не могу работать. К боли в ноге добавляется раскалывающаяся голова. Ну как я могла снова встретить Костю? Разве такое возможно? Это чей-то прикол, не иначе. И как мне быть? Я спала с классным руководителем моего сына. Какой позор, просто кошмар. Еще и деньги за ночь ему оставила.

Может, сто долларов и были лишними, я не спорю. Просто… не знаю. Мне никогда ничего не падало с неба просто так, за все приходилось платить в прямом или переносном смысле. С чего бы тогда мне должны были просто так достаться оргазмы с шикарным мужчиной? Вот я и заплатила за них в прямом смысле. А теперь еще долго буду платить в переносном.

Выпиваю таблетку аспирина. И что теперь ждет Лешку? Костя будет на нем отыгрываться за мой поступок? Мало моему сыну доставалось от предыдущей классной, теперь новый будет его гнобить. Ну если так, тогда я поменяю ребенку школу. Я не буду стелиться перед Костей, как перед предыдущей классной.

На экране телефона загорается сообщение из Курятника. У меня отключен звук в этом чате, но уведомления приходят, когда меня отмечают в сообщениях. Захожу в чат и читаю сообщение, в котором меня тэгнули: