Развод. Игра в правду. Страница 2

Мир вокруг меня рушится под громкий треск сообщений. Онемевшие пальцы не держат смартфон. Он падает на ковёр с глухим стуком. Я сажусь рядом. Обнимаю колени. Пытаюсь стать маленькой. Хочу исчезнуть.

Пустой взгляд уставлен в чуть заметное пятнышко от брызг шампанского на обоях. Привет из прошлого. След празднования пяти лет совместной жизни. Сижу так долго. Может быть, час. Может, два. Солнечный луч медленно ползёт по полу. Добирается до меня. Пытается согреть босые ноги. Но я не чувствую тепла. Ощущаю вселенский холод. Он идёт изнутри. От заледеневшей души.

Поднимаю смартфон. Снова рассматриваю фотографию. Денис выглядит счастливым. Настолько счастливым я не видела его давно. Теперь понимаю каждую деталь его вечных переработок. Важные встречи. Холодность в постели. Всё было ложью. Долгой, продуманной ложью.

Я открываю его блог снова. Читаю комментарии. Незнакомые люди пишут ужасные вещи. Они верят ему. Они поддерживают его. Они жалеют его. Но ненавидят меня.

– Держись, Денис! – пишут подписчики. – Ты заслуживаешь лучшего. Спасибо, что раскрыл правду об этой женщине.

Я закрываю глаза. Пытаюсь найти внутри себя гнев. Пытаюсь обнаружить ярость. Но нахожу только пустоту. Полную и бездонную пустоту. Я растоптана, обескуражена его нелюбовью настолько, что нет желания сопротивляться. Бороться за имя, когда я ему не нужна? Для чего?

Подхожу к окну. Смотрю на наш тихий дворик. Всё выглядит точно так же как вчера утром. Деревья. Скамейка. Детская площадка. Но ничего уже не будет по-старому. Мой мир исчез. Он закончился сегодня утром. Под звуки телефона и гул голосов.

Поворачиваюсь и смотрю на нашу спальню. На огромную кровать. На его большую подушку. На наши общие фотографии на стене. Мы смотрим друг на друга и улыбаемся. Выглядим очень счастливыми. Не понимаю, когда это стало маскарадом. Я не заметила момента превращения правды в ложь.

Медленно сползаю по стене на пол. Сижу на холодном паркете. Смотрю в одну точку. Я не плачу. Слёзы не приходят. Они где-то глубоко внутри. Застряли, превратившись в комок боли в горле.

Я дышу. Вдох. Выдох…Вдох. Выдох… Единственное, что ещё могу делать. Всё остальное разбито, украдено. Один пост. Одна фотография. Одна ночь. Этого хватило, чтоб уничтожить семь лет жизни. И оказалось достаточно, чтобы убить меня.

Глава 2

Я стою перед знакомым входом. Дверь в конференц-зал радиостанции. Я открывала её сотни раз. Сегодня она кажется чужой и тяжёлой. Кладу ладонь на холодную металлическую ручку. Делаю глубокий вдох. Вхожу внутрь.

Воздух в зале густой, неподвижный. За большим овальным столом сидят люди. Мои самые большие акционеры. Мои давние партнёры. Я знаю всех по именам. Сегодня они не смотрят на меня. Их взгляды скользят по столу. По стенам. По окнам. Куда угодно, только не на моё лицо.

Денис устроился в моём кресле. Во главе стола. Он одет в тёмный костюм. Выглядит собранным и спокойным. Рядом с ним сидит женщина со строгим лицом и папкой с документами. Это его юрист.

Я занимаю единственное свободное кресло. Оно стоит в стороне от стола. Оно ниже других. Чувствую себя на скамье подсудимых.

Денис поднимает глаза. Смотрит на меня с безразличием. Как на постороннего человека.

– Начинаем внеочередное собрание, – объявляет ровным голосом, лишённым эмоций. – В связи с чрезвычайными обстоятельствами.

Он включает проектор. На стене появляется первое изображение. Распечатка банковских счетов. Я вижу знакомые номера. Это счета радиостанции.

– Обратите внимание на выделенные транзакции, – чётко выговаривает каждое слово Денис. – Деньги уходили на личные нужды Вероники. На покупку украшений. На дорогую одежду.

Смотрю на даты. Я ничего не покупала в эти дни. Была на эфирах. Готовила новые программы.

– Это ложь, – возражаю тихим дрожащим голосом. – Я не совершала этих переводов.

Никто не реагирует. Все смотрят на экран.

Денис переключает слайд. Там ещё одна распечатка. Фейковая платёжка за аренду студии. Сумма завышена втрое. Моя подпись внизу. Она очень похожа на мою. Но я этого не подписывала.

– Вероника Андреевна систематически завышала расходы, – продолжает Денис. – Разница оседала на её личных счетах.

Я изумлённо смотрю на него и не верю своим глазам. Это тот самый человек, который неделю назад говорил о любви. Держал меня за руку перед камерами. Неделю назад он мне клялся в вечной верности!

– Денис! – в этот раз говорю громче. – Что ты творишь? Занимаешься подлогом? Ты знаешь, что это неправда.

Он смотрит на меня холодно. В его глазах нет ни капли сожаления.

– К сожалению, это правда, – в его голосе ни капли сожаления. – У меня на руках все доказательства.

Он кивает своему юристу. Та включает аудиозапись. Из динамиков раздаётся искажённый голос, очень похожий на мой. Но произносит он ужасные вещи.

– Я выжму из этой станции все деньги, – вещает голос. – А потом пошлю всех к чёрту! Они доверчивые идиоты.

Вскакиваю с места. Сердце бешено колотится.

– Это смонтированная фальшивка! – я почти кричу. – Не мой голос!

– У нас на руках заключение независимой экспертизы, – парирует юрист. Она кладёт на стол несколько бумаг. – Записи подлинные.

Я смотрю на лица акционеров. Вижу сомнение в их глазах. Разочарование. Даже страх.

– Послушайте меня, – пытаюсь говорить спокойно. Но у меня не получается. – Денис завёл любовницу! Он решил со мной развестись. И хочет забрать себе радиостанцию. Всё его факты хорошо отрепетированный спектакль.

– У вас есть доказательства? – спрашивает один из акционеров. Пожилой мужчина. Я всегда считала его другом.

Я встаю.

– Есть фотография, – отвечаю, шаря в сумке в поисках смартфона. – Он со своей любовницей.

– Ревность – плохой советчик, Вероника, – качает головой другой акционер. – Мы должны руководствоваться фактами. Даже если у вашего мужа есть женщина. Все факты против вас.

Денис смотрит на меня с лёгкой улыбкой. Он знает, что побеждает. Знает, что ему поверят.

– Предлагаю провести голосование, – говорит он, с усмешкой взирая на мои потуги донести свою правду. – Вопрос об отстранении Вероники Орловой с поста генерального директора.

Ноги подкашиваются. Падаю назад в кресло. Смотрю, как поднимаются руки. Одна. Вторая. Третья. Закрываю глаза. Я не хочу этого видеть.

– Решение принято, – слышу я голос Дениса. – Вероника Андреевна, вы больше не являетесь руководителем радиостанции.

В зале наступает тишина. Я открываю глаза. Все смотрят на меня. С жалостью. С осуждением. С облегчением.

– Пожалуйста, освободите кабинет, – подытоживает Денис. Он говорит это так буднично. Как будто просит передать соль за обедом.

Я медленно встаю. Ноги почти не слушаются. Иду к выходу. Не смотрю ни на кого. Открываю дверь и выхожу наружу.

Иду по знакомому коридору. Стены украшены фотографиями. Наши лучшие эфиры. Наши награды. Вот я получаю премию как лучший ведущий. Вот мы празднуем юбилей станции. Вот наш дружный коллектив. Все улыбаются. Все счастливы.

Подхожу к своему кабинету. Табличка с моим именем уже скручена с двери. Внутри кто-то хозяйничает. На столе лежат чужие вещи. Семейные фотографии исчезли.

Открываю нижний ящик. Достаю свою кружку. Подарок от слушателей. Кладу её в сумку. Больше мне здесь ничего не принадлежит.

Выхожу из кабинета в последний раз. Я не оглядываюсь. Спускаюсь по лестнице и выхожу на улицу.

Иду домой пешком. Тот же маршрут, что и всегда. Но сегодня всё по-другому. Больше я не ведущая утреннего шоу. Отныне я обыкновенная женщина. Даже не так. Я – растоптанная, униженная жена! Без работы. Без репутации. Без мужа.

Подхожу к нашему дому. Тоже не так. Теперь только к его дому. Квартира оформлена на него до брака. Он говорил, что так надёжнее. Я, влюблённая до безумия дурочка, верила ему.

Поднимаюсь на лифте. Вхожу внутрь. В квартире тихо и пусто. Захожу в гостиную. Сажусь на пол посреди комнаты.