Учитель Особого Назначения. Пенталогия (СИ). Страница 41

Оболтусы начали действовать.

Сейчас на полигоне осталось пятеро раненых. Дальше всех валялся Арсений. Его «охраняли» особенно тщательно. Примерно на середине пути застрял Влад Воробьёв.

Но этот — вообще кадр. Он вполне мог преодолеть полигон, но решил прикрыть собственным телом Анжелу, словно сейчас реально стоял вопрос жизни и смерти.

С одной стороны похвально — парень отнёсся к происходящему со всей серьёзностью. Но с другой…

— Дурак! — крикнула Анжела, бросаясь вперёд.

Это она Антону. Он тоже поверил в себя и едва не попал под снаряд Пети Валикова, когда слишком уж рьяно ринулся за Алисой Рыжовой — смелой светловолосой девчонкой с веснушками, которой всё же не хватало проворности. Она лежала «раненой» на берегу глубокой канавы, заполненной вязкой жижей. Вся покрытая уже засохшей грязью, раздосадованная и нетерпеливая.

— Придурок! — крикнула она в поддержку Анджеле.

И если на выкрик последней Антон не обратил никакого внимания, то Алиса повергла его в шок, а снежок Балбесов едва не пришёлся прямо по русой шевелюре. Но затем парень опомнился, вытащил Алису и донёс до ближайшего убежища, где скрылся под градом новых снарядов. Я насчитал пять чрезвычайно близких моментов, когда он мог выбыть из игры.

Боги! Девчонки сами делают из парней дураков, а потом жалуются на это. Это происходило в мире Хаоса, это происходит и здесь.

Но ничто не останавливает дураков совершать всё более безумные подвиги.

Оболтусы сделали новый рывок, и несколько человек заняли позиции посередине полигона, пока остальные уводили раненых в безопасную зону. Балбесы пытались им помешать, они были в куда более выгодном положении, но наткнулись на слаженную командную работу сверстников, которые за пару недель заметно подтянули свои навыки управления магией.

Поэтому Тихомир, Анжела, Стас Волков заняли позиции и готовились к новому рывку, чтобы вытащить Арсения, пока остальных раненых уже почти довели до безопасной зоны.

Стас был из одиночек и поначалу ничем особенным не выделялся. Крепкий русый парень с точёными чертами лица и бастард захудалого рода с хорошими природными данными, как физическими, так и магическими. Сейчас он овладевал стихией молнии, но был и ещё один особенный дар, о котором даже сам Стас ещё не знал.

После моих наставлений он быстро вырвался вперёд. И теперь, под прикрытием Сани, вместе с Анжелой и Тихомиром они бросились через препятствия на пути к вышкам.

И в это время за моей спиной раздался рассерженный вопль:

— Как это понимать! Сергей Викторович, немедленно прекратите это безобразие!

Я даже не повернулся, потому что внимательно следил, как Тихомир ловко уворачивается от залпов, а Стас делает рывок, пока Балбесы заняты его сотоварищем.

Как-никак, мне нужно следить, чтобы никто не получил неучтённое попадание.

Поэтому Адамыч не дождался ответа, вынужденно пошагал ближе ко мне и снова завизжал:

— Что здесь происходит, я спрашиваю⁈

— Контрольная работа, — бросил я через плечо.

— Контрольная работа⁈ — растерялся завуч.

— Ну, это когда дети учили какую-то тему, а затем я проверяю, насколько хорошо они усвоили материал.

— Я знаю, что это такое! — гаркнул он.

— Тогда хватит жужжать.

И пока Соломон Адамыч глотал ртом воздух от негодования, выяснилось, что не только Тихомир, но и Стас отвлекал на себя внимание, а настоящий рывок до взволнованного Арсения сделала Анжела.

Её ещё ни разу не достали Балбесы, и она решила использовать это преимущество. Оказавшись совсем рядом с Арсением, девушка рискнула, подставилась под удар, потратив сразу две «жизни», но вместе с этим закинула парня на спину и сделала то, чего я так ждал всё это время.

Она использовала Арсения как живой щит!

— Аха-ха-ха! — захохотал я, когда Балбесы безуспешно пытались выбить прыткую девчушку.

Доставались все шишки Арсению, но он не имел возможности протестовать. Стас и Тихомир тем временем отступали, а Саня снова показался на полигоне и прикрыл отход ребят.

— Нечестно!!! — заверещал с вышки Денис Островский. — Он же раненый, его должны дотащить живым!

— Мухлёж!!! — вторил ему Петя.

— Я таких правил не озвучивал, — пожал я плечами.

А пока эти двое жаловались на судьбу, Оболтусы преодолели большую часть полигона и уверенно приближались к зачёту.

— Сергей Викторович, я с вами разговариваю! — очнулся завуч. — Потрудитесь объяснить, почему целый участок академической собственности превращён в… в… в непонятно что!

Когда я наконец-то обернулся, позади раздались радостные возгласы Оболтусов. Они справились. Не на «отлично», на мой взгляд, но на твёрдую «четвёрку».

— Полигон стоял здесь давно, не делайте вид, что не в курсе, Соломон Адамыч.

Моя широкая улыбка и полное отсутствие трепета перед целым завучем до сих пор выбивало его из колеи. Каждый раз. Уж мог бы давно привыкнуть, что мне начхать.

Привык же он к парику, верно? Не уверен, из-за парика ли или это побочное действие заклинания, в которое он угодил, но волосы на макушке перестали расти. А встречный сильный ветер каждый раз норовил сбросить с его головы клочок чужих волос.

— Я в курсе! — продолжал он напирать. — Но кто вам позволил вносить в него изменения⁈

Я перестроил полосу препятствий с помощью нескольких магов земли, строительной бригады и собственной магии. Теперь это многофункциональный полигон для углублённых занятий по ОМБ.

Ну, и для всяких зачётов, контрольных работ и прочего.

— Не вы уж точно, — хмыкнул я. — Чего вам надо, Соломон Адамыч?

Завуч злился всё больше и больше.

— Это не соответствует программе! У них нет такой контрольной работы! Чему вы учите!..

— Как нет? — нахмурился я. — Так вот же!

И сунул ему журнал с графиком оценочных процедур. Жутко скучный документ, который определяет, когда и какие проверочные работы нужно проводить. И который мне пришлось составлять самому!

Ну почти. Я снова позвал Лену, снова приготовил зашибительский шашлык, но в этот раз она не повелась и вместо того, чтобы сделать всё самой, принялась учить меня составлять документы…

Считаю, это несправедливо. Я учитель, а не документооборотка!

Но сейчас это пригодилось.

— Вот, смотрите. Контрольная работа по теме «Действия во время нападения стихийных монстров». Ну уж самих монстров я тащить не стал, не волнуйтесь! Это, думаю, курсе на третьем устроим…

Адамыч уставился на страницу, похлопал глазами через линзы очков, а затем снова вперил в меня свой взгляд, злобно оскалившись.

— Должен быть тест! Тест!! А не балаган, который вы устроили! — запротестовал завуч.

Он прям брызгал слюной, так что мне пришлось сделать шаг в сторону, чтобы не попасть под прицел.

— Елизарова! — окликнул я девчонку.

— Да, Сергей Викторович⁈ — радостно отозвалась Анжела.

Она с Оболтусами праздновала заслуженную победу, пока Балбесы угрюмо спускались с вышек.

— Какой радиус поражения у снарядов Пламенного Плевуна? — задал я ей вопрос.

Это такой стрёмного вида монстр, чем-то похожий на плод грешной любви жабы, огроменного желе и стихии огня. Наверное, забойный был тройничок, раз породил эту жуткую тварь, которая плевалась большими сгустками магмы.

— Три метра — верная смерть, пять — тяжёлые ожоги и поражение дыхательных путей, семь — лёгкие ожоги и ночные кошмары!

— Савельев, почему ночные кошмары именно с семи метров? — обратился я к другому ученику.

— Потому что с этого расстояния получится рассмотреть уродливую рожу Плевуна! — со смехом ответил шкет.

— Вот видите? — улыбнулся я Адамычу. — Они и тесты знают.

Хотя должен признаться, последний вопрос — чисто моя доработка учебника. Из личного опыта.

Завуча моя улыбка взбесила больше всего. Но больше аргументов не нашлось, так что он пробурчал:

— Я этого так не оставлю!

И был таков.

Я же хмыкнул и повернулся к классу. Ребята уже выстроились в две шеренги. Усталые, но довольные после такого обучения.