Олимпиец. Том VI (СИ). Страница 23

Когда шаги Ареса стихли, Афина подошла к лежащему на полу Одиссею. Богиня наклонилась и, прищурившись, посмотрела ему в лицо. И улыбнулась краем губ.

— Не притворяйся, царь Итаки. Я знаю, что ты слышишь меня, — голос Афины звучал резко, но богиня выглядела довольной. — Вставай. Мы еще не закончили.

Одиссей не шевелился, но его лицо едва заметно дёрнулось. Афина выпрямилась и тихо добавила:

— Последний Символ, Одиссей. Последняя жертва. И ты будешь готов.

* * *

Два часа пути от Афин, выход из Царства Мертвых

Рамон Агирре был человеком без идеалов. Пятнадцать лет работы научили его не задавать лишних вопросов: есть цель — значит, нужно убрать. Причины неважны. Бывший военный, он давно покинул родителей на острове Крит и с тех пор участвовал в миссиях по зачистке и устранению по всему миру. Ветеран с пристальным взглядом и отменным терпением, он давно осознал: жизнь не ценит героев. Только деньги.

Поэтому, когда пришёл заказ на Адриана Лекса, он не удивился. Не спрашивал: «Почему». Ещё один игрок, вставший кому-то поперёк горла. Но Лекс — это не обычная цель.

Агирре уважал Архонта настолько, насколько вообще мог уважать людей. Лекс спас Империю и отказался от трона в пользу принцессы, что говорило о принципах, а принципы Рамон уважал. Но работа есть работа. Он знал, что другие наемники отказались, боясь связаться с сыном Аида, но Рамон согласился. Возможно, из-за денег. Возможно, из-за тщеславия.

Не каждый день приходится убивать Имперских героев.

Засаду он готовил несколько дней. Место выбирал тщательно, проверял по нескольку раз, пока не нашел идеальное. В тени пещеры, окружённой сухими кустами, он был невидим даже для самого бдительного врага, а сам мог легко разить противников из винтовки. Пули с разрушительной начинкой — подарок заказчика. По его — или ее, личности заказчика Рамон не знал — заверениям, одно попадание гарантировало смерть. Мгновенную. Но бывалый ветеран не привык складывать все яйца в одну корзину, а потому всегда держал на бедре проводящий Символ клинок. Один из родовых артефактов погибшего Архонта Каэд. Такая штука могла вскрыть — и уже не раз вскрывала — даже защиту «Альфы». Всего-то нужно подойти поближе.

Со стороны каменного разлома послышались быстрые шаги, и Рамон напрягся. Наконец-то! Он высунулся из своего убежища и пригляделся. Есть! Бинокль показывал слабый силуэт в разломе. Лекс двигался спокойно, надменно, как истинный хозяин этого мира. Типичный аристократишка. Рамон прицелился, задержал дыхание.

— Конец игры, герой, — прошептал он и спустил курок.

Выстрел! Пуля, способная пробивать даже титановую броню, с хлопком устремилась вперед. Рамон ликовал! Как просто! Как про… Бездна! Лекс наклонил голову в последний момент, и снаряд просвистел мимо, ударившись о скалу. Как, как чёрт возьми, он это сделал?

Тишина была нарушена. Адриан поднял голову, и на мгновение их взгляды встретились. Наемник почувствовал не страх, а… холод. Непередаваемый, проникающий до самых костей холод.

Больше раздумывать Рамон не стал. Сорвавшись с позиции, он бросил дымовую гранату, надеясь застать Лекса врасплох. Под прикрытием дыма он рванул к разлому и прыгнул на фигуру с ножом в руке.

Но его уже ждали. Тень промелькнула в дыму, ладонь героя молотом врезалась в грудь, пробивая легкие насквозь. Рамон захрипел и упал на спину, его кинжал застучал по камням скалы и упал на землю.

Песок холодило лицо, и сознание его блуждало. Рамон вновь увидел дом своего отца на острове Крит, своих братьев, играющих на холмах, мать, поющую им перед сном песни о богах и смертных.

Кровь запузырилась у него в горле, и его последние мысли вернулись к Лексу. Так быстр. Так быс…

* * *

Дым от гранаты ещё не рассеялся, когда из тени деревьев выступили двое новых противников. Лица скрывали гладкие чёрные маски, доспехи сливались с темнотой. Один из них шагнул вправо, второй влево, замыкая кольцо.

Я попытался вызвать Символ Кроноса — песок у моих ног слабо зашевелился, чтобы бессильно рассыпаться. Это было… неожиданно. Я попытался еще раз. Безрезультатно! Увы, раздумывать, почему у меня отказали силы времени не было. Я выпрямился, активировал Символ Ахилла и подобрал лежавший у ног кинжал.

— Предупреждаю, — мягко сказал я, наблюдая, как тени приближаются. — Меня не так-то легко убить.

Нападавшие не ответили. Один поднял руку, и у меня в глазах потемнело. Мир исказился, зрение утратило четкость. Я только и успел заметить, как второй убийца исчез, растворившись в тени. Отлично. Нарвался на «белых». Значит, будем играть по их правилам.

Я сделал шаг назад, чтобы освободить себе пространство. Тот, что был слева, бросился вперёд, размахивая коротким клинком крест-накрест. Его шаги были быстрыми, почти бесшумными. Но я был быстрее.

С резким выпадом я шагнул ему навстречу, подставляя кинжал под удар. Полетели искры, и я быстро увел клинок в сторону, вскользь проведя острием по руке мужчины. Убийца вскрикнул и прыгнул назад, разрывая дистанцию, а я же мгновенно развернулся на пятке, чтобы встретить второго лицом к лицу.

Вовремя! Тень позади меня вспыхнула и забилась, словно живая. Из нее вынырнул низкий мужчина и прыгнул вперед; изогнутый нож метил мне в лицо. Я упал на колено, пропуская клинок над собой, и резко нанёс встречный удар кинжалом в бедро. Мужчина заорал и отпрянул с сторону.

— Кто ж так прыгает, не глядя, — пробормотал я, вскакивая на ноги. Неудачливый ассасин снова ушел в тень, но я видел, как тот хромает.

Я опустил глаза — в руках осталась черная маска, уж не знаю, когда сорвал — но тут же отбросил ее прочь. Первый убийца атаковал снова, на этот раз целя мне шею. Я поднял руку, блокируя удар, и толкнул его локтем в лицо. Маска треснула, и он отшатнулся, испуганно хлопая глазами. Всего секунду, но этого было достаточно. Я шагнул вперёд и нанёс короткий, точный удар ножом в горло. Мужчина захрипел и упал, заливая кровью холодный песок. Оставшийся убийца двигался теперь осторожно, пот блестел на его бородатом лице.

— Надо было бежать, пока был шанс, — сказал я, глядя ему в глаза.

Тот метнулся в сторону, снова растворяясь в тенях. Я остановился, выжидая. Он появился сзади, надеясь застать меня врасплох. Предсказуемо. Одним движением я развернулся на пятках и, не глядя, махнул кинжалом. С громким чпоком клинок вошел мужчине прямо под рёбра, разрывая артерии и плоть. Убийца замер, ошарашенно глядя на меня, и тяжело рухнул на землю.

Я медленно встал, игнорируя боль в ребрах. Воздух в пещере казался густым, пропитанным запахом дыма и крови. На полу лежали три трупа. Черные маски на их лицах слетели во время боя, обнажая простые греческие лица криминальной натуры. Я наклонился к первому, изучая его снаряжение.

— Ничего, — пробормотал я. Ни документов, ни меток. Даже оружие казалось обычным, хотя и качественным. Хоть какие-то эмоции вызывал только клинок, которым я зарезал двух убийц. Я покрутил его в руках. Простой, без отметин, но удивительно легкий и острый. Подумав, я забрал у трупа ножны из мягкой черной кожи и убрал оружие за пояс. Чего добру пропадать.

Второй убийца тоже особо не радовал. Я опустился на колени и перевернул тело — снова никаких опознавательных знаков. Кто бы ни нанял их, он постарался скрыть следы.

— Отличная работа, Адриан — раздался голос слева из темноты пещеры. — Аж гордость берет, что ты мой ученик.

Я обернулся. В тени арки стоял директор академии Deus Vir, Креон Вакхос, с иронией наблюдая, как я потрошил трупы. Длинный серый плащ слегка развевался на ветру, а в руках Креон вертел нечто, похожее на бронзовый медальон. Появление учителя вызвало бы кучу вопросов, если бы я не знал, что за личиной доброго лысоватого толстячка директора скрывается острейший ум опытного пирита и мореплавателя. Поэтому вместо сотни вопросов я задал всего один: