Измена. Попаданка в положении (СИ). Страница 14

– Не переживай, – Филипп улыбнулся, мягко потянувшись к щеке Элион. – Это не приступы удушья или что-то вроде этого. Просто голову повело. Такое бывает от сильного волнения. У моего брата все куда серьезнее, а я в порядке! А ты никогда не говорила, что твой отец болел… и Алекс тоже не упоминал.

Филипп слегка нахмурился. Его пальцы нежно скользнули по щеке Элион, поиграли с легкой тонкой прядкой, заправляя ее за ухо.

«Если бы не знал хорошо их, решил бы, что у них еще и сестра-близнец имеется! – вдруг пришло ему в голову. – Ведь Элион никогда не была такой. Мягкой, доброй, внимательной… При ней можно было хоть сдохнуть, но она оторвалась бы от вышивки только потому, что тело о пол грюкнуло! А сейчас смотрит так тревожно и ласково. Может, между нами не все потеряно?»

Элион смущенно улыбнулась и потерлась о руку Филиппа, как котенок. Ей… нравился этот мужчина. И это было опасно. Элион вспомнила свой принцип, работающий на Земле. Никому из мужчин нельзя верить. Как сильно доверяла Игорю! А он просто поспорил на нее. Так и тут. Мало ли, что на уме у Филиппа? Говорить-то он может красиво. Но нужно держать ухо востро. И все же Элион покраснела, как свекла, от вранья.

– А Алекс не знает! Папа был со мной ближе, чем с ним. И скрывал свое состояние! Мол, не по-мужски это, болеть! А что там у тебя с братом? Никогда не видела его! – протараторила она, пытаясь уйти от опасной темы ее отца.

Черт. У Алекса и Элион папаша был здоров, как бык, и об этом знали все! Надо ж ей было вылезти со своей ностальгией.

– Конечно, не видела, – пробормотал Филипп немного растерянно. – Он ведь пропал во время войны с Гравидией, оказался в плену. Я еще места себе не находил, как он выживет там со своими приступами…

– А я подумала уж было, что ты болен. И боишься, что генетически передашь малышу… Ой. Что-то и у меня голова кружится! – пискнула Элион, схватившись за шею Филиппа, поняв, как облажалась.

Какие гены, к чертовой бабушке, в Средневековье?! Сейчас она договорится, и ее на костер, как ведьму, отправят! Черт, нужно отвлечь! И Элион сама, первая, прижалась к губам Филиппа поцелуем. Долгим и сладким.

Филипп не ожидал того, что Элион первая потянется к нему. В первую секунду даже опешил, застыл, еще пытаясь думать о чем-то.

«Она стала как-то по-другому говорить, вести себя… Еще и первая поцеловала. Раньше Элион так не делала!» – мелькнуло в голове.

Филипп подумал бы, что дело в измене. Что Элион застукала его с другой и теперь пытается привязать к себе хорошим отношением, но… не складывалось. На великую актрису она не тянула никогда. Да и не цеплялась за него, раз решила сбежать. И он… поверил ей.

В омут с головой – одно плавное движение тела, чтобы приподняться и обхватить лицо Элион руками. Филипп ответил на поцелуй, зарываясь пальцами в ее волосы. Шелковистые, они мягко рассыпались по изящным плечам. Его губы ласкали ее медленно, будто смакуя нежность этой новой, чувственной, чуткой Элион.

А потом поцелуй стал уже жарче. Филипп просто не сдержался, опьянев от аромата ее волос, от мягкости губ, от того, что перед глазами еще стоял ее взгляд. Уже другой. Бережный, ласковый, будто готовый заглянуть в самую душу и не изранить там ничего, а понять и залечить.

Элион тоже не знала, как так получилось. То, что начиналось невинной шуткой, попыткой скрыть лишние фразы попаданки с Земли, переросло в нечто большее. Намного большее… Она зажмурилась и решила плыть по течению. Отдаваясь сладким губам Филиппа. Как оказалось, ни один поцелуй из воспоминаний Элион настоящей не шел ни в какое сравнение с тем, что происходило с ней сейчас.

Едва сумев оторваться от Элион, Филипп все-таки не отпустил ее. Потянул за собой на кровать. Теперь он лежал на подушке, а Элион оказалась на его груди, лежа немного на боку в кольце его рук. Повернув голову, Филипп посмотрел ей в глаза. Их лица по-прежнему были близко-близко, и его шепот горячо защекотал припухшие от поцелуя губы, яркие безо всякой помады:

– Теперь ты веришь мне, Элион? Я ни за что не подлил бы тебе такую дрянь… ведь это могло погубить тебя вместе с ребенком.

Пальцы Филиппа пробежались по ее позвоночнику, от каждого касания Элион ощутила множество мурашек, что рассыпались по спине. С губ ее сорвался тихий вздох. Элион потянулась к Филиппу, презрев опасность. Потянулась слепо, на ощупь, прикрыв глаза. Обвивая руками его шею. Ресницы дрожали от нежности, которой Филипп окутывал сейчас. И Элион не понимала, как этот чуткий душевный человек мог изменить… Ей? Настоящей Элион? Неважно. Это единственное воспоминание, уже лично ее, которое осколком врезалось в ее сердце. Так сильно хотелось верить Филиппу во всем. Но как, как довериться этому мужчине, и сохранить свое сердце, и жизнь… свою жизнь и нерожденного малыша? Нет, слишком большой риск!

Элион, собрав волю в кулак, отстранилась от Филиппа. Но встать с кровати не смогла. Так и осталась лежать в его теплых объятиях, не в силах пошевелиться, едва дыша от ощущений.

– Ответишь? – голос Филиппа прозвучал немного жестче, настойчивее. – Ты веришь мне? Что я не собирался вредить ни тебе, ни ребенку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Элион казалась ему такой разнеженной, милой сейчас. Ее хотелось гладить по волосам бесконечно, шептать какие-то комплименты, ласковые глупости на ушко.

«Нет-нет-нет, с этой девушкой нужно держать ухо востро! – строго напомнил себе Филипп. – Помню, как в самом начале знакомства на одном из приемов увел ее на балкон, такую красивую, невинную и неземную на вид в парящем розовом платье. Помню, как мягко коснулся руки, мурлыча на ухо какой-то глупый сонет… Она посмотрела, как на идиота. Пришлось позже сглаживать неловкость, притащив колье с бриллиантами. Вот тогда глаза загорелись! Этот нежный ангел не так уж прост, а на девичьи хлопанья ресниц никогда нельзя вестись! Никогда не знаешь, что при этом у нее в голове!»

С этими мыслями Филипп перехватил руку Элион, будто она могла вот-вот сбежать. Его пальцы сжались чуть сильнее, чем нужно. А взгляд стал настойчивее, мрачнее.

Элион немного испуганно дернулась. Куда подевался тот нежный чуткий Филипп? Она снова оказалась лицом к лицу с холодным, жестким незнакомцем. Настоящим обычным мужчиной. Сколько таких встречалось на ее пути? Элион усмехнулась немного горько и опустила глаза. Когда нужно, она умела быть хорошей актрисой, но сейчас… врать отчего-то не хотелось.

– Я очень хочу тебе верить, Фил, – негромко и серьезно проговорила Элион. – Но у тебя даже все слуги шепчутся, что я лишняя в твоем доме. И Салли распоряжалась тогда в твоем доме так, будто она уже хозяйка.

Элион вздохнула, подумав о том, что может быть… Филипп просто слабохарактерный в том, что касается женщин? Слишком романтично он вспоминал первую любовь. Слишком возвышенно ко всему этому относился. И ему сложно… было отказать Салли в любой мелочи? В хозяйствовании в доме в отсутствие Элион. В сексе с ним самим. Элион стиснула зубы. Да что она за тряпка? Сама оправдывала его!

– Время покажет, Филипп. Может, еще тебе придется меня спасать от настоящей опасности, мой прекрасный рыцарь? – усмехнулась горько Элион.

Филипп слегка нахмурился, глядя на нее. Никогда еще она не называла его «Фил». Все это было так странно… Но он лишь крепче прижал ее к себе, коснулся губами макушки, словно успокаивая ребенка.

– Ты все это надумала себе, поверь мне… У многих случаются сложные беременности, безо всяких эликсиров. Я не навредил бы ни тебе, ни ребенку, – его ладонь мягко скользнула по талии Элион наперед, на живот, выделяющийся под платьем, собранным под грудью простым тряпичным пояском.

Филипп с усмешкой повел ладонью по плечу Элион, отбрасывая назад темные волосы, сдвигая вырез платья на плечо. Так, что его палец медленно и искушающе скользнул по открывшейся ключице. Кожа у него немного загрубела от частых тренировок с оружием, но это все равно было нежное касание, как ласка бархата.