Драгомиров. Наследник стихий. Путь возмездия. Книга 1 (СИ). Страница 37

— Куда ты попёрся, кретин⁈ Столы, говорю, ставь. А ты куда? Какая лапша? Я тебе что сказала делать? Картошку чистить, а не лапшу нести. Стой, ирод, какой отдыхать⁈ Тут работы пруд пруди. Все голодные, а ты стулья составить не можешь. Егорычу пожалуюсь, чтобы вас на вышках сгнобил!!!

Но самое замечательное было другое. В центре столовой стоял стол, за которым сидел довольный Мишка и, грубо говоря, обжирался жареной картошкой и салом.

— Мишутка, ещё картошечки пожарить? — к нему подбежала Маша.

— Угу, и можно ещё сала? — спросил Мишка с набитым ртом.

— Конечно, Мишутка, защитник мой. Сейчас всё сделаю, — Машка, не заметив нас, упорхнула на кухню.

Мы прошли и сели вокруг Мишки.

— Мы, значит, тут за него переживаем, а он тут картошку с салом в одну харю точит? — наехал с грозным видом на него Егорыч.

Но Мишка тоже был не промах:

— Я, вообще-то, Егорыч, твою любовь от смерти спас чуть ли не ценой своей жизни, так что это моя заслуженная награда! — Мишка пододвинул к себе тарелку с салом.

— Смотри, Егорыч, он ещё тебе счёт выставит, будешь на него наезжать, — засмеялся Беркут.

Маша, услышав смех, вылетела с кухни и кинулась к Егорычу.

— Миленький, — Машка обняла Егорыча и стала целовать. — Я тут такого страха натерпелась, а Мишутка спас меня. Весь в крови был. Мечом этих тварей рубил. Думала, погибнет. И я следом. И проститься не успею с тобой.

Машка заревела, и Егорыч повёл её на кухню успокаивать.

У Мишки всё-таки отобрали сковородку с картошкой и тарелку с салом. Да он, собственно, и не сопротивлялся. Я видел по его лицу, что он уже давно наелся. Но продолжал есть, чтобы угодить Машке.

Через десять минут из кухни вышел Егорыч с двумя турками кофе. За ним семенил солдатик с кружками. Поставив их на стол, он бросился расставлять столы и стулья. А Егорыч налил всем кофе и сел возле Мишки.

— Маша мне всё рассказала. Спасибо тебе. Век не забуду, — Егорыч обнял Мишку, и я заметил, как с его глаз предательски побежала слеза. А Мишка сидел не шевелясь. То ли боялся расстроить Егорыча, то ли в принципе не мог пошевелиться в его объятиях.

— Егорыч, отпусти парня. Задавишь, — тихо сказал Беркут.

Егорыч разжал свои руки, и Мишка выдохнул:

— Егорыч, не делай так больше. Думал, сдохну от нехватки воздуха. Так сжал, что я слова сказать не мог.

— Да ну тебя, — засмеялся Егорыч, смахивая слезу.

Глава 19

После атаки на лагерь, закончившейся вполне благоприятно, мы готовились покинуть разлом. Солдаты жили ожиданием, когда смогут покинуть это гиблое место. Большинство из них больше полугода не покидали разлом, а многие так и остались здесь навечно, став добычей разломных тварей.

Я тоже готовился выйти на свет. Что меня ожидало наверху, я не представлял, но готовился к худшему. Мы уже обсудили все планы действий на случай разных ситуаций. Я очень надеялся, что у меня в запасе будет хотя бы три-четыре дня, пока Зарацкий решит снова послать ко мне наёмников.

А ещё я очень хотел попасть в магическую академию и измерить свой текущий уровень и потенциал, хотя пока очень смутно представлял, каким образом это сделать.

Я лежал на кровати и оценивал объём своих ядер. Самое маленькое — в зачаточном состоянии стихия Воздуха. Ядро стихии Духа чуть подросло, но за счёт чего, я так и не понял. Однако плюс от этого был: теперь я очень хорошо мог считывать эмоции людей. Вроде мелочь, а приятно понимать, как на тебя реагируют люди. Может, сходить в туннель и чуть-чуть прокачать ядро этой стихии? Надо обсудить это с Беркутом.

Стихия Огня — ядро уже существенно выросло, надо начинать тренироваться в управлении. Стихии Воды и Земли почти равные по размеру, но всё ещё слабые для формирования мощных заклинаний. Да и основное ядро вроде большое, но маны снова катастрофически не хватает. Если бы не магические браслеты с большим запасом маны, то мне было бы намного сложнее. Ёмкость браслета впечатляла — она превосходила объём моего центрального ядра на текущий момент втрое. Соответственно, весь мой энергетический потенциал достиг семикратного размера.

Я знал, что эти браслеты не предел совершенству и есть накопители маны в разы больше, но и стоили они огромных денег, и даже не каждый род мог позволить себе иметь много таких накопителей. Это очень ценные артефакты, и пользовались ими только в случае войны.

В любом случае я решил перестроить распределение получаемой от монстров силы в пользу основного ядра. Смысл развивать ядра стихий, если ты не сможешь ими пользоваться в полную силу. Семьдесят процентов отправил в основное ядро и по десять — в ядра стихий Огня, Воды и Земли.

Не успел я до конца полюбоваться своими достижениями, как в палатку ввалился Мишка:

— Саня… эээ… То есть княжич.

Я засмеялся:

— Мишка, для тебя я всегда буду Саней, особенно наедине. На людях называй меня княжич.

— Ага, — Мишка засмущался. — Княжич, то есть Саня, — теперь мы засмеялись вместе.

— Да говори ты уже, — сквозь смех сказал я.

— Там Егорыч с Беркутом зовут, сказали, есть какая-то важная информация, — выдал Мишка.

Я сразу вскочил и стал обуваться:

— Что ещё сказали?

— Больше ничегошеньки, ждут всех в командирской палатке. Я уже всем сказал, — ответил Михаил.

Мы отправились к Беркуту, параллельно болтая о всякой ерунде.

— Чем сегодня Мишутку кормила Маша? Поди уже пару раз на кухню сходил? — подначивал я его.

— Саня, перестань уже. Хотя булочки с вареньем сегодня были отменные, — ухмылялся Мишка.

— Булочки, говоришь? С вареньем? — я посмотрел на Мишку.

— Ага, — довольным голосом произнёс он.

— Так может зайдём? Ты, надеюсь, не всё сожрал? — прищурился я.

— Нет, конечно, там этих булок навалом. Пошли, возьмём, с кофейком поедим. Машка на всех даст, особенно для Егорыча, — Мишка залился весёлым смехом.

Мы вошли в столовую, и Мишка скрылся на кухне. Через минуту он уже вынырнул оттуда с большой кастрюлей, забитой булками.

В командирской палатке нас уже ждали. Мишка, довольный произведённым эффектом, поставил кастрюлю с булками на стол.

— Егорыч, похоже, Маша себе нашла новую любовь. Тебя она так раньше не кормила, — засмеялся Беркут, вытаскивая булку с вареньем.

— Это просто она за моей фигурой следит. А этому бегемоту хоть бы что, жрёт как вне себя, и толку ноль, — усмехнулся Егорыч, тоже беря булку.

Лапа и Мирон уже варили на всех кофе.

— А где Слон и Молчун? — спросил я у Мишки.

— Ушли наверх, я их отправил подготовить твой выход, чтобы подстраховаться, — за Мишку ответил Беркут. — Ещё Молчун должен связаться с моим человеком и забрать у него отчёт по делам Империи. Чуть позже будут все данные по роду Зарацкого. Так… — Беркут замолчал, но сразу продолжил: — Юрист, с ним возникли сложности, никто не хочет связываться с нашим родом, кроме одного человека, — Беркут опять замолчал и посмотрел на Лапу.

— Этот юрист раньше работал на «Дом Северных Ветров», — заговорил Лапа, присаживаясь возле Беркута.

Это название мне ни о чём не говорило, но, скорее всего, имело важное значение. Похоже, всё-таки стихия Духа имеет куда более мощный потенциал, так как я опять угадал с ответом. Даже не так — я точно осознал, что это важно, до того момента, как Лапа продолжил говорить.

— Ты, возможно, не знаешь, но это крупный политический альянс. В него входят крупные и мелкие семьи. Но самое интересное — в него входит и род Зарацких. Они всегда были политическими противниками нашему роду и нашим союзникам, — Лапа взял булочку и откусил, закрыв глаза от удовольствия. Маша реально сделала очень вкусные булки.

— Этот альянс имеет серьёзное влияние во всех сферах, не только в политике, — добавил Егорыч. — Очень много чиновников находятся под их контролем, по сути, они работают на альянс.

— Про «Дом Северных Ветров» понятно. А что не так с этим юристом? — я пока не понимал, к чему меня ведут разведчики. — Он хочет баснословные деньги за свою работу?