Драгомиров. Наследник стихий. Путь возмездия. Книга 1 (СИ). Страница 28

Беркут поднялся:

— Тогда первым делом займёмся сбором информации. Я отправлю доверенных людей в столицу для поиска юриста и сбора сведений. А пока будем готовиться к следующему рейду — нам нужны деньги для всех этих дел.

Егорыч подлил всем кофе:

— За успех нашего предприятия! И за возвращение того, что принадлежит роду по праву.

Сейчас каждый из нас понимал: начинается новый этап борьбы за возвращение былого величия рода Драгомировых. Впереди много работы, но теперь у нас есть начальный план действий.

Я посмотрел на своих соратников:

— Нужно также продумать, как обезопасить наш тыл. Нельзя допустить, чтобы кто-то из новых союзников предал нас в самый ответственный момент.

Беркут кивнул:

— Согласен, княжич. Для любого дела будем подбирать сторонников законного наследника престола. С ними будет спокойнее работать.

Егорыч задумчиво потёр подбородок:

— Но нужно быть осторожными. Не все, кто называет себя сторонниками законного престолонаследия, действительно таковыми являются. Многие могут использовать наше положение в своих интересах.

— Сейчас мы не сможем восстановить сеть наших информаторов. Но в будущем это реально. Они смогут не только предоставлять нам нужную информацию, но и проверять потенциальных союзников, — сказал Лапа, доедая сыр с тарелки.

— Предлагаю на этом закончить и пойти отдыхать. Завтра с утра снова в туннель, а я хочу в спокойной обстановке оценить свой прогресс и попросить Мирона начать учить меня управлению стихией Воды, — сказал я и зевнул. Захотелось спать.

Встав со стула, я направился к выходу из палатки, махнув всем на прощание.

В лагере уже темнело. Магические фонари, настроенные работать по принципу солнца и луны, сейчас снизили освещение, показывая, что близится ночь. Их мягкий, приглушённый свет создавал уютную атмосферу, несмотря на то, что вокруг царила военная обстановка.

До палатки отряда я добрался без приключений, встретив по дороге лишь небольшой отряд курсантов-сирот, выживших в последних атаках на лагерь. Их уводили наверх, чтобы отправить на хозработы. Больше им тут делать было нечего. Командование гарнизоном центрального разлома решило, что лучше их использовать на хозяйственных работах, нежели просто оставить на убой монстрам.

Когда я вошёл в нашу палатку, передо мной предстала идеальная картина организованности и порядка. Мирон и Молчун занимались сортировкой чистой формы, которую получили на отряд. Каждый комплект был аккуратно сложен и разложен по полочкам. Крепыш тщательно чистил мечи и ножи, аккуратно вычищая остатки крови монстров и убирая зазубрины с лезвий.

Слон учил Мишку управлять стихией Огня, показывая простые базовые уроки. Миша сосредоточенно следовал указаниям, и, похоже, у него уже образовалось ядро стихии — пока совсем маленькое, но при постоянных тренировках оно будет расти. Это было видно по тому, как осторожно и в то же время уверенно он манипулировал небольшими огненными искрами.

Увидев меня, все встали и отдали честь. Это было приятно, но больше всего радовало, что это был не подхалимаж — они действительно стали уважать меня как сильную личность и будущего главу рода.

— Мирон, поучишь меня управлять стихией Воды? — я подошёл к Мирону и Молчуну.

— Конечно, Ваше сиятельство, — Мирон отложил форму в сторону и посмотрел на Сергея. — Молчун, разбери до конца комплекты.

— Что ты знаешь из стихии Воды, княжич? — поручик встал напротив меня.

— Собственно говоря, ничего. Мама владела стихией Воды и была очень хорошим целителем. Но меня никогда не учила. Я должен был пойти по стопам отца и деда, стихии Огня и Земли, — я вспомнил нежные руки мамы, как она гладила меня по голове, когда залечивала очередную ссадину, полученную на тренировке с отцом или дедом. Она постоянно на них ругалась: «Хватит калечить детей! Дайте им поиграть в обычные игры, а то кроме ваших тренировок они больше ничего не видят!» Отец и дед только посмеивались над ней и продолжали наши с братьями и сёстрами тренировки.

— Регенерация активна? — Мирон взял в руки нож и протянул мне.

— Да, — я пока не понимал, что он хочет, но нож из его рук взял.

— Режь руку, посмотрим скорость регенерации, — сказал Мирон.

Резать, так резать. Регенерация после последнего усиления центрального ядра могла всегда работать на полную мощность — вырабатываемой маны хватало с избытком. Да, она пока не могла быстро сращивать кости или исцелять тяжёлые повреждения — для этого надо развивать ядро стихии, но мелкие раны заживляла очень быстро.

Я полоснул себе по венам левой руки, да так глубоко, что перерезал сухожилия. Кровь потекла ручьём на пол палатки.

Мирон кинулся ко мне, но я остановил его, показывая на руку. Кровь остановилась практически моментально, а рана стала затягиваться. Сухожилия быстро срастались, и спустя минуту ничего не говорило о том, что я только что чуть не отхватил себе кисть.

Мирон почесал себе затылок и внимательно посмотрел на меня. Я заметил краем глаза, что Молчун и остальные тоже смотрят на мою руку.

— Значится, не сказать, что я удивлён, но… это… Слон! — поручик повернулся к Борису и Мишке. — Бегом к Егорычу, возьми у него артефакт определения магического потенциала.

Слон сорвался с места и выбежал из палатки.

— Игорь, убери кровь княжича с пола, — последовал следующий приказ.

Крепыш схватил ветошь, которой чистил оружие, и стал вытирать кровь.

— М-да-а, как-то так, — задумчиво произнёс Мирон и уселся за стол, снова вперив в меня взгляд.

Я посмотрел на Мишку, который улыбался во все свои тридцать два зуба. Ведь он знал, что Мирон и его солдаты не знают, что я потенциальный Архимаг, но молчал. Молодец. Беркут же сказал никому не говорить, вот и молчит герой. Интересно, даст Егорыч артефакт Слону или не даст?

Через десять минут в палатку вошёл Боря с понурым лицом и молча пошёл к Мишке.

— Боря, где артефакт? — спросил Мирон, удивлённый таким поведением Слона.

— Мирон, тебе дословно или коротко? — огрызнулся в ответ Боря.

— Во как! Ну, давай дословно, — Мирон был удивлён ещё сильнее. Я же, чувствуя, что сейчас будет весело, усмехнулся.

— Слоняра ты толстожопая, не твоего слонячьего ума дело мерить магический потенциал княжичу, а этому тупоголовому поручику передай: «Мирон, тупая твоя башка, потенциал надо было мерить раньше, а теперь засунь свой язык себе в зад и молча учи княжича всему, что скажет. И остальным своим кретинам это передай. А будешь тупить, с дозорных вышек у меня не вылезешь, и не посмотрю, что вы княжичу присягнули», — произнёс Слон, старательно копируя голос и интонацию Егорыча.

Я как мог сдерживал смех и слёзы от такой пафосной речи Егорыча в исполнении Слона. А у Мирона аж глаза на лоб вылезли от таких слов.

— Я-то почему пострадал? — задал риторический вопрос Боря печальным голосом и подошёл к Мишке. — Давай, Мишаня, дальше заниматься, пусть Мирон сам с Егорычем разбирается.

— Вот, значится, как… — Мирон вернул взгляд на меня. Я лишь пожал плечами и, не сдержавшись, улыбнулся:

— Мирон, не принимай близко к сердцу. Лучше давай учиться.

— Да как я тебя, княжич, учить-то буду, если не понимаю даже, с чего начинать, — тихим голосом и опустив взгляд, произнёс поручик.

— А ты начинай с самого начала. Я же говорил тебе, что управлять стихией Воды я не учился, — я встал из-за стола. — Говори, что делать.

— Ну… Ежили с самого начала, то сидайте опять за стол, Ваше сиятельство. Пока нам и графина воды хватит, — Мирон пододвинул к нам графин с водой. — Молчун, иди сюда, будешь у нас подопытным кроликом.

Серёга подошёл к нам и сел за стол.

— И чего ты уселся? Форму снимай. Не хватало ещё чистую одежду твоей кровью заляпать, — усмехнулся Мирон, глядя на округлившиеся глаза Молчуна. — Не ссы, будет немного больно, но жить будешь. Ха-ха-ха, — засмеялся поручик.

Я тоже улыбался — похоже, Мирон решил начать обучать меня целительству. И, как оказалось, я был прав.