Порочный наследник (ЛП). Страница 19

И я не знаю, как относиться к Десмонду. С одной стороны, его ревность была неконтролируемой, особенно учитывая тот факт, что мы были вместе всего один раз. С другой стороны... частично мне понравилась его ревность. Понравилось наблюдать за тем, как два красивых мужчины готовы подраться из-за меня. В моей жизни так мало этого — романтического желания, собственничества, стремления мужчины обладать мной и сделать меня своей. На самом деле я не хочу, чтобы мужчина ограничивал меня в чём-то так, что это навсегда лишило бы меня независимости... но этот лёгкий привкус собственничества вызвал у меня странное удовольствие, которого я не ожидала.

Однако это расстроило Элио. И другая часть меня, та, которая никак не может забыть, кем мы были друг для друга, ненавидит это. Ненавидит всё, что может сделать его несчастным.

Леон паркует машину, и я захожу в дом, направляясь прямиком на кухню, чтобы налить себе бокал вина, прежде чем подняться в свою спальню. Я расстёгиваю сапоги и сбрасываю их, снимаю платье и достаю из верхнего ящика шёлковые домашние штаны и топ в тон, а поверх надеваю кашемировый кардиган ягодного цвета — один из моих любимых.

Взяв ноутбук, я решаю, что мне нужно с кем-то обо всём этом поговорить. Я не могу остановить поток мыслей, которые скачут туда-сюда, разрываясь между чувством вины за то, что я вижу, как Элио и Десмонд раздуваются от ревности, и осознанием того, что я расстроила обоих мужчин. А ещё тот факт, что Элио вообще ревновал...

Он всё ещё что-то чувствует ко мне. Должно быть, так и есть, иначе ему было бы всё равно на Десмонда. Возможно, это было просто рыцарское желание хорошего человека защитить друга от человека, который казался слишком ревнивым, но я думаю, что за этим стояло нечто большее. Я вспоминаю, как напрягся Элио, когда Десмонд сказал, что мы были с ним здесь, и как он на мгновение расстроился при мысли о том, что я была с другим мужчиной.

В этом всё ещё что-то есть. Мы не можем исследовать это, я знаю это... Но я также не могу выбросить это из головы. Это всколыхнуло снова, всё что я похоронила, заставляя мою грудь болеть от желания поговорить с Элио и вытянуть из него всё это.

Но этого не произойдёт. Я знаю это наверняка.

Рациональная часть моего мозга понимает почему. В нашем мире верность и доверие — это валюта, и предательство любого из них может привести к летальному исходу, в буквальном смысле этого слова. Ронан отдал Элио всё, что у него есть, и сохранение этого союза крайне важно для них обоих. Если он свяжется со мной, это расстроит Ронана и создаст впечатление, что Элио нельзя доверять, что он принял предложение Ронана только для того, чтобы снова сблизиться со мной. Элио не проявил себя так, чтобы Ронан счёл его достойным меня.

Я могу представить себе все возможные варианты развития событий, которые всё усложнят, и ни один из них не предполагает, что Элио пойдёт на риск... или что я должна пойти на риск. Но иррациональная часть моего мозга, та, что всё ещё помнит безумные подростковые поцелуи и открытие для себя удовольствия с парнем, который тосковал по мне так же сильно, как я по нему, та, что помнит секреты, тоску и первое понимание того, что такое желание... эта часть не может перестать думать о том, что было бы, если бы...

Я делаю ещё один глоток вина и закрываю глаза, пытаясь отогнать воспоминания о том, как закончился вечер. Самодовольное выражение лица Десмонда, поспешное бегство Элио, неловкое молчание после. Вечер, который должен был пройти идеально, был испорчен из-за того, что я по глупости привела Элио в одно из любимых мест Десмонда.

Я беру телефон и пишу сообщение своей лучшей подруге со времён колледжа Маре. Сейчас она арт-дилер в Нью-Йорке, и в выпускном классе я помогала ей с бизнес-планом. Мы настолько близки, насколько могут быть близки подруги, живущие в разных городах, и я стараюсь навещать её как можно чаще, поскольку мой график гораздо более гибкий.

Я: Привет. Ты не занята? Можем поговорить по FaceTime?

Ответ приходит не сразу, и я прикусываю губу. Сегодня пятница, она, скорее всего, на свидании, в галерее или просто наслаждается ночной жизнью Нью-Йорка. Но через мгновение мой телефон вибрирует от сообщения.

Мара: Конечно! Я хочу услышать, как прошло свидание.

Я прикусываю губу.

Я: Это было не свидание. Это была деловая встреча.

Мара: С Элио? Ты правда хочешь, чтобы я в это поверила?

Энни: Это было больше десяти лет назад. Сейчас там ничего нет. И он работает на моего брата.

Мара: О-о-о, мне нравится этот сюжет. Дай мне секунду, чтобы взять напиток и ноутбук.

Я качаю головой и открываю свой ноутбук, сидя, скрестив ноги, на двуспальной кровати, обложенной горой подушек, которые я люблю на ней держать. Мара знает всё о моём прошлом с Элио, мы познакомились в начале учёбы в колледже, когда раны были ещё очень свежи. Все эти годы она с уважением относилась к моему желанию похоронить всё это и оставить в прошлом, но как только я сказала ей, что Элио вернулся домой и что мы собираемся пойти на деловой ужин, она сразу же поняла больше, чем я хотела ей дать понять.

Она не знает, чем именно занимается моя семья, хотя она достаточно умна, чтобы понимать, что не всё так гладко. Я много лет держала в секрете подробности, связанные с мафией, ради её же безопасности, так что она просто думает, что мы очень богатая семья с некоторыми сомнительными деловыми связями. Как и любая другая богатая семья.

Она определённо единственный человек, которому я доверяю и с которым могу обсудить водоворот мыслей, кружащийся сейчас в моей голове.

Десять минут спустя на экране моего ноутбука появляется Мара со стаканом красного вина в руке и с небрежно собранными в пучок тёмными волосами. Даже в видеочате она выглядит собранной и непринуждённой, как и в те времена, когда все парни в колледже были в неё влюблены. Мне потребовалось время, чтобы привыкнуть к своей внешности, но Мара всегда была темноволосой супермоделью в стиле винтажной готики.

— Ладно, рассказывай, — говорит она без предисловий. — И начни с самого начала. Я хочу знать все-все подробности.

Я прикусываю губу и делаю глоток вина, чтобы взбодриться.

— Помнишь, что я говорила об Элио?

— Влюблённость твоего детства, который разбил твоё юное сердце и его заставили уехать в Чикаго? Тот, по кому ты тосковала последние десять лет?

— Я не тосковала…

— Энни. — Мара говорит терпеливо, но твёрдо. — Мы дружим уже десять лет. Я знаю, что каждого парня в колледже, который проявлял к тебе хоть малейший интерес, тут же сравнивали с тем темноволосым итальянским сердцеедом.

— Да, и ни один из них никуда не продвигался, потому что за мной 24 часа в сутки 7 дней в неделю 365 дней в году следит целая куча охранников.

Это ещё одна вещь, которую мне пришлось объяснять Маре в колледже, не раскрывая, что моя семья — ирландская мафия. Я сказала, что мой отец слишком опекает меня, и это не было ложью. Патрик был готов отпустить меня в колледж, чтобы потом я могла работать на семью, но это не означало, что он был рад тому, что из-за учёбы я буду находиться вдали от его бдительного ока. Колледж давал слишком много независимости, по его мнению, но это было неизбежно, если он хотел получить желаемое.

— Так что да, — продолжает Мара. — Я бы сказала, что ты скучала. А теперь расскажи мне, что произошло.

Я делаю большой глоток вина и начинаю рассказывать всю историю: о возвращении Элио, о том, как я сталкивалась с ним на встречах в последнюю неделю и просто… обо всём: о сегодняшнем ужине и напряжении между нами, а затем о появлении Десмонда, ревности и неожиданном завершении вечера.

Мара слушает, не перебивая, и по мере того, как я рассказываю, её лицо становится всё более обеспокоенным. Когда я заканчиваю, она долго молчит, покручивая вино в бокале. Я вздыхаю, глядя на неё через экран компьютера.

— Мне кажется, между нами всё ещё что-то есть, — тихо говорю я. — Как будто он не забыл, что произошло. Ему не понравилось, что я была на свидание с другим, я это видела. И всё, что произошло, это то, что я расстроила их обоих. Элио явно отстранился после этого и, наверное, к лучшему, а Десмонд, похоже, разозлился из-за того, что я привела в бар другого мужчину, что, оглядываясь назад, было, наверное, чертовски глупо с моей стороны. И вдобавок ко всему… — Я прикусываю нижнюю губу. — Мне вроде как понравилось, что они оба ревновали меня, Мар. Разве это не ужасно?