Заклинания и памперсы. Хроники выживания в садике N13 (СИ). Страница 20

Я предполагал, что весьма большие, потому что именно мистер Врут фактически содержал все подпольные тотализаторы в академии, а дверь была приличным источником дохода. Каждый год находилось парочка умников, которые были уверены, что они сильнее всех.

Я совершенно беспардонно подхватил под мышки маленького секретаря, который тут же принялся орать и возмущаться подобному обращению, но кто его сейчас услышит? В академии же почти никого нет?

Пять минут, и истеричные вопли секретаря доносятся из-за двери, которую уже много лет можно открыть только снаружи. Вот она — справедливость.

Для верности я прикрепил к двери табличку, что запер там секретаря, и, спокойно насвистывая, отправился к королю. Мистера Врута не шибко любили, так что я точно организовал себе немного времени для того, чтобы уладить дела.

Глава 15. Война в детском саду

Марианна дель Мур

Более-менее успокоить детей мне удалось только ближе к вечеру. Но самым поганым было даже не поведение мальчишек — его я еще как-то могла понять. Больше всего меня удивляла Мария. Девчонка оказалась только по внешности ангелочком, а вот внутри — настоящий маг Смерти. Ей очень понравилось быть в центре внимания. Более того, она тут же начала уточнять у меня, на самом ли деле Матиас сын герцога и на ней женится.

Я честно не знала, что и отвечать на подобные вопросы. У меня был свой опыт общения с семьей дель Гельд, вот только я сильно сомневалась в том, что им стоит делиться с маленьким ребенком. Лучше от этого точно не станет.

К тому же далеко не факт, что в случае с Марией все будет так, как со мной. Все же Эндрю не его мамаша, у него есть разум — это раз. А во-вторых, как бы мне это ни было больно признавать, Мария была потенциально кратно ценнее, чем я. На такой запросто мог жениться и принц, и король. Магия ведь дороже золота, потому что встречается реже, и развить, и потерять ее сложнее.

Так что сейчас мне предстояла весьма непростая задача — придумать, каким образом подружить двух сорванцов, которые не поделили красивую девочку.

Но я решила подумать об этом чуть позже, а сначала заняться оформлением патентов на слизь. Тем более, что количество писем и сообщений по этому поводу показывало явную заинтересованность разведки и армии в такой разработке.

Я не сдержалась и усмехнулась. Спросите меня, чем занимается заведующая детского сада по вечерам? Она оформляет патенты и выгодно перепродает оружие, изобретенное детишками!

Это было бы даже забавно, если бы не было столь грустно.

Но я сосредоточилась на работе и оформила сразу несколько патентов на имя Гарри, а затем написала семье ребенка для того, чтобы уточнить их реквизиты. Если все пойдет так, как надо, то первые деньги им начнут поступать уже на следующей неделе, так что и им станет немного полегче.

Оставалось только придумать, что может объединить этих сорванцов. Что-то, на фоне чего борьба за Марию станет маловажной.

Для этого я достала личные дела и характеристики обоих и принялась за чтение в надежде на то, что на меня снизойдет озарение.

На дворе уже стояла глубокая ночь, когда я была вынуждена признать, что мне в голову не приходит ничего разумного, кроме мыслей о том, что мать Матиаса — натуральная дура.

Нет, я понимаю, что так думать о мёртвых нельзя, но как же можно было так нелепо умереть? Неудивительно, что у ребёнка проблемы.

Вот только сегодня я их определённо решить не могла, а потому поступила единственно правильным путём. Просто отправилась спать, надеясь на то, что утро окажется вечера мудренее и я проснусь с криками "Эврика".

Вот только просыпалась я несколько раз за ночь совсем не от волшебного озарения, а от воспоминаний о том, какими сладкими были поцелуи и прикосновения Эндрю, как весело я смеялась над его шутками и какими романтичными были свидания, которые он нам устраивал.

Стоит ли говорить о том, что встала я в дурном настроении, всклокоченная и категорически невыспавшаяся.

Посмотрела на себя в зеркало и грязно выругалась. Так как не положено ругаться ни аристократке, ни заведующей.

А всё потому, что я не вспомнила вчера о той неприятности, которая произошла с моими волосами, а поэтому сейчас на меня из зеркала неутешительно смотрели последствия моей непредусмотрительности.

Ну почему я не помылась?

Ответа на этот вопрос у меня не было, зато на голове были местами пожелтевшие, местами позеленевшие волосы.

Прекрасно.

Лучше просто не бывает.

Я несколько раз глубоко вздохнула, чтобы хоть немного успокоиться, и отправилась в душ. Проверять, что может произойти с цветом и качеством моих волос ещё через восемь или больше часов, не было никакого желания.

Я мирно и даже невнятно подпевая, намыливала голову, когда по ванной комнате разнёсся сигнал тревоги для персонала. Я подпрыгнула и случайно провернула кран с холодной водой, устроив себе для полного счастья контрастный душ.

Но не это сейчас было главным вопросом. Вопросом было, кто поднял тревогу в такое время и по какой причине? Ведь дети должны ещё спать!

Я точно знала, что эта тревога — не шутка кого-то из ребятишек. Мы специально оговаривали это со всеми воспитательницами, что пользуемся сигналом только в крайнем случае, когда случилось что-то действительно серьёзное в ночное время суток.

Поэтому, не обращая внимания на мыло на голове, я натянула на себя банный халат и помчалась по предрассветно серым коридорам по направлению к коморке воспитательницы, которая следила за детьми и их пещерами ночью. На голову достаточно быстро пришлось накинуть заклинание стазиса, потому что пена сползала на глаза и щипала, лишая возможности передвигаться.

Радовало разве что только, что остальные воспитательницы, которые попадались мне по пути, выглядели не намного лучше. Почти все поголовно были в пижамах и ночнушках.

Воспитательница выглядела до смерти перепуганной, и мне это совсем не понравилось. Вместо ответа на мой вопрос о том, что тут произошло, она указала на свою постель, на которой я не сразу разглядела закутанного в одеяло ребёнка.

И вот тут плохо стало уже мне.

Это был Матиас, сын герцога. Весь в фиолетовую крапинку неизвестного происхождения. Эндрю мне голову оторвёт и будет прав.

— Что произошло? — поинтересовалась я осипшим голосом.

— Я не знаю, его явно морозит.

— Немедленно вызвать лекаря! — приказала я. — Объясни, что тут произошло?

— Я поймала его незадолго до того, как он упал в обморок. Новенький замуровывал пещерку Гарри. Понятия не имею, как ему удалось обойти магические датчики движения.

— Что-о-о? — задыхаясь прохрипела я.

— Он замуровал пещерку Гарри, — повторила воспитательница, словно кукла, смотря перед собой, а я поняла, что мне как минимум придётся дать ей, если не месяц, то хотя бы неделю отпуска для того, чтобы она пришла в себя от всего этого. К счастью, я была не одна. Уже успела проснуться, и несколько воспитательниц тут же понеслись со мной к маленькой пещерке, которая числилась за Гарри.

Она действительно была замурована совершенно не известной мне грязью. Сначала я подумала, что это обычная грязь, но валяющиеся рядом лопата и почему-то кочерга намекали на то, что всё не так просто.

— Ни кочерга, ни лопата эту дрянь не берут, — всё так же бесцветно просветили нас. А я твёрдо решила, что это будет месяц оплачиваемого отпуска. Плевать, бедняжка ведь действительно отважно пыталась разрулить ситуацию сама. Без посторонней помощи.

Но это потом, а сейчас нам было необходимо как можно быстрее освободить ребёнка, желательно до того, как он успеет проснуться и понять, что вообще происходит. Потому что последствия такого испуга мне не хотелось даже воображать. Меня только от одной мысли передёрнуло.

— Так, мы знаем, что Гарри спит? — осторожно уточнила я, и к моему облегчению мне подтвердили, что всё именно так. Мальчик ещё спал. Я потерла глаза и потребовала, чтобы всех детей, которые находились рядом, как можно быстрее эвакуировали из их коморок. У нас, конечно, именно для таких случаев стояли ментальные глушилки, но если у Гарри начнётся истерика, ничто не поможет. К тому же, если мне сейчас срочно не удастся найти, что именно и как сделал Матиас, то не исключено, что к ребёнку придётся прорываться через соседнюю пещерку.