Выживала (СИ). Страница 4

Выживала включил камеру на смартфоне и направил её на своё лицо.

— Всем привет, дорогие друзья, на связи опять Выживала. Вы, наверное, думали: где же я сейчас потерялся? Наверное, тусуюсь на Мальдивах? Однако это не так, дорогие друзья! Намного севернее! Я сейчас в походе, на месте стапеля моего судна. Эта замечательная деревня называется «посёлок Чара» на реке, которая, внезапно, тоже называется «Чара», Забайкальский край. Дорогие друзья, я сегодня со сплавом, по реке Чара отправлюсь до города Олёкминска на реке Олёкма, притоком которой является эта самая Чара. Олёкма в свою очередь впадает в реку Лена. Было бы лето, я, несомненно, поплыл бы до Якутска, а то и до самого моря Лаптевых, но так как в этих суровых краях уже наступает зима, я сплавлюсь только до Олёкминска. Расстояние 370 километров, через безлюдную тайгу, бурные пороги и сплошные мраки. Меня будут поджидать лютые опасности, и в то же время я буду выживать. Выживать в дикой природе. Всем пока. Так как следующая сотовая связь появится не скоро, то, если всё будет хорошо, на связь я выйду через 2 недели, уже в городе Олёкминске. А сейчас давайте полюбуемся этими прекрасными пейзажами.

Выживала на телефон поснимал окрестности села, автомобильный мост через реку в 100 метрах ниже по течению, едва видимые через мглу снеговые вершины хребта Кодар, видневшиеся совсем уже далеко, километров за 30, свою байдарку, полную снаряжения, которая была наполовину вытащена на воду. И на этом закончил, попросив подписчиков не экономить лайки и комментарии. Сразу же загрузил видео на свой канал. Постояв 5 минут и увидев, как пошли первые просмотры и комментарии, улыбнулся и позвонил Медведю.

— Медведь, привет, это я! — поздоровался Выживала. — Я на стапеле, уже собрал рафт, снарягу, полностью готов к походу. Буду тебе по спутниковому телефону отзваниваться из контрольных точек.

— Хорошо, хоть в этом у тебя проявился голос разума, — ухмыльнулся Медведь.

— Однако то, что я использую спутник, должно остаться между нами, сам понимаешь, — предупредил Выживала. — Ну всё, я пошёл. Следующая связь будет вечером этого дня, из первой контрольной точки. Имей в виду: я у МЧС-ников не регался, о маршруте никто не знает. Если не выйду на связь из контрольной точки через 12 часов, сделай заявление о пропаже. Всё. До связи.

Выживала отключил телефон, положил его в герму, прикрепил небольшую экшн-камеру к штативу, сел в байдарку и сделал первый гребок от берега. Течение медленно закружило рафтера...

Ниже по течению, в 100 метрах через реку тянулся автомобильный мост, который описывали многие сплавщики. Байдарка проплыла мимо моста, вдоль опор, у которых с рёвом бугрились мощные пенистые валы от напирающего течения, и покинула посёлок Чара. Буквально здесь же, через 50 метров, началась непроходимая тайга по обе стороны реки. С этого места начинались 370 километров безлюдной реки до самого Олёкминска.

Река несла шустро. Выживала постоянно выравнивал веслом пакрафт, чтобы он и не лез на быстрину, где было порядочное течение, но и не прибивался к берегам, у которых лежали подмытые деревья. Вода шла быстротоком, почти вровень с берегами, которые были очень низкими и болотистыми. Растительность состояла из тонких, не слишком высоких болотных лиственниц и ёлок, под которыми кое-где кудрявился кедровый стланик и всякая шарага вроде тальника, черёмухи, калины, дикой смородины, ежевики и прочих кустов из тех, которые растут в таёжном подлеске. В целом, тайга была не такая мощная и высокая, как в Красноярском крае или Кемеровской области, где успел побывать Выживала. Там громадные толстые ели соседствовали с такими же громадными соснами и кедрами, велась лесозаготовка. В этом месте никакая техника не прошла бы по заболоченной низменности, да и пилить, кроме худосочных лиственниц и ёлок, было нечего...

Река постоянно подмывала низкий берег с очень тонким слоем почвы, под которым был сплошной камешник или вечная мерзлота. Деревья падали прямо в воду, и почти все берега были завалены стволами и покосившимися, свисающими в воду брёвнами, добела оттёртыми льдинами. Кое-где ёлки целыми рядами круто нависали над руслом, грозя вот-вот обрушиться в воду. Наверняка и в русле лежат деревья и коряги, которые теоретически могли пропороть байдарку. Правда, сейчас вода была высокой, и об этом можно было не беспокоиться, по крайней мере, до порогов.

Снег не прекращался, иногда даже усиливался и тогда вокруг всё затягивало белёсой пеленой. До порогов было ещё далеко, минимум 2 дня судового ходу. Примерно в 30 километрах отсюда виднелся громадный хребет Кодар с заснеженными пиками, и как раз к нему-то, прихотливо извиваясь по этой болотистой низменности, петляла таёжная река Чара.

Два часа сплава прошли спокойно, течение было приличным, и явно более быстрым, чем в обычное время, однако, как Выживала понял, все мели и берега оказались затоплены, в некоторых местах вода перетекала прямо через тайгу, грозя промыть новую протоку. В таких неблагоприятных для сплава условиях приходилось активно работать вёслами, постоянно отталкиваясь то от плывущих веток и стволов деревьев, то от прибрежных кустов и топляков. Иногда у берега попадались сплошные кучи деревьев, рухнувших в воду. На более узких таёжных реках в таких местах образовывались многометровые завалы, которые никак было не оплыть и пакрафт приходилось протаскивать по берегу, иногда на значительное расстояние.

В этом месте Чара была широкая, глубокая, и завалы ей не грозили. Все рухнувшие в реку деревья, если их отламывало от корневища, уносились течением ниже и на повороте выбрасывались на берег образуя громадные кучи, в которых стволы лежали как рассыпанные спички. Если дерево падало в реку вместе с корнями, то оно оставалось на месте и превращалась в топляк, и далее, в корягу. Всё это Выживала говорил на камеру, показывая, в какие дикие места его занесла нелёгкая судьба.

Позднее выяснилась ещё одна неприятная деталь, впрочем, которую можно было ожидать. Вода в реке, естественно, была ледяной. Выживала замерил градусником температуру, оказалось всего 3 градуса тепла. Сидеть неподвижно в байдарке вскоре стало просто невозможно, и ведь сделать-то ничего нельзя! Сойти на берег или размять ноги было попросту негде. Иногда пакрафт проносило мимо отмелей, но они сейчас были затоплены, и воды над ними было минимум полметра. Выживала иногда осторожно, чтобы не перевернуться, поднимал ногу, массировал её осторожными движениями, кое-как спасаясь от пронизывающего холода. Подсунул под задницу дополнительное одеяло. Задница перестала мёрзнуть, а вот ноги нет: на них изредка да попадала вода с вёсел, хоть он и старался грести осторожно, без всплесков.

Под вечер Выживала снова записывал короткие видео, описывая особенности реки и своё бедственное положение на ней. А положение действительно было бедственным. Сейчас даже если бы Выживала захотел, он бы с большим трудом вернулся обратно в Чару. Вверх, против течения грести он бы не смог, так как оно быстрое. А по берегу фиг пройдёшь, помешали бы болота, протоки, глубокие устья притоков и дикое зверьё.

Всего в 5 километрах от посёлка Выживала увидел на берегу здоровенную медведицу с двумя годовалыми пестунами и маленьким медвежонком. Обычно медведи в это время должны искать берлогу, нагуливать жир. Но эта здоровенная зверюга посмотрела на него, водя носом по воздуху, как будто принюхиваясь к тому, что за кусок мяса несёт река, и посмотрела на реку, примериваясь, стоит бросаться в воду или нет. Решив, что мясной кусок не стоит того, чтобы выкупаться в холодной воде, медведица нехотя развернулась и пошла вглубь тайги. Медвежата друг за дружкой поскакали за ней.

Темнело рано, примерно в 18 часов. То есть, в 16:00 уже нужно искать место для ночлега. Выживала внимательно рассматривал низкие болотистые берега и всё-таки нашёл его. Здесь как раз была первая контрольная точка по треку и место для ночёвки. Пришёл он к точке сильно раньше из-за быстрого течения. В этом месте болотистый берег сменился на песчаный. Большие песчаные холмы с повалившимися ёлками, предвестники гор, уже подступили к реке. С одной стороны, хорошо, так как болото отошло от берега, с другой стороны, плохо: песок из берега постоянно вымывает река, выносит в русло, где он оседает, формируя при этом бесконечные протоки и отмели, идти по которым намного сложнее, чем по сплошному руслу. Песчаные отмели постоянно меняют свои очертания, протоки исчезают и появляются на новом месте. Идти по ним вслепую трудно, так как они могут растечься по мелководью, уйти под камни или завести в непроходимый завал. Тем не менее, это всё же лучше, чем болото.