Сиротка для ректора, или Магия мертвой воды (СИ). Страница 64

– О том, что это может быть не месть. Нам надо во дворец. Если все так, то, боюсь, без следователя не обойдется!

Сулу с трудом удалось убедить остаться в вольере – она высоко поскуливала и норовила тоже куда-то бежать и что-то делать… но пока что ее физические возможности вызывали у Шандора большие сомнения. И надо сказать, справедливо.

Он на ходу уже вызвал Тиссу и объяснил ситуацию. Попросил полицейских организовать охрану здания… но все мысли были уже не здесь.

Только в пути он высказал старому приятелю свои опасения:

– Мы узнали, что Верона по крови наполовину дайварка.

– Думаешь, каритская инквизиция до нее добралась? Очень сомнительно. Во-первых, этой организации уже четверть века не существует. Я думаю, это просто более изощренная месть тебе. Если так, то жди, свяжутся. Во-вторых, кроме вас, об этом факте. Что она – дайварка, хоть кто-то мог знать?

Шандор осторожно припарковал мотор у обочины и почти ласково уточнил:

– Бумаги Катрины ди Стева, похищенные из дома старой гадалки. Их ведь так и не нашли. Мы полагали, они как-то связаны были с договоренностями между ди Стева и картелями. А что, если нет…

– Не нагнетай. Или хочешь, я поведу?

– Еще чего! Едем!

Глава 33

Мертвая вода

Вокруг меня безусловно что-то происходило, но скользило по краю сознания и улетучивалось в бездну. Меня, кажется, куда-то везли. С кем-то ругались… потом заставили выпить какое-то… что-то мерзкое и холодное. Завернули в одеяло… или это, как в старой пьесе, был пыльный ковер?

Сколько это длилось, была ли еще ночь? Или это была уже другая ночь? Мотор тихо гудел, что-то щелкало. Пахло алкоголем и почему-то знакомыми духами.

Духи я пыталась вспомнить, но ассоциации были нейтрально-неприятные. Что-то из академии. У меня в академии друзей мало, но и врагов можно по пальцам пересчитать… Милена Латава, да Эльза Здана…

Эльза сбежала, Латава болеет. Не о чем тут говорить…

Я проваливалась в сон, потом вдруг просыпалась, но в голове по-прежнему варилось некое густое зелье из несочетаемых ингредиентов – воспоминаний и догадок, и просто случайных образов. Мне, пожалуй, хотелось куда-нибудь побыстрей приехать. Даже не важно куда – лишь бы это выматывающее бесконечное движение закончилось.

Помню телепортацию. Как кто-то долго объяснял, что я – чья-то там дочь и что хотела сбежать из дому… ерунда, может, сон.

Потом снова долго-долго куда-то ехали. В салоне мотора было тепло, даже жарко, а на меня еще накинули теплых вещей. Одеял, может, шуб.

А вернулась в сознание уже окончательно я оттого, что меня снова кто-то бросил в воду. Как тогда, в детстве! Как будто снова собирались утопить…

Я закричала, забарахталась, наглотавшись тепловатой, пахнущей илом воды, и далеко не сразу поняла, что до дна совсем недалеко. Можно даже встать на колени. Или сесть. Мелкий бассейн, локтя в три глубиной.

В ушах звенело. С волос потекли ручьи.

– Не давай ей вылезать, пока хозяин не придет!

Голос был мне не знаком. По коже заскользил ветерок. Я поняла, что мы не в помещении, но сейчас – зима! И пока ехали, не знаю почему, но во мне крепла уверенность – движемся на север!

Я стерла с лица воду и обернулась на голоса.

Двое. Одеты… обычно. В теплые штаны, меховые куртки. Так многие в городе носят. Только шапки. Шапки закрывают все лицо, лишь для глаз и носа оставлены прорези. Не хотят, чтобы их узнали?

– Отвернись! Ты! Идиот, тебе же велели глаза ей завязать! Или вам плевать на инструкции?!

– Так пусть из воды вылезет, я мигом!

– Точно идиот. Дайвары в воде безвредны. Не могут оборачиваться. Так она никуда не денется, а если перекинется в кого-нибудь, и что станешь делать? С тигром? Или с грифоном?!

Прямо передо мной был белый с прожилками камень, покрытый трещинами. Мрамор? В трещинах жил темный мох. Я осмелилась осторожно посмотреть вверх, и поняла, что меня бросили в фонтан. Очень старый, конечно же, не работающий. Фонтан наполняла вода – скорей всего дождевая. Вода была грязной и покрытой ряской и мелким мусором.

– Держи ее на прицеле. Отвечаешь головой. Она хозяину нужна живая.

По хмурому небу быстро бежали облака на фоне темных обветренных силуэтов древних развалин. Все старое…

Кто-то когда-то говорил мне, что в Оставленном Городе никогда не бывает холодно. Правда, светло тоже никогда не бывает – древняя магия хранит здешние тайны. А тайны эти настолько опасны, что оба государства, и Мерания, и Каритская республика, запретили частные исследования на этих территориях.

По остаткам стен непонятно, что здесь было – городская площадь, или двор богатого дома, или что-то еще. Фонтан среди замшелых развалин казался самой целой вещью. Но вода в нем была обычной, не магической.

В Оставленном городе все источники – мертвые.

А с мертвой водой живому человеку соприкасаться нельзя. Погибнет.

Сколько времени прошло? Меня хватились? Да наверняка. Вот только найдут ли – никаких следов. У меня даже возможности не было оставить знак или весточку. А Шандор не успокоится, пока не найдет… как плохо… как мы одновременно с Сулой. Ему придется выбирать, кого спасать… а может и не придется.

Я закашлялась – полный рот грязной воды.

Несмотря на относительно теплый воздух, стало зябко. Так все-таки? Это Оставленный город?

По рассказам всадников, город – это огромное пространство, в два, а то и в три раза большое нашей столицы. И там стоят огромные храмы…

Те, кто его строили, дайвары это или еще какой-нибудь народ, строили основательно, и в городе сохранились целые улицы. Да, без крыш, да, возможно, без верхних этажей или внешних стен. Но сохранились куда лучше, чем это место.

Где я?!

Я осторожно сменила позу – под водой казалось теплее.

Другие древние места неподалеку от замка ди Стева – это форт всадников и Ледяной Мыс в Рокодве, поселок с телепортационной станцией и одной из баз пограничников. Но должны быть еще. Ближе к границе. Точно должны быть, просто про них никто не вспоминает – безлюдные земли, мертвые источники!

– И зачем девка этим психам из Карита? Я понимаю, Здана уцепился за возможность насолить Дакару и всадникам. Я понимаю почему Косорра ввязался – по тому же, почему и ты – ему денег пообещали.

– Это какие-то их внутренние Каритские дела. – пробубнил тот голос, который все время называл собеседника идиотом. – Но по мне, надо бы побыстрей валить отсюда. Что-то затевается!..

– Зелист, а ты-то почему ввязался?! Ведь тоже из-за денег!..

– Из-за Карита. Там бывшие дружки Здана меня не достанут, руки будут коротки! Впрочем, тебе об этом знать не нужно.

– То есть?! Ты что, работаешь на Карит? И давно?

– Идиот. Следи за девкой, она уши греет. Еще по имени меня назвал, пустышка…

Ноги затекли, стало откровенно холодно. Я переползла к основанию фонтана и оперлась об него спиной. Стало легче.

«Они в воде безвредны. Не могут оборачиваться».

Вот почему я оказалась в бассейне – в детстве, когда убили Адара Кета. Чтобы не сбежала. Не для того чтобы утонула, а чтобы не сбежала. Как поздно иногда приходят озарения!

Сейчас бы выбраться из воды, призвать ветер, высушиться. Здесь должно получиться. Здесь очень уютный магический фон. Как дома… почти как дома. Как возле нашего семейного источника.

В одном они были правы – ящерка не отзывалась. Видимо и вправду вода мешает магии обмена тел.

Я долго лежала так, в воде, прикрыв глаза и слушая их короткие реплики – но ничего полезного они так и не сказали. Пустая болтовня, жалобы на въедливых полицейских, жалобы на начальство, которое не знает, чего хочет. Жалобы на голод.

Вообще, удивительно – мне есть совершенно не хотелось. Пить-то понятно, почему не хотелось, нахлебалась жижи из фонтана. А вот есть… все-таки прошло много времени. Мне казалось, сутки. Хотя, если бы сутки, мне тут же захотелось бы чего-нибудь другого…