Сиротка для ректора, или Магия мертвой воды (СИ). Страница 17

Дриана крутила пальцем у виска.

Потом говорила:

— Знаешь, соседка, ты чокнутая. Никто так не учится. Посмотри на этих раздолбаев? Они что, зубрят чего-то? Да ни фига.

Умом я это тоже все понимала, но… но страх не проходил.

А самый страшный сон — это когда я все знаю, мне задают вопрос… а ответить не получается. Челюсть сводит до боли, ни крикнуть и прошептать. А время идет.

Однажды вечером ко мне подошел парень — один из приятелей Милены, крепенький высокий брюнет. Я его запомнила еще с времен «вонючих луж». Я как раз закончила приводить в порядок лестницу и уносила инвентарь в кладовку.

В хозяйственном коридорчике, куда не то, чтобы студентам нельзя ходить, просто особо не зачем, тихий оклик заставил меня вздрогнуть.

— Эй!

Чуть ведро не уронила.

Жестом показала, что слышу, сначала отнесла и поставила все на место и закрыла двери. Спокойно вымыла руки. И дождалась, когда он подойдет.

— Слу-ушай. Как тебя. Фелана. В общем, я знаю, что у тебя экзамен. И что ты его не сдашь, потому что кое-кто попросил кое-кого, сделать так, чтобы ты точно не сдала. И ректор тут не поможет, потому что он на комиссию не влияет… понимаешь, о чем я?

— Я все же попробую.

— Значит, не понимаешь. Ты не сдашь, как бы хорошо ни отвечала. Я точно знаю. Но. Могу помочь.

— Убедишь Милену передумать? — приподняла я брови.

— К черту Милену, — нахмурился он. — Короче. Тебе интересно, или я пойду?

— Допустим, интересно!

— Тогда, допустим, пошли!

— Куда⁈

— Туда, где нас не подслушают!

— Ну, пошли.

Мы поднялись по нашей лестнице на самый верхний этаж. Здесь я никогда не была, да и не удивительно. Здесь были какие-то кладовки, хранилища. Запертые помещения.

Парень своим ключом открыл одну из одинаковых дверей. Я думала, увижу там что-то вроде студенческого клуба — с алкоголем, музыкой и недорогой едой, и конечно, со студентами, которые только меня и ждали. Но там оказался выход на заброшенную галерею — широченные арки-проемы как будто поддерживали крышу здания. Галерея, опоясывает весь верхний этаж. Красивое место, и непонятно, почему заброшенное. С того места, где мы стояли, открывался потрясающий вид на центральную часть города — в огоньках окон и уличных фонарей, под высоким и ясным ночным небом.

Впрочем, кроме этого слабого мерцания, другого света здесь не было.

Мой спутник засветил очень слабый огонек и поманил:

— Давай сюда. Быстрее!

В том месте, где мы оказались, стояла старая покосившаяся мебель. Должно быть, то старье, которое когда-то почему-то не выкинули из общежития, а подняли на верхний этаж. Кровати, тумбочки. Шкафчики. Вот возле одного такого шкафчика он и остановился. Отворил дверцу. Внутри что-то стеклянно мерцало.

— Короче. Есть правило. Если органический уровень магии у абитуриента выше двенадцати по шкале Строва, то абитуриента берут автоматом. Думаю, на таких как ты тоже распространяется. Надо только показать высокий уровень. У тебя сколько?

Я попробовала вспомнить результат предыдущей проверки.

— Восемь. Или десять.

— Есть способ резко поднять до двенадцати. Интересно?

Я поняла, что «Интересно?» это любимое словечко моего потенциального благодетеля.

Ладно, мы тоже не в белой башне родились, и всему на слово не верим.

— Допустим, я тоже знаю такой способ. Даже два. Даже три.

— Да ну?

— Глотнуть из своего источника. Серьга с живой водой. Опять же, желательно — своей. Ну и. Эмульсия. Но это незаконно.

— Ну, положим, у нас — не эмульсия. Я не дурак мертвую воду в академию тащить. Да и никто не дурак. Просто есть способ несколько усилить эффект от живой воды. Разово. Понимаешь?

Да, теоретически — возможно. Я не так давно изучала вопрос, связанный с темой концентраторов магии. Сложно, но можно.

Я кивнула.

— Ну, в общем. Цена вопроса — пять сольмов.

— Это моя месячная зарплата. Так что…

— Ладно. Полтора. Считай, скидка за первую покупку! Не раскупоривать до экзамена! Не пускать туда воздух. Преподам не показывать!

— Почему не показывать? Если, сам говоришь, что не эмульсия?

— Ты дура, да? Покажешь — и хрен тебе, а не 12 баллов природной магии. А длительная беседа с уже другой комиссией и окончательное отчисление.

— Понятно.

— Так что, берешь? Имей в виду, второй раз не предложу.

Что же. Угроза провала — есть. Особенно, если будут заваливать специально. Шанс, что в склянке окажется не живая вода, а какая-нибудь гадость тоже велик. Я бы сказала — девяносто девять к одному. А с другой стороны, лучше пусть у меня эта склянка какое-то время побудет. Использовать я ее по назначению не буду, конечно. Но… для спокойствия.

— Хорошо.

— Деньги?

— В комнате. С собой не ношу.

Он вытащил из шкафа и сунул в карман действительно какой-то маленький, сверкнувший зеленым, пузырек.

— Пошли. Передам в обмен на деньги.

Было ощущение, что он этот шкаф мне показал нарочно. Зачем-то. Мог все то же самое на лестнице сказать, или вообще у меня в комнате. Но нет же. Заставил прогуляться.

Ладно, буду держать ушки на макушке. Не впервой. А может, расскажу ректору завтра. Флакон тоже отдам, если он вообще окажется у меня в руках.

Но назавтра ректора в кабинете не оказалось. Секретарь передала мне листочек с запиской и не ушла, как уходила обычно, оставив нас с Дакаром заниматься. Остановилась у выхода, ожидая, когда и я выйду.

«Фелана, извини, вынужден уехать. Завтра к экзамену вернусь. Не переживай и попробуй выспаться! Ш. Дакар».

Выспаться! Какой тут сон⁈

Конечно, это была одна из самых бессонных и тревожных ночей в моей жизни.

Мой «благодетель» пузырек мне отдал и очень быстро исчез с горизонта, забрав деньги. Это стало еще одной причиной, по которой я решила не пользоваться «прекрасной, но немного исправленной» живой водой.

На день экзаменов я взяла дополнительный выходной. Госпожа Лора Хатона, моя начальница, ворчала долго, но причин отказать не нашла. Так что, хоть тут волноваться было не о чем.

Тем утром я встала очень рано, раньше обычного. Я перебрала не по разу все свои амулеты (лишь бы не сочли, что они магические!!!). Я открыла конспекты, попробовала что-то читать, но буквы прыгали перед глазами, и не хотели собираться в слова.

Я почти собралась ни свет, ни заря бежать к ректору, проверять, не вернулся ли, но остановила себя. Незачем создавать лишний повод для сплетен. Дакару это точно не нужно.

Я собрала сумку — бутылочку воды. Обычной, из чайника. Бутерброд. Тетради. «Дуализм менталистики» — эту заумную книженцию я так и не успела одолеть до начала экзамена. Ручку, чистую бумагу. Что еще может понадобиться?

Купленную «живую воду?».

Надо ли? Если вдруг найдут ее у меня — возникнут вопросы. А если там еще окажется действительно эмульсия? Здравствуй, настоящее полицейское проклятие?

И оставлять здесь тоже неправильно.

Мало ли, кто-то стащит. У нас довольно часто комната остается незапертой. И мне уже несколько раз казалось, что в моих немногочисленных вещах кто-то копался. Мелочь, книга не так лежит, или закладка не на том месте. В шкафу белье чуть глубже засунуто, чем я могу достать. Может, случайность.

Но на улице я привыкла, что случайностей не бывает.

Я постояла, вертя в руках флакончик, в сумку не сунула, но и оставлять в комнате не стала. Так и несла в кулаке. А что — он маленький, действительно на один глоток. Красивый, из узорного стекла, когда-то даже на цепочке был, чтобы носить на шее или на запястье. Кстати, кое что в флакончике мне показалось знакомым, но об этом я, пожалуй, расскажу ректору, когда он появится…

Экзамен должен был состояться в одной из основных лабораторий Академии.

Почему именно в лаборатории — да потому что они просторны, шумоизолированы, и там сложно устроить массовое шоу с большим количеством зрителей.

Да, с небольшим количеством — запросто!