Нелетучая невеста, или Аревзея сбежала, дракон!. Страница 2

– Аревзея Шиповник. Студентка Академии при Белой Скале. Подданная королевы Марго. Королевство Цитадин.

– Другая, ар-ршас-ст, сторона мира! – процедил мужчина. – Теперь ясно почему…

Что ему там было ясно, я так и не узнала, потому что окончательно растаяла… А в следующий миг пребольно ударилась пятой точкой, плюхнувшись на пол в своей комнате в Академии.

– Ну?! – тут же склонились надо мной три любопытные альвовы физиономии. – Ты его увидела?!

Поморщившись, застонала и огляделась вокруг. Все было точно так же, как и тогда, когда я сюда зашла. Комната Ирты, с которой у нас был спор, большая и светлая, оплаченная ее папочкой, с роскошной мебелью и дорогущими вазами – ее отдельной страстью. Посреди этой комнаты на выдвинутую тумбочку был водружен хрустальный шар, тот самый, краденный нами из ректорского кабинета.

И Явлина, и Ирта, и Лиита, так же, как и я, по очереди запирались в комнате, прежде произнося заклинание и капнув на шар своей кровью. После сидели и всматривались в хрустальную поверхность. Девчонки клялись, что видели своих суженных! А я вот… Я и не хотела никого видеть, если честно. Согласно традициям рода, мне нельзя было вступать в брак. Ведь я была старшая. Наследница дара. И, в принципе, меня все устраивало!

Поэтому, когда я зашла в комнату и сделав все то, что прежде делали до меня девчонки, я и не надеялась увидеть там кого-то. Вместо этого я увидела нечто иное… Что-то, что напугало меня… Глаз! Огромный, сияющий серебром, глаз какого-то чудовища! В окружении черной чешуи и шипов. С вытянутым вертикальным зрачком.

Видимо, шар, понимая, что ничего меня в этой жизни не ждет в романтическом плане, просто решил так надо мной поглумиться! А я с испугу взяла и перенеслась неизвестно куда. Все же, я начинающий маг-портальщик, и такие выплески для меня не редки! Хорошо хоть, что перемещение каждый раз оказывается не долгим… А то бы меня этот император неизвестно какого государства точно бы сожрал!

– Ари! Ну! Что ты молчишь?! – потрясла меня за плечо Лиита. – Я сгораю от любопытства!

– Глаз, – сказала, подумав, я.

О том, что я куда-то перемещалась за это время, говорить почему-то не хотелось.

– Глаз? – удивилась Ирта. – Какой еще глаз? У тебя там пират что ли? Ты повязку видела? Одноглазый? Или кривой?

Девчонки захихикали.

– Никакой. Просто глаз. Какого-то зверька. Милого. Думаю, это был мой будущий фамильяр, – приукрасила я действительность. – Так что, быть мне старой девой! И я не против.

Ирта скривилась.

– Другой участи заучке, как ты, и не видать. Так что все правильно шар показал. Хотя, я думала, у тебя духу не хватит построить портал в кабинет к ректору.

– Видишь, хватило. Долг засчитан?

Ирта кивнула, а на лице ее заиграла насмешливая улыбка.

– И все же, жаль мне тебя, сиротка… Ни родственников, ни даже перспективы замужества! Ужасная судьба!

Я усмехнулась. Ну да. Сиротка – это я только для тебя, Ирта. А вот семья у меня большая. И очень классная. Правда, она не в этом мире. А на Земле. Куда я собиралась вернуться на ближайших каникулах. Как хочется поскорее затискать нашего корги!

ГЛАВА 2

Спустя два месяца. Академия при Белой скале

– Индекс магической массы кристаллов Хаурса равен десяти значениям Тодса. Сколько плетений силы нужно, чтобы заставить кристаллы отдавать энергию, а не поглощать? – плыл по аудитории размеренный скрипучий голос профессора Энкинса.

Это был пожилой мужчина, низкорослый, немного полноватый, в очках, с красными щеками и грушевидным носом. Его седые волосы чуть кучерявились и придавали ему задорный вид.

– Десять единиц? – кто-то поднял руку на первом ряду.

– Десять! – фыркнул Энкинс. – Скажите еще, что два! Что, в сущности, в полной мере олицетворяет ваши знания, студент Марик. Ну же! Думайте!

– Сто четыре единицы плетений! – сказала я, быстро сделав расчет в тетради.

Мне не составило это большого труда, я знала нужную формулу, хотя она была довольно редкой. С прошлой лекции я специально выписала ее в тетради, хотя профессор упомянул ее вскользь. Как знала, что пригодится!

– Аревзея! Золотце наше! Ну конечно же! Это правильный ответ! Впрочем, как всегда! Блестяще! – профессор Энкинс похлопал мне, но его не особенно поддержали в аудитории.

Меня не очень любили. Хотя, даже нет… Травили. Это именно то слово. На Земле подобное сейчас модно называть буллингом. Но альвы, к сожалению, подобных слов не знают. А, может, к счастью.

Причин для травли было три: моя подозрительная страсть к учебе, мое дурацкое имя, напоминающее название какого-то колючего растения, и главная – я не умела летать. Все альвы умеют, а я нет. Мои энергетические крылья, которые незримо присутствуют у всех мне подобных, были с детства повреждены.

– Калека! – кто-то толкнул меня на выходе из аудитории плечом.

– Смотри, куда прешь! – огрызнулась я, хотя понимала, что это бесполезно.

Что сделает песчинка против моря? Я была одна. А их было много. Таких прекрасных… Таких летучих! Что аж выть хотелось.

– Готова? – востроносая и веснушчатая Лиита, поправив каштановую волнистую прядь волос, потянула меня за руку.

– Кто это был на этот раз? – спросила я, все еще злясь.

– Не рассмотрела, – буркнула подруга. – В любом случае какой-то идиот!

Мы вышли из аудитории, направляясь в сторону места моей экзекуции – к левитационному стадиону. Знала, что меня там не ждало ничего хорошего. Еще один урок тщетных попыток под насмешками окружающих.

– Может, сказаться больной? – притормозила я, когда мы уже почти дошли и замерли в отдалении от большой площадки, окруженной защитным куполом.

– Отравление у тебя уже было в прошлый раз, – скептически сказала Лиита, скрестив на груди руки.

– Горло!

– Болело в позапрошлый.

– Точно! Головная боль! Смотри! Гроза начинается! Скажу, что мигрень… – решительно заявила я.

Лиита лишь вздохнула. Вместе мы подошли к преподавательнице.

– Магистр Зейкинс, – я постаралась, чтобы мой голос звучал как можно более жалостливо. – У меня голова очень болит… Наверное, на погоду. Можно, я сегодня просто посижу? Поизучаю теорию?

Магистр приподняла брови. На ее губах появилась презрительная улыбочка.

– Опять глупые отговорки, Аревзея! – сказала она строгим голосом. – На этот раз, если не будешь заниматься, я засчитаю тебе прогул!

Закусила губу.

– Вы же знаете, что я не могу! – взмолилась я. – Мои крылья повреждены!

– Урок есть урок. Пытайся. Случаются чудеса.

Пытайся! Чудеса! Ну, конечно же! Новые крылья же у меня не вырастут! А так, это просто издевательство! От обиды комок из слез застыл в горле, но я сумела сдержать себя в руках. Когда подошла к группке студентов, разминавшихся перед уроком, Лиита чуть коснулась моего плеча.

– Смотри! – шепнула она и кивнула в сторону пустующих обычно трибун, расположенных амфитеатром вокруг стадиона.

Там, на верхнем ряду, сидел какой-то мужчина. Мне не видно было отсюда его лица, я лишь заметила широкоплечую фигуру и темные длинные волосы, схваченные в хвост. И то, что его взгляд был направлен в нашу сторону.

– Кто это? – шепнула я в ответ, а в животе отчего-то появилось странное тянущее чувство, как будто что-то было неправильным, или что-то должно было случиться.

И это “что-то” было непременно связано с этим незнакомым мне мужчиной.

– Не знаю. Но не припомню, чтобы магистр пускала хоть кого-то наблюдать за своими занятиями, – ответила подруга.

Долго нам обсуждать незнакомца не довелось, магистр стала раздавать задания. Для всех – изучать формы полета: студенты, активируя полупрозрачные энергетические крылья, поднимались высоко в воздух, выписывая бочки, восьмерки, мертвые петли. Это было ужасно красиво и интересно! Все могли делать хотя бы простейшие фигуры! Даже толстенький коротыш-альв, Домби, кружился вокруг своей оси, подхрюкивая от удовольствия, напоминая мне забавную крылатую свинку!