Измена Грома (СИ). Страница 38

Женщина укоризненно покачала головой. Не сказав мне больше ни слова, пошла вниз по лестнице.

Божечки мои.

Что там врач говорил? Больше ни грамма стресса?

Ну, ну.

У меня только что чуть сердце не выпрыгнуло.

Я зашла в квартиру и заперла за собой дверь. Ну и что, много они мне тут вчера наворотили? Я прошла в комнату, потом на кухню — все было в порядке. Все лежало на тех же местах, на которых я оставляла.

Значит, искали только меня.

И воришки ночью сюда тоже не забрались.

Я сбросила одежду, вымылась и уложила волосы. Накрасилась, переоделась в чистую одежду. В целом и общем — неплохо выгляжу. Даже синяков под глазами не видно.

Но сейчас я на маршрутке не поеду, время поджимает.

Я забила в приложении такси нужный адрес. Его я запомнила уже наизусть. Дождалась, пока телефон мяукнет оповещением и спустилась к машине.

Ехать было недалеко и это было мне на руку.

Я поднялась на лифте и нажала кнопку звонка.

За дверью раздались шаги и она распахнулась.

— Ну, здравствуй, Катя. Рада меня видеть?

Глава 50

Я успела впихнуть свою сумку между дверью и косяком.

Захлопнуть дверь перед моим носом у бывшей подруженьки не вышло.

Я оттолкнула ее, и прошла в кухню. На ту самую кухоньку, где несколько дней назад мне активно сочувствовали и пытались даже успокоить.

Какое лицемерие!

Я поморщилась.

Бросила сумку на стол и села. Катя не знала, куда девать глаза. Визитом к ней я убивала двух зайцев: заставлю ее ответить на мои вопросы и проверю, правду ли сказал мне Семен.

Ведь если бы он соврал, то она была бы на работе. Все было бы как прежде.

А она дома.

Значит, уволена.

Отлично.

— Я готова тебя слушать.

— Что тебе надо? — Катя набычилась, смотрела исподлобья.

— Хочу услышать рассказ, как моя подруга повелась на Наташкины бабки и решила подложить мне свинью. Или дело не только в деньгах? Ах, да! Есть же еще зависть и трусы моего мужа. Так?

— А с какой радости я должна тебе что-то рассказывать? — на укус она е обратила внимания.

— Если расскажешь, попрошу Семена уволить тебя по собственному, а не по статье. И за выходное пособие еще похлопочу. По-моему, это лучше, чем ничего. Наташиных денег тебе точно уже можно не ждать.

Бывшая подруга вздернула подбородок и тоже села на стул.

Сложила перед собой руки и сцепила пальцы. Это хорошо. Это готовность к диалогу. На нее-то я и рассчитывала. Не волосы же ей драть, в самом деле?

Я так не умею.

— Скажи мне, как тебе хватило совести утешать меня, когда я рассказала тебе про фотографии?

— Очень легко, — Катя трясла головой, как гремучая змея в шляпе дрессировщика. Поджала губы и нагло смотрела на меня.

— Н-да. Действительно, о чем это я. Хотя, признаюсь, не ожидала от тебя. И о мотивах спрашивать не буду. Скажи только, кто делал эти фотографии?

Ох, этот вопрос был рискованным для меня.

Потому что я не знала наверняка, фото были настоящими или поддельными? Предположить можно было и то, и другое.

Но мне-то нужна правда!

— Не знаю.

Я недоверчиво подняла бровь.

Да ладно?

— Серьезно. Наташа… Она говорила, что эти фотографии сделал ее муж, когда они вместе с Семеном Сергеевичем ездили куда-то.

Вот черт.

Она говорила правду, скорее всего.

Катя знала, что я врать ей не буду. Если пообещала добиться поблажек у Семена, я добьюсь. И она сейчас будет их заслуживать. Лгать мне нет смысла.

К тому же, она ведь тоже не знает, известна мне эта информация или нет.

— Сколько она пообещала тебе за помощь?

— Пятьдесят тысяч.

— Пятьдесят?! — я округлила глаза. — Катя, у тебя зарплата была почти в два раза больше! Стоило мараться?

— Тебе не понять! — прошипела подружка и вскочила из-за стола. — Это для тебя пятьдесят не деньги! Конечно, когда ты жена владельца, ты можешь полтинник в день потратить на шмотки и не заметить! А у меня мужа нет! И я содержу больную мать.

— Прекрати, — я посмотрела на нее с жалостью. — Никакие деньги не могут заменить человеку совесть и порядочность. Ты зарабатывала достаточно, чтобы двум женщинам хватало на жизнь. А уж про премии, которые я выбивала всему отделу, я вообще молчу.

— Ну, конечно! Милостивая начальница! — из Кати полез яд. — В ножки тебе не поклониться за это?

Это было больно.

Вот уж точно жена Вадика назвала меня простушкой. Я ведь все это делала из чистых побуждений. И никогда благодарности от подчиненных не просила. Я их стимулировала лучше работать, и это был хороший ход. Это приносило результаты.

Только, видимо, не все воспринимали это так.

Мой собственный заместитель, например, вот видела в этих доплатах унизительную подачку.

Воистину, для всех хорошим не будешь.

— Ты подбросила мне эти снимки?

— Я, — она сложила руки на груди и выпрямилась.

Я не стала обращать внимания на ее позу. Это просто защита. Попытка хотя бы физически себя поддержать. Я ж сама так поступала, когда с Семеном ругалась за эти дни.

— Не стыдно?

Я спросила, а потом пожалела.

Конечно, не стыдно. По глазам видно. Дело не в стыде. Дело в какой-то гипертрофированной зависти.

Твою мать, ну, не хватало ей денег! Можно же было подойти. Мы же дружили, я бы попробовала выбить у мужа для нее прибавку. Так ведь все специалисты делают, если считают, что достойны большего.

В конце концов, можно было сменить работу!

— Что еще тебе рассказать? Давай быстрее, я тороплюсь!

Вранье.

Никуда она не торопилась. Куда можно спешить, если тебя вчера уволили? На биржу труда? Ну, может быть.

— Где ты взяла документы, что приносила мне на подпись?

— Какие документы?

— Катя, не тупи! — я разозлилась. Хватит уже делать из меня дуру и терпилу! В один прекрасный момент мне это может надоесть и начну показывать всем зубы! — Документы на секс-шопы!

— А, — она налила себе стакан воды и снова села за стол. — Наташа там хотела какую-то схему провернуть. И под лицензией МедСити продавать игрушки для взрослых. Но что-то не вышло, как я поняла.

Я от души расхохоталась.

Господи, теперь понятно, почему у этой семейки никак не шел бизнес. Они же просто не понимают, как это сложно устроено! И всякие мутные схемы в отлаженный механизм так просто не введешь. Там ведь десяток согласований должно быть по отделам.

Да и Катя поступила по-идиотски.

Нужно было просто подождать моего увольнения и подписать все самой, встав на должность исполняющего обязанности начальника отдела.

Гордость, зависть и жадность.

И глупость.

Вот что их всех сгубило.

Катя занервничала. Я видела это по ее рукам. Хороший продажник всегда обращает внимание на поведение своего собеседника.

И даже несмотря на то, что она испортила мне кучу нервов, мне было ее жаль.

Без издевки, без насмешки над ее рухнувшими планами. Просто по-человечески. Она же мне была подругой, как-никак.

И хорошо, что теперь это не так.

— Все понятно, Катя, — я поднялась, забросила сумку на плечо.

— Ты, — она замялась, — ты поговоришь с Семеном Сергеевичем?

— Поговорю, — я прищурилась. — Но постарайся мне больше на глаза не попадаться.

Я вышла в прихожую, сама открыла дверь.

Уже выйдя на площадку этажа, почувствовала вибрацию телефона. Смс.

«Готовься, родная. Твоя попка вечером будет гореть»

Глава 51

Я краснела.

А через минуту бледнела.

Потом опять краснела.

Отворачиваясь от остальных пассажиров в окошко, сидела в маршрутке. Вспоминала смск-ку мужа и покрывалась мурашками. Он же не серьезно? Хотя.

Нет.

Это же Семен!

Все очень серьезно.

Он приехал за мной в клинику. Не нашел меня там и разозлился. И теперь меня что-то ждет.

Я кусала сама себя за щеку, но ничего не выходило. Любая мысль о том, как муж может меня наказать, вызывала у меня возбуждающую тяжесть в низу живота.