Расследование в «Трэвэлерс Рефьюдж». Страница 2

– Представляю, сколько кадров вы снимете к концу нашего тура, – сказала она, – ведь впереди ещё семь замков!

– Дорогая Синтия, я стараюсь выхватывать из жизни яркие мгновения, – тут же откликнулся на её слова Глейзер. – Организовать спонтанность невозможно: неожиданные моменты нужно ловить. Вот почему фотография – это искусство наблюдения.

– Значит, вы сродни терпеливому охотнику, выслеживающему добычу?

– Ну, можно и так выразиться. Но если говорить о фотографии в широком смысле, то её сила в том, что она как бы останавливает само время. Фотография запечатлевает моменты, которые никогда уже не повторятся. Или, как сказал Аарон Зискинд 7 , то, что вы поймали на плёнку, запечатлено навсегда.

Когда Терри был увлечён разговором, в его карих, слегка выпуклых глазах зажигался огонёк, а мимика становилась живой и энергичной. При этом он запускал руку в свои тёмно-русые вьющиеся волосы и без конца теребил их.

За Терри и Синтией шли в обнимку молодожёны Шон и Джойс Ламбертс. Они находились на пике своего счастья и были целиком поглощены друг другом. Весь мир вокруг казался им чем-то второстепенным, и поэтому потрясающие по красоте виды, открывающиеся с высокого берега, не вызывали в их сердцах большого восторга.

Почти в самом конце цепочки брели супруги Джеймс и Эмили Харпер. Они проживали в Гилфорде 8 и владели отелями в нескольких городах Суррея 9 . Обоим было под шестьдесят, держались они надменно и ни с кем не вступали в разговор. Во всём – взгляде, повороте головы, походке – сквозило осознание ими собственной важности.

Глядя на вспотевшие лица Харперов, становилось ясно, что восхождение к Данноттару далось им не легко. Впрочем, в этом не было ничего удивительного: дорога длиною в восемьсот метров могла утомить и куда более молодых путешественников. Супруги переговаривались друг с другом, и судя по сердитым ноткам в голосах, они обсуждали что-то, вызвавшее их неудовольствие.

Замыкал цепочку идущих инспектор полиции Майкл Райли. Этой туристической поездкой по замкам Шотландии его поощрили за раскрытие сложного и запутанного дела в его родном городе Эшфорде. Он никогда не был в этой удивительной стране лилового вереска, старинных замков и увлекательных легенд. И сейчас Майкл наслаждался созерцанием чарующих шотландских пейзажей с гармонично вписанными в них древними архитектурными памятниками. Это прикосновение к первозданной красоте дарило ему ощущение внутренней гармонии и безмятежности. Он не мог даже представить, что скоро ему волею судьбы придётся распутывать очередное загадочное преступление.

… Наконец-то изрядно подуставшие путешественники добрались до экскурсионного «Ринауна» 10 , ожидавшего их недалеко от Стоунхейвена 11 .

– Вот и наш автобус! – бодрым голосом сказал Эндрю Морган и, окинув взглядом своих подопечных, добавил: – Знаю, прогулка была не из лёгких, но уверяю вас, что все последующие экскурсии будут не столь утомительными, хотя и не менее интересными.

– Готовьте новую плёнку на 250 кадров, – съязвила Синтия, повернувшись к Терри.

– Внимание! – обратился ко всей группе гид. – О программе завтрашнего дня мы поговорим вечером, когда доберёмся до пансиона. А сейчас я предлагаю пообедать в Стоунхейвене и немного побродить по этому маленькому рыбацкому городку. Все согласны?

Возражений не последовало. Туристы заняли свои места, и автобус тронулся вперёд. Он набирал скорость, оставляя позади бескрайнюю синеву моря и скалу с выразительным силуэтом полуразрушенной крепости. Вскоре пошёл дождь, и из окна «Ринауна» можно было видеть лишь размытые очертания деревьев и редких строений, встречающихся на пути.

Через несколько минут автобус уже ехал по центру крохотного приморского городка, и мистер Морган объявил громким голосом:

– Сейчас мы пообедаем в каком-нибудь милом ресторанчике. После этого вы сможете побродить часок-другой по улицам Стоунхейвена и приобрести сувениры и открытки с видами Данноттара.

– А где мы будем обедать? – почти одновременно спросили несколько человек.

– Здесь есть хорошее местечко, где вкусно готовят хаггис, – ответил Морган.

– Никогда его не пробовала, – сказала Тельма Чендлер. – Насколько я знаю, это самое известное национальное блюдо Шотландии?

– Совершенно верно. Информация для тех, кто не знает и не пробовал. – Морган заговорил так, чтобы его слышали все: – Блюдо готовится из бараньих потрохов – сердца, печени и лёгких, сваренных в бараньем желудке.

– Но это просто ужасно! – воскликнула Эмили Харпер, и на её лице проступило брезгливое выражение.

– Тогда могу предложить ресторанчик, в котором пекут великолепные шотландские пироги с мясом, – продолжал Морган.

– А чем они так знамениты? – поинтересовалась Тельма.

– Ну, я, конечно, не шеф-повар, но знаю, что их готовят с добавлением эля 12 .

– О! Какое приятное дополнение! – воскликнул Терри Глейзер.

– Нет, пироги – это уж слишком примитивно. Хотелось бы попробовать чего-нибудь поинтереснее, – высказала своё мнение Синтия Эйлинг.

– Ну, тогда один путь – в ресторанчик «Секреты старого капитана». Там вы сможете попробовать признанного короля шотландской кухни – лосося! – заманчиво предложил Морган.

– Вот это другое дело! – раздался одобрительный хор голосов.

И только супруги Ламбертс не принимали участия в выборе ресторана. Они безмерно наслаждались компанией друг друга, и казалось, что их в равной степени устроил бы и хаггис, и шотландский лосось, и пироги с мясом.

Эндрю Морган остановил автобус на Рыночной площади. Дождь закончился, но небо оставалось хмурым. Временами налетал лёгкий ветерок, и становилось прохладно. Группа из десяти человек, возглавляемая гидом, двинулась по направлению к ресторану, расположенному в местной гостинице. На ходу Морган давал последние инструкции:

– Думаю, двух часов вполне хватит, чтобы побродить по Стоунхейвену и дойти до Старой гавани. Отпускаю вас с лёгким сердцем, так как заблудиться здесь, практически, невозможно. Итак, в пять часов встречаемся у автобуса на Рыночной площади.

… Отведав великолепного шотландского лосося, леди и джентльмены разбрелись по улицам Стоунхейвена. Однако, поскольку центр городка представлял собой всего несколько улиц, невольно получалось так, что во время прогулки они часто наталкивались друг на друга. А Терри Глейзер даже открыто увязался за Синтией Эйлинг, которая, впрочем, ничуть не возражала против того, чтобы он составил ей компанию. Женщина зашла в большой по меркам Стоунхейвена магазин, видимо, игравший здесь роль торгового центра. В какой-то момент она оторвалась от Глейзера, подошла к витрине с косметикой и попросила продавщицу показать ей пудру. Но как только она открыла коробочку, чтобы посмотреть тон, раздался щелчок фотоаппарата и довольный смешок Терри. Синтия резко повернулась в его сторону и спросила с иронией:

– Ловите свой фото-шедевр в провинциальном магазине?

– Кто знает, кто знает… Представьте себе, что чаще всего именно снимки из числа случайных, ни на что не претендующих, становятся фото-шедеврами! Главное, поймать такой момент, который бы выражал квинтэссенцию всего сюжета!

Продолжая рассматривать пудру, Синтия лишь шутливо заметила:

– Что ж, я ничуть не возражаю, если моё лицо появится в «Женском еженедельнике» 13 или «Женщине» 14 .

Молодожёны Шон и Джойс, по-прежнему в обнимку, брели вперёд по одной из узких улиц Стоунхейвена. По дороге им попался магазин спортивного инвентаря, и они, недолго думая, зашли в него. Когда они рассматривали товары у витрины, за их спиной оказался всё тот же неутомимый Терри Глейзер со своей камерой.