Пришествие Зверя том 2. Антология. Страница 127

Через несколько секунд Астартес добрались до магистрального коридора, где их накрыли залпами со всех сторон. Члены экипажа взятого на абордаж космолета занимали позиции на верхних галереях и выбегали из открытых дверей, словно муравьи из лазов. Их выкрики, низкие и хриплые, казались звериными рыками. Стены испещряли криво намалеванные орочьи гербы, на палубе лежали кучи какой-то гадости. Между галереями тянулись мерзостные гирлянды — цепи и тросы, увешанные костями и фрагментами металлолома.

Одичалая команда звездолета с воплями и гиканьем высыпала на балконы и устремилась по коридорам. Кто-то угрожающе размахивал оружием, остальные наугад палили в абордажный отряд.

— Орки в людских телах, — пробормотал сержант Мар-бас; прицелившись из укрепленного на запястье болтера, он срезал очередью нескольких ближайших врагов.

— Их корабль захватили не в последние месяцы вторжения, — отозвался Валефор, поддерживая своими выстрелами свирепый ураган снарядов, который несся по коридору от позиции сангвинарных гвардейцев. — Эти поганцы давно уже живут под властью зеленокожих.

— И никто не встал на защиту утраченных миров? — проворчал Марбас. — Никто не учел их в списке потерь?

— Не сомневаюсь, доклады о падении их родной планеты лежат на столе какого-нибудь клерка Администратума в стопке отчетов о сдаче подати и наборе рекрутов Астра Милитарум, — сказал капитан. — Но здесь есть и наша вина. Мы, стражи человечества, тоже утратили бдительность в дозоре.

— Нам не успеть всюду, капитан. Как уберечь миллион миров сразу, если нас даже не зовут на помощь?

Ошеломленные огневой мощью Астартес, члены экипажа немного отступили, видя, что их лазпистолеты и дробовики практически бесполезны против доспехов Космодесанта. Кроме того, предатели целились нисколько не лучше своих хозяев-чужаков. Варвары продолжали улюлюкать, хрипло орать и скалить зубы, словно обладали такими же клыками и бивнями, что и их зеленокожие повелители.

В какофонии сиплых криков и возгласов Валефор разобрал фоновый шум, повторяющееся сочетание звуков, которое постепенно становилось громче и перекрывало отдельные всплески рева и рычания. Даже сквозь рокот болтеров, треск лазразрядов и стоны раненых и умирающих капитан слышал, что изменники повторяют единственное слово, гортанно скандируют на низком готике:

— Зверь! Зверь! Зверь! Зверь! Зверь!

Отголоски боевого клича неслись по кораблю, сопровождаемые грохотом ударов кулаками и топотом ног. Весь коридор дрожал в том же ритме.

— Они потеряны для Императора, — произнес сержант. — Служат другой силе, более очевидной для них.

— Тут некого спасать, — буркнул Валефор, отходя обратно в коридор к шлюзу, куда не долетал неистовый град твердотельных зарядов и лазерных лучей.

Сангвинарные гвардейцы последовали за ним. Шагая спиной вперед, они не прекращали разить врагов болтерными очередями. Какая-то женщина вылезла из люка справа от воинов и, безумно рявкнув, бросилась на капитана с самодельными кинжалами из кусков пластали. Лицо изменницы пересекали полосы темной краски, голову она обвязала платком в черно-белую клетку; такой же узор Кровавый Ангел много раз видел на орочьих знаменах. Стоило рабыне выпрямиться, как Валефор вонзил ей в горло острие меча. Рычание сменилось предсмертным хрипом, и женщина повалилась на палубу, но вслед за ней из технического колодца уже выбирались другие неприятели. Пинком сбросив первого из них обратно в проход, капитан швырнул в открытую дверцу осколочную гранату и отступил на шаг. При взрыве ее смертоносные осколки посекли всех, кто находился в тесном пространстве.

Валефор вызвал свой корабль:

— «Сангвинем Игнис», мы прекращаем абордажную операцию. Как только выберемся отсюда, превратите этот космолет в плазму.

Тейн обернулся на звук открывающихся дверей и затаил дыхание: на командный мостик, пригнувшись под притолокой, вошел примарх. В полном доспехе Вулкан не уступал величиной дредноуту и, казалось, с трудом помещался в центре управления боевой баржи, просторном по человеческим меркам. Великан остановился посреди зала, и магистр ордена Кулаков Образцовых отошел в сторону.

Все присутствующие, способные к самостоятельному мышлению, подняли глаза от рабочих станций. Максимус заметил, что ветераны десятков сражений трепещут при виде сына Императора. Пара-другая неулучшенных членов экипажа прошептали святые слова и склонили головы.

Космодесантник выдохнул и лишь теперь понял, что все это время не дышал.

Примарх еще ни разу не приходил на командную палубу, и сейчас Тейн ощутил, что рядом с Вулканом, воплощением силы и уверенности, у него поднялось настроение. В нескольких шагах позади гиганта встал Курланд с непроницаемым выражением лица.

— Добро пожаловать на «Альказар достопамятный», господин примарх. Простите, что мне не удалось поприветствовать вас, когда вы поднялись на борт.

Вулкан молча смотрел на главный экран.

— Вчера в систему вошел ударный крейсер Саламандр, мой господин, — продолжил Тейн. — Они просят у вас аудиенции.

— Нет. — Примарх по-прежнему изучал данные со сканеров. — Пусть действуют как часть группировки, без всяких привилегий. Встреча со мной только… отвлечет их.

— Воины будут разочарованы.

— И это вся оборона? — Вулкан повернулся к Максимусу. — Пара боевых станций, горстка звездолетов?

— Других целей на орбите не обнаружено, господин примарх.

Курланд вышел вперед:

— Я поручил магистру ордена Оденату и верховному маршалу Боэмунду возглавить штурм орбитальных платформ. Адмирал Виллерс и уцелевшие корабли Третьей флотилии Ядра уничтожают оставшиеся вражеские космолеты, тогда как адмирал Ахария организует блокаду на высокой орбите. — Сделав вдох, он перевел взгляд с Вулкана на экран и обратно. — Через десять часов мы завоюем господство в космосе.

— Вижу. — Примарх сложил ладони и прижал руки к кирасе, будто в молитве. Он выглядел недовольным. — Улланор — родной мир Зверя, который учинил неописуемые разрушения по всему сегментуму Солар. И мы, получается, осадили его через десять дней после прибытия в систему ценой утраты всего лишь двух фрегатов, одного эсминца и менее чем двадцати космодесантников?

— Такова текущая ситуация, господин примарх, — сказал Тейн.

Вулкан ничего не ответил и выжидающе посмотрел на Курланда. Лорд-командующий, скрипя зубами, задумался на несколько секунд.

— Нельзя оспаривать очевидные факты, — медленно проговорил он, тщательно подбирая слова. — Мы добились превосходства в пустоте, орочья армада рассеяна. Имперский Космофлот способен обеспечить кордон для противодействия любым контратакам. Следующим этапом должен стать штурм поверхности. Необходимо собрать военный совет для обсуждения стратегии и планов наступления.

— Отлично, — кивнул примарх. — Так и сделай, от моего имени.

С этим Вулкан отбыл, и мостик словно бы приобрел прежние очертания, а общий настрой на нем стал менее напряженным.

Тейн подошел к Курланду.

— Почему он сам не отдал приказ? — спросил Образцовый. — Его как будто… не интересует вся наша кампания.

Лорд-командующий положил ему руку на оплечье.

— Он — примарх, сын Императора. Я не пытаюсь понять, о чем думает Вулкан, но полностью уверен в его мотивах. Он привел нас сюда, чтобы убить Великого Зверя, и мы должны выполнить задачу.

— Тогда я позаимствую твою уверенность, брат, — сказал Максимус. — Кого нам вызвать на военный совет?

— Всех, — ответил Курланд. — Магистров орденов, капитанов с командирскими полномочиями, адмиралов и коммодоров. Не забудь также доминуса Герга Жокува и любых помощников, которых он пожелает взять с собой.

— И какую стратегию мы выберем, брат?

— Найдем Великого Зверя, атакуем его всеми наличными силами и уничтожим.

План звучал достаточно просто, однако Курланд взглянул на Тейна с таким видом, что Кулак Образцовый понял: исполнение и замысла, и приговора врагу получится гораздо более сложным.