Жемчужина (СИ). Страница 109

Глен пообещал себе выставить Жнецу бочонок самого лучшего виски за такой подарок клану, каким оказался кроткий Кэлум. Хотя это совсем не значило, что он не занимался городом и людьми, просто предпочитал это делать по собственному разумению. Когда к нему пришли мальчишки из рок-группы, то их ожидал подарок в виде коробки с инструментами от «Military boys» и постера с автографами всех участников группы.

Эмиль позвонил Адаму, которого знал с тех самых пор, как в группе стал петь Тео. Он считался самым старшим в их группе. Эмиль поинтересовался, не хочет ли он продать свои старые инструменты. Так получилось, что в этот момент в комнате находилась вся группа во главе с Тео. Ребята, услышав о молодых ребятах, прониклись ситуацией и подарили свои старые инструменты подросткам, за исключением старых колонок, «которые больше шипят, чем играют», но Эмиль заверил, что уж на колонки-то ребята найдут деньги. После этого Кэлум спросил, где ребята собираются репетировать, и кто ведет у них в школе уроки музыки. В ответ он с ужасом услышал, что музыкальная школа делит свое помещение с художественной, занимаясь по четным дням. Преподавание шло на двух расстроенных пианино и трех замученных волынках, а чтобы получить серьезное музыкальное образование, надо было ездить на уроки в соседний город.

Кэлум посетил маленький домик, носящий громкое название «Дом искусств» с тесными полутемными комнатками, и пришел в ужас от того, в каких условиях занимаются дети. Он проинспектировал все общественные организации, которые являлись арендаторами соседних домов и вскоре, наступив на горло Глену, заставил «Клуб любителей ловли форели» поменяться помещениями с «Домом искусств». Вскоре дети перебрались в уютный трехэтажный особняк на площади, а рыболовы-любители - в маленький домик на окраине.

- Там по соседству есть чудный паб, где подают самую вкусную копченную форель в городе! - с восторгом в глазах приговаривал Кэлум, выкидывая последние коробки с удочками и чучелами рыб из большого и светлого дома.

Особняк прекрасно подходил художникам и юным скульпторам. А вот музыкантам пришлось довольствоваться классами, выходящими во внутренний двор, но никто не жаловался. Эмиль порылся в своих вещах, но не обнаружил своей кредитки. Когда он обратился с вопросом к Анджею, то брат прислал свою с пожеланием не стесняться. Ангел посоветовал ему какое-то время не трогать свою кредитку. Эмиль пообещал вернуть все потраченные деньги, в ответ на что брат, выразительно хмыкнув, напомнил, что он тоже МакГрегор и хотел бы помочь Эмику в благих делах.

Не найдя, что возразить, Эмиль успокоился, купил несколько инструментов для музыкальной школы и оплатил изготовление в местной мастерской дополнительных этюдников для юных художников. После этого он продолжил инспекцию недвижимости, принадлежавшей клану. В те дни, когда в замке проводились экскурсии, Эмиль путешествовал по городу, знакомясь с людьми. В один из таких дней он зашел в хоспис к старикам. Омега с удовольствием пил с ними чай и слушал замечательные истории о своих дедушках - о молодом и дерзком Одине, упрямом и красивом Клиэмэйне. Старики помнили все забавные случаи и, скрипя старческим смехом, делились этими историями с Кэлумом.

Также посетил Эмиль больницы, взрослую и детскую, и перинатальный центр. В больнице для взрослых прием вели в основном военные врачи, которые по той или иной причине вышли в отставку. Военная выправка и строжайший порядок чувствовался во всем. Даже интерны и медбратья ходили почти строевым шагом. В детской больнице была прямо противоположная атмосфера. Повсюду было много цветов, а стены были разукрашены забавными животными и героями детских фильмов. В динамиках слышалась веселая музыка, стояла мебель не только для взрослых, но и для детей.

Перинатальный центр был, скорее, омежьим царством, чем больницей. Там были детские игровые комнаты, цветы и улыбчивый персонал. К удивлению Кэлума, здесь он встретил Дугала, сына Глена. Оказывается, все врачи время от времени дежурили в этом омежьем царстве. Они выпили чаю, и Дугал устроил Кэлуму экскурсию по центру. Последним омегой, умершим во время родов, был его дедушка Клиэмэйн, после чего клан не пожалел денег на оборудование центра всем необходимым. С тех пор ни один омега не погиб во время родов.

Эмиль загрустил после таких слов. Бедный Один так старался помочь всем, но не сумел сберечь самого дорогого. С тех пор, как дед улетел на своем крейсере, Эмиль стал внимательно следить за сводками с мест локальных конфликтов. Он и не знал, как тревожна обстановка в дальних колониях, и о постоянных нападениях на Дальних рубежах. Он внимательно слушал Глена, когда тот объяснял, как можно определить участвует в данном конфликте звездный флот или нет. О местоположении «Молота Тора» можно было только догадываться по обрывочным данным, которые мелькали среди общих новостей.

На музыку оставалось совсем мало времени. Как правило, вечерами, когда Эмиль ужинал в своей гостиной, музыка тихо навещала его, как старая подруга. Он садился за рояль и, открыв крышку, замирал, глядя на клавиши. На душе было тоскливо. Помедитировав немного в тишине, он бережно закрывал крышку. Малыш грустно вздыхал в ответ, и омега, погладив его по крутому боку, отправлялся за постельным бельем. Закончился еще один день.

Неожиданно желание писать музыку возникло вместе с Брюсом Кэмпбеллом. В один прекрасный день тот постучался в дверь его гостиной с подарком в руках. Это была небольшая деревянная миниатюра, практически копия той, что он вырезал на конкурсе - две собаки и медведь на одной подставке. Только в этот раз фигурки были раскрашены и покрыты лаком.

- Я услышал, что ты хотел поставить мою скульптуру в свою комнату и поэтому решил, что она должна быть из хорошего дерева, чтобы радовала тебя не один год, - альфа растерянно топтался в комнате точно как медведь, натыкаясь на мебель и чуть не опрокинув вазу с цветами. - Сюда можно поставить?

Брюс собирался поставить миниатюру на небольшой столик возле дивана, но Эмиль перехватил ее в воздухе. Это был не столик, а тщательно замаскированный синтезатор. На инструменте лежал лист картона, накрытый сверху красивой скатертью. Эмиль, взяв миниатюру в руки, стал внимательно ее рассматривать.

- А этот медведь не выглядит беззащитной жертвой двух злобных псов. Он вполне может раскидать собак и отправится дальше по своим делам, - Эмиль бережно поставил миниатюру на Малыша и улыбнулся Брюсу. Тот смотрел на него, приоткрыв рот, и выглядел несколько растерянным. - Мне, пожалуй, потребуется сделать тебе ответный дар. Что бы ты хотел?

-Э-э, - растерялся альфа, - а, это чей рояль? Вроде бы Клиэмэйн не играл… Или я ошибаюсь?

- Нет, это мой рояль, - Эмиль улыбнулся и открыл крышку.

- Сыграй мне что-нибудь, и мы будем в расчете, - Брюс улыбнулся, как ребенок.

Эмиль удивился в очередной раз такому разящему контрасту между внешним видом грозного амбала и немного детским поведением альфы. Пальцы плавно опустились на клавиши, и Малыш обрадованно запел, он мурлыкал, как котенок, который соскучился по ласке и вниманию. Эмиль вдруг понял, что он тоже соскучился по музыке и этим чарующим звукам, которые, словно чистая вода, омывают душу, унося с собой тревоги и горести. Пальцы легко скользили, сплетая невесомую паутину звуков. Одновременно с этим из туч выглянуло солнышко, наполняя комнату теплом и светом.

- Ты похож на ангела! - Брюс с восторгом в глазах подошел и оперся о крышку рояля. - Когда ты играл, ты стал таким молодым и красивым!

- А так я старый и страшненький? - Эмиль легко рассмеялся. - Какой изысканный комплимент! Вот спасибо!

- Ой, ну, я это, - Брюс почесал свою бородку и виновато улыбнулся. - Прости, я не мастер говорить комплименты омегам. Когда я последний раз говорил омеге комплименты, то дело закончилось помолвкой! - Брюс со значением пошевелил бровями, а Эмиль в ответ только рассмеялся.

- Даже не мечтай! Я - чужая ягодка. На меня облизываться бесполезно, - пальцы омеги легко пробежались по клавишам, Малыш радостно отозвался на ласку. Эмиль понял, что вся хандра и грусть развеялись, и он опять может дышать легко и свободно. - Вот спасибо, развеселил! А то я после отъезда Одина совсем нос повесил.