Большая Советская Энциклопедия (ИС). Страница 113
Лит.: Павлов А. П., Очерк истории геологических знаний, М., 1921; Борисяк А. А., Курс исторической геологии, 4 изд., Л.—М., 1935; Мирчинк Г. Ф., Историческая геология, ч. 1, М.—Л., 1935; Мазарович А. Н., Историческая геология, 3 изд., М.—Л., 1938; Коровин М. К., Историческая геология, М., 1941; Страхов Н. М., Основы исторической геологии, ч. 1—2, М.—Л., 1948; Леонов Г. П., Историческая геология, М.,1956; Бубнов С. Н., Основные проблемы геологии, М., 1960.
Е. В. Шанцер.
Историческая школа (в полит. экономии)
Истори'ческая шко'ла, направление вульгарной буржуазной политической экономии, возникшее в середине 19 в. в Германии. Оно явилось буржуазно-помещичьей реакцией на неприемлемые для господствующих классов научные положения классической буржуазной политической экономии, на усиливавшееся рабочее движение и отражавшие его интересы социалистические теории (утопический Социализм и первые шаги научного социализма). Своё название школа получила от вульгарно-исторического метода, который ее теоретики пытались ввести в политическую экономию. Основоположник И. ш. — В. Рошер, выпустивший в 1843 книгу «Краткие основы курса политической экономии с точки зрения исторического метода». Наиболее видные представители И. ш.: Б. Гильдебранд (главная ра6ота — «Политическая экономия настоящего и будущего», 1848, рус. пер. 1860), К. Книс (основная работа — «Политическая экономия с точки зрения исторического метода», 1853). К. Маркс характеризовал И. ш. как крайнюю ступень вульгаризации буржуазной политической экономии (см. К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., 2 изд., т. 26, ч. 3, с. 528). В отличие от других школ вульгарной буржуазной политической экономии, И. ш. под давлением быстрого развития капитализма и буржуазных революций на словах признавала исторический характер социально-экономических явлений. Но вместе с тем теоретики школы пытались с помощью исторического метода обосновать тезис о вечности частной собственности на средства производства и капиталистической эксплуатации. И. ш. признавала только эволюционные изменения второстепенных социально-экономических явлений и процессов и отвергала объективную неизбежность революционного ниспровержения капиталистического способа производства. Представители И. ш. игнорировали наиболее ценное достижение классической буржуазной политической экономии — идею об объективном характере экономических законов. С этих позиций они отрицали наличие общих для всех капиталистических стран объективных экономических законов и всемерно подчёркивали неповторимость путей экономического развития каждой отдельной страны, определяемых якобы различным у разных народов «духовным началом». Отрицание закономерного характера экономической жизни общества приводило И. ш. к отрицанию самой возможности общетеоретической политической экономии, основанной на абстрактном методе исследования, и подмене её так называемой национальной экономией. По этой причине К. Маркс характеризовал И. ш. как могилу политической экономии (см. там же). Вместе с тем И. ш. не могла полностью игнорировать теоретические аргументы других школ вульгарной политической экономии, направленные на защиту интересов буржуазии. Поэтому И. ш. заимствует многие положения из предшествующих и современных им течений вульгарной политической экономии. В вопросах происхождения богатства и его распределения И. ш. стояла на позициях теории трёх факторов производства французского буржуазного экономиста Ж. Б. Сея , отрицавшей эксплуатацию пролетариата буржуазией на том мнимом основании, что нетрудовые доходы якобы создаются не рабочими, а самими средствами производства — орудиями труда, землёй и т. п. — как таковыми. И. ш. отстаивала концепцию субъективной ценности, считающую источником стоимости товаров их полезность, а не труд наёмных рабочих, затраченный на их изготовление. Прибыль представители И. ш. рассматривали в качестве особой формы заработной платы, получаемой предпринимателями за управление производством. В действительности прибыль есть результат безвозмездного присвоения капиталистами созданной рабочими прибавочной стоимости. Поэтому ее получают и те капиталисты, которые не участвуют в управлении своими предприятиями, поскольку эта функция перекладывается ими целиком на плечи наемных управляющих. Ссудный процент представляющий собой, как и капиталистическая прибыль, особую форму прибавочной стоимости, т. е. неоплаченного труда наёмных рабочих, представители И. ш. изображали как компенсацию капиталиста за «воздержание от потребления».
К 70—80 гг 19 в. И. ш. вытесняется субъективно-психологической, социально-правовой и др. школами вульгарной буржуазной политической экономии, обладающими более эффективными, с точки зрения буржуазной апологетики, идеологическими средствами. Ряд идей И. ш. используется и в современной буржуазной политической экономии.
Лит.: Маркс К., Капитал, т. 1, Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 23, с. 102, 217, 229—30, 240, 273—74, 335, 377, 628; Капитал, т. 2, там же, т. 24, с. 132—33; Капитал, т. 3, там же, т. 25, с. 245, 356, 392; его же, Теории прибавочной стоимости (IV том «Капитала»), там же, т. 26, ч. 3, с. 527—29 ,его же, [Письмо] Ф. Лассалю, 16 июня 1862 г., там же, т. 30; Энгельс Ф., [Письмо] Даниельсону, 15 октября 1888 г., там же, т. 37; Блюмин И. Г., Историческая школа в политической экономии, «Проблемы экономики», 1940, № 10, с. 129—45.
В. С. Афанасьев.
Историческая школа (в фольклористике)
Истори'ческая шко'ла в фольклористике, одно из наиболее влиятельных направлений русской фольклористики конца 19 — начала 20 вв. В отличие от мифологической школы и теории заимствования, И. ш. стремилась объяснить русский фольклор, опираясь на русскую историю, выяснить, где и когда сложилось то или иное устнопоэтическое произведение, какие исторические события лежали в его основе. Сторонники И. ш. (В. Ф. Миллер, А. В. Марков, С. К. Шамбинаго, Б. М. и Ю. М. Соколовы и др.) обследовали памятники древнерусской письменности, извлекли многочисленные параллели к былинам и историческим песням , создали историческую географию русского эпоса. Они осуществили ряд экспедиций, издали ценные сборники и своды (сборники А. Д. Григорьева, А. В. Маркова, Н. Е. Ончукова, Н. С. Тихонравова и В. Ф. Миллера, В. Ф. Миллера и Е. Н. Елеонской, своды исторических песен В. Ф. Миллера и лирических песен А. И. Соболевского и др.).
В былинах и исторических песнях сторонники И. ш. видели фрагменты своеобразной устной летописи; они стремились доказать, что былины возникли в княжеско-дружинном кругу. Несовпадения исторических событий и содержания произведений объяснялись порчей текста в крестьянской среде. Поэтическое содержание эпоса И. ш. фактически не исследовалось. И. ш. пользовалась некоторое время международным авторитетом и оказала влияние на деятельность учёных ряда стран. При всех методологических недостатках И. ш. внесла заметный вклад в науку о фольклоре, собрав и систематизировав огромный материал.
Лит.: Миллер В. Ф., Очерки русской народной словесности, т. 1—3, М., 1897 — 1924; Азадовский М. К., История русской фольклористики, т. 2,. М., 1963.
К. В. Чистов.
Историческая школа права
Истори'ческая шко'ла пра'ва, одно из течений в науке права 1-й половины 19 в. Было особенно влиятельно в Германии. В отличие от доктрины естественного права , являвшейся идеологическим оружием революционной буржуазии, И. ш. п. выступала в защиту феодальных порядков, против преобразования существующих отношений с помощью нового законодательства. Важнейшим источником права был объявлен обычай , кодификация отвергалась, а право изображалось как результат постепенного развития «народного духа»; развитие права сравнивалось с развитием языка. Сторонники И. ш. п. Г. Гуго (1764—1844) и Ф. Ю. Штоль (1802—1855) оправдывали сохранение феодальных правовых институтов, выступали против кодификации права в Германии. В значительной мере позиции И. ш. п. в Германии были проявлением националистической реакции на кодификацию права, проведенную во Франции и закрепившую завоевания буржуазной революции. Критикуя И. ш. п. за апологетику феодальных порядков и консерватизм, К. Маркс в статье «К критике гегелевской философии права. Введение» писал, что это — «школа, которая подлость сегодняшнего дня оправдывает подлостью вчерашнего, которая объявляет мятежным всякий крик крепостных против кнута, если только этот кнут — старый, унаследованный, исторический…» (Маркс К. и Энгель Ф., Соч., 2 изд., т. 1, с. 416).