Последний туарег. Страница 1

Альберто Васкес-Фигероа

Последний туарег

Alberto Vázquez-Figueroa Rial

EL ULTIO

© Alberto Vazquez-Figueroa, 2014

© Знатнова М. В., перевод на русский язык, 2024

© Издание. ООО Группа Компаний «РИПОЛ классик», 2026

© Оформление. Т8 Издательские технологии, 2026

I

Было холодно.

Очень холодно.

За полчаса до рассвета термометр показывал одиннадцать градусов, и неприятный северо-западный ветер пронизывал до дрожи набившихся на крыше грузовика людей. Вдобавок к этому сводило руки в попытке не упасть с четырехметровой высоты, когда машину в очередной раз подбросит на колдобине.

Гасель Мугтар – свое имя он унаследовал от дальнего родственника, героически боровшегося с военной диктатурой, – прекрасно знал, что в таких рейсах надо вести машину со всей осторожностью, избегая несчастных случаев. Те, кто рисковал своей жизнью среди ящиков и мешков в набитом под завязку грузовике, конечно же, осознавали свою ответственность, оплачивая проезд, но было бы досадно, а точнее сказать, позорно добраться до места назначения, недосчитавшись пассажиров.

Несчетное количество раз он был вынужден останавливаться, чтобы подобрать вылетевших на дорогу сонь, которые не потрудились привязать себя к чему бы то ни было. Больше всего ему запомнился случай, когда один парень ночью упал на дорогу и сломал ногу. Никто не заметил его отсутствия, и он был бы съеден гиенами, если б другой грузовик не подобрал его через четыре дня.

Иншалла!

На то была воля Аллаха, чтобы тот парень выжил и заучил жестокий урок, пусть и оставшись хромым.

Несмотря на настойчивые предупреждения Гаселя до начала трудного и утомительного пути, большинство пассажиров его не слушали, считая себя храбрецами. Что им бесчисленные опасности пустыни, а свалиться с грузовика – это уж точно не про них!

Когда забрезжил рассвет, пассажиры все еще стучали зубами, но прошло не больше получаса, и жгучее солнце, неоспоримый властелин пустыни, снова вернувшись на трон, прогнало холод.

Следующие два часа с прекрасной видимостью и комфортными двадцатью градусами были бы самыми подходящими для путешествия, но, как это обычно случается, лопнула шина.

Иншалла!

Честно говоря, Гасель был даже благодарен тому, что это случилось не посреди ночи. Устранять неполадки при свете фонарика, выгрузив сонных замерзших пассажиров, не самая лучшая затея.

Он заглушил мотор, поставил грузовик на ручник, выпрыгнул из кабины и, убедившись, что переднее правое колесо действительно спустилось, отошел в тень невесть как оказавшейся здесь чахлой акации – повезло.

Его верный помощник Абдул попросил пассажиров выйти и напомнил, если кто забыл, что одним из условий при посадке была помощь в случае аварий и других неприятностей.

В этом требовании не было ничего особенного. Люди садились не в автобус, следующий по фиксированному маршруту, часто по графику, а в видавший виды грузовик, и сразу было понятно, что случайностей не избежать.

Ветер, песок, разбойники, а в последнее время еще и джихадисты. Эти фанатики пытаются силой установить свои законы в стране, которая никогда не принимала никаких законов, кроме свободы веры. Все это либо увеличивало трехдневный маршрут вдвое, либо вообще исключало возможность добраться до пункта назначения.

Иншалла!

Когда случалась авария вроде этой, было принято дать водителю отдохнуть, а тяжелую работу брали на себя другие. Справиться не так-то просто: гидродомкрат тонет в песке, и единственный выход – подпереть шасси толстым бревном и выкопать яму под колесом, чтобы можно было снять его и сменить запасным. Затем яму нужно закопать и утрамбовать, чтобы колесо обрело опору, и только после этого убрать бревно обратно в кузов, к бурной радости тех, кто этим занимался.

Так было и в этот раз. Постучав по тугому колесу ботинком, Абдул налил в стакан чай из термоса и направился к акации, где дремал его начальник. Теперь они могут возобновить путь, если только начальник сочтет, что пора трогаться.

Пассажиры смиренно ждали – в их глазах человек, способный управлять таким большим грузовиком и благополучно доставить их к месту назначения, учитывая, что маршрут не из легких, был достоин самого глубокого уважения.

Как гласит старая бедуинская поговорка, самые храбрые воины потерпят поражение, если у них не будет проводника, который знает, как привести их на поле битвы.

Гасель Мугтар был хорошим проводником.

И так было всегда.

Много лет назад он водил караваны, перевозившие соль, а теперь пересел за руль шумной машины, которая, хотя и сокращала время передвижений, не могла сократить расстояния.

Со стаканом чая в руках Гасель наблюдал за тем, как Абдул и пассажиры забираются в кузов, а забравшись, с присущим бедуинам терпением ожидали, когда водитель вернется в кабину. Он еще раз вспомнил старые времена, когда тот же маршрут проделывал на спине спесивого верблюда, у которого не было педали газа и коробки передач.

Гасель был имохагом из рода Кель-Тальгимус, в чьих жилах текла самая благородная и чистая кровь, какую только можно было найти среди туарегов [1] . Вести караваны через опасную пустыню всегда считалось великой честью в его роду.

Вождение грузовика не было чем-то особенным.

Однако в тот день, когда сестра сообщила ему, что хочет выйти замуж, он был вынужден влезть в долги, чтобы обеспечить ей достойное приданое.

Гасель понятия не имел, что приданое невесты стоит так дорого, и это означало, что ему придется сменить работу. Вот как вышло, что вместо уздечки тихого дромадера теперь он держал в руках руль шумного механического монстра.

Раньше Гасель перевозил соль. В той отдаленной части пустыни, где ближайшее море прячется не за одной тысячей километров, она ценилась на вес золота. Но торговля ею оборачивалась убытками, если не перевозить ее на грузовиках, пусть ломающихся и прожорливых до бензина. Соль не портится со временем, а верблюды есть верблюды: идут медленно, питаются скудной растительностью, какую найдут, и неделями могут обходиться без воды. Однако даже караван из двухсот выносливых тварей приносил столь ничтожную прибыль, что о приличном приданом для сестры и мечтать не приходилось.

Зато владелец грузовиков платил щедро. И делал это потому, что осознавал, на какой риск идет. Всего три месяца назад два его грузовика с иммигрантами, направлявшимися в Алжир, чтобы добраться до Средиземного моря и попасть в Европу, к несчастью, сломались одновременно, и почти сотня мужчин, женщин и детей (целые семьи!) умерли от жажды после десяти или двенадцати дней блуждания по пустыне, несмотря на то что их искали военные.

Гасель знал одного из водителей. Тот был профессионалом, но даже ему не удалось избежать ужасной участи.

Иншалла!

Именно Господь в итоге указывает пути, по которым должны идти люди.

Даже туареги.

Он не спеша допил чай и вернулся в кабину. Но им снова не повезло – до наступления полудня спустилось уже другое колесо, а температура превысила сорок градусов. К счастью, рядом было подходящее для стоянки место, и Гасель позволил Абдулу снять часть брезента, закрывавшего кузов, чтобы использовать его как навес. Очень скоро солнце будет светить с западной стороны, раскаляя железо, но с противоположной стороны грузовика, обращенной на восток, тень позволит пассажирам худо-бедно переждать, пока не спадет зной. Ни люди, ни машины не в состоянии противостоять беспощадному солнцу, пока оно не начнет клониться к горизонту.

Убедившись, что с пассажирами все в порядке, Гасель Мугтар перекусил, взял висевшую в задней части салона старую винтовку и отошел подальше от чужих голосов, храпа и зловония, потому что после шести часов за рулем ему ужасно хотелось спать.