Первый пользователь. Книга 17 (СИ). Страница 1

Первый пользователь. Книга 17

Глава 1

Глава 1:

Конечно же, корпорация Алтекс, не могла стерпеть подобного унижения — потери целой планеты, тем более, ещё и кузницы кадров. Это был сокрушительный удар как по ее репутации, так и по финансам. У них же были обязательства перед огромным количеством разумных о поставке самых натуральных рабов и теперь всё срывалось. А ведь это не только безумные неустойки, но ещё и показатель того, что корпорация не может защитить своё имущество, а значит от неё можно откусывать кусочки.

Повторялась ситуация происходящая в настоящий момент с корпорацией Яр’Глакха на Ксенотопии. Я не стал пусть её на самотек, позволяя бесконтрольно расти очередному врагу и следил за ним. Вернее не я сам, а специально обученные разумные за вполне разумное количество кредитов. В общем, дела у него шли не важно. Не сумел защитить собственность — значит слаб. Это насекомое, его же сородичи уже активно проверяли на прочность, устраивая то там, то тут проблемы и сдаётся мне, что он, даже если выстоит, потеряет большую часть своих активов.

Поэтому Алтекс не могла спустить такой удар по репутации, понимая, что её дни будут сочтены, экстренно собирая силы.

Ещё и в сводках Каррика закралась неточность — помимо тридцати эсминцев, у корпорации в загашнике оказался целый дредноут — настоящая космическая крепость, наподобие тех, что были у ящеров. Узнал я об этом совершенно случайно, из сводок галактических новостей. Там мельком, на фоне других, гораздо более важных, буквально одной строкой прошло сообщение о мобилизации сил корпорации и фоном шла картинка готовящегося к отлету корабля в окружении более мелких. Уже натренированный взгляд выхватил, что мелкие — это на самом деле то, довольно крупные корабли, а на фоне полуторакилометровой громады они выглядели как мелкие сошки.

Но главное я уловил, Алтекс шли восстанавливать порядок, планируя просто сжечь очаг восстания дотла и выжечь память о нем каленым железом. Об этом кстати в видео тоже заявил их представитель. Лощёный хлыщ с эмблемой на груди, точь-в-точь, как у типчика в бункере, сейчас сидящего под охраной и ждущего своей участи.

Но что интересно, у меня складывалось ощущение, что разведка у Алтекса работает из рук вон отвратительно. Такое ощущение, что, слухи о том, кто именно стоит за захватом, до командования корпорации еще не дошли. Или же они сочли их абсурдными байками. В любом случае, неведение корпорации играло мне на руку — они готовились к подавлению стандартного мятежа, а не к войне с противником, обладающим уникальными возможностями и подкреплённого впечатляющими силами.

Но в принципе, особо расклада сил это не меняло. Ну прилетит это крепость к планете и что? Просто возьмём её на абордаж и увеличим собственные силы. Поступим так же, как Урзул’Раг с эсминцем. Он уже прилично развил свой навык управления сложной электроникой и просто переключил всё на себя, обратив все турели и прочие охранные системы эсминца против старого экипажа, заодно блокируя исходящие сигналы о помощи. С дредноутом, конечно, такая фишка не прокатит, всё же он слишком огромный — настоящий летающий город, но думаю, мы справимся.

Меня гораздо больше беспокоили другие новостные сводки, анализируя которые я понимал, что в галактике творится что-то неладное. Назревает буря.

Проблемы с пиратской империей Чарльза, были хотя бы понятны и логичны. Этот амбициозный выскочка стремительно расширял свои владения, подминая под себя десятки звездных систем. Его методы были грубы и предсказуемы, в стиле пиратских предков: с помощью Лейары, используя Уничтожитель Звёзд, проводил откровенный грабеж или силовой захват с последующей оккупацией. В каком-то смысле мы были похожи — оба стремились к росту и влиянию. Но на этом сходство заканчивалось. В отличие от него, я не душил покоренные миры непомерной данью, не выгребал все ресурсы до последней крупицы и не гнал толпы разумных под знамена силой.

Да я вообще миры не захватывал, если не считать Эльганию, но тут всё получилось случайно. Как, впрочем, с комплексом зданий на Ксенотопии. И если его действия вызывали во мне скорее раздражение, потому что я понимал мотивы и то, что им движет, то все остальное, о чем трубили новости, повергало в тревогу и полное недоумение.

Взять, к примеру, историю с Роем. Он прекратил расширяться, буквально закуклившись в уже захваченных системах, возведя вокруг них непроницаемый барьер из тысяч висящих в пустоте Охотников. Откуда только их столько взялось?

Можно было бы подумать, что это самоизоляция, но нет. Любой корабль, по неведению или специально пересекавший обозначенные им границы, мгновенно уничтожался. Новостные каналы даже показали парочку таких наглядных уроков. Эти репортажи неизменно сопровождались пояснениями с точными координатами запретных зон, чтобы никто не лез туда. Что он там строил? Что охранял? Или, что более вероятно, чего ждал?

Но Рой был лишь частью проблем, давно известной галактике. Куда более необъяснимой была продолжающаяся аномалия с исчезающими звездолетами. Счет давно перевалил за тысячи подтвержденных случаев, и с каждым днем эта цифра лишь росла. Корабли либо пропадали без следа, словно растворяясь во время прыжка, либо их находили позднее — дрейфующие призраки. Совершенно исправные, с работающей системой жизнеобеспечения, полные припасов, но абсолютно пустые. Ни единого признака борьбы или внешнего воздействия. Словно весь экипаж и пассажиры, в один миг, синхронно приняли решение выйти в открытый космос. Без скафандров. Эта мысль, растиражированная всеми новостными каналами, вызывала шквал паники и акции компаний перевозчиков сильно просели в цене, отчего рынок, в общем и целом, сильно пострадал.

Я каждый день с облегчением отмечал, что наши корабли пока не пополнили эту статистику, но тенденция была устрашающей, и вопрос, когда везение закончится, начинало казаться лишь вопросом времени. В воздухе витало ощущение ловушки, которая вот-вот захлопнется. На всякий случай отдал приказ нашим, чтобы в полёт все отправлялись только с откатившимися порталам и имея защитные браслеты, чтобы если что — суметь хотя бы сбежать от неведомой опасности.

И на фоне этого нарастающего безумия, остальные разумные расы, словно стадо животных, почуявших приближение лесного пожара, начинали метаться и в панике сталкиваться друг с другом. Новостные ленты пестрели сообщениями о вероломных нападениях, превентивных ударах и актах геноцида. Старые, веками складывавшиеся союзы рассыпались как карточные домики, а новые заключались на ходу, скрепленные лишь сиюминутной выгодой и общей паранойей. Они были недолговечны, нарушаемые другими сторонами с ошеломительной скоростью.

Галактика, медленно, но, верно, погружалась в хаос, и счет смертей рос уже лавинообразно, угрожая смести все на своем пути.

Единственным лучом света лично для нас оставалась позиция двух гигантских звездных империй, контролирующих звёздные рукава галактики. Пока что они, к моему удивлению, прислушивались к словам эльфов и держали свои армады на почтительном расстоянии от Земли. Но это была ненадежная передышка.

Я прекрасно понимал, что это всё временно. Если вся галактика запылает в горниле войны, то всем станет плевать на теневых правителей галактики. Утихомирить всех у них сил явно не хватит, а под шумок, ушастым может хорошо так достаться.

Однако в данный момент у меня, если отбросить глобальные тревоги, находились вопросы более насущные. Мне нужно было готовиться к отражению грядущего нападения.

Мысль просто свернуть деятельность, даже не приходила в голову. Я не мог бросить местных разгребать последствия моего же вмешательства. Без меня их бы просто смяли и уничтожили, а вся планета превратилась бы в пепелище. Поэтому, хочешь не хочешь, приходилось разбираться в текущих проблемах. Раз уж я заварил такую кашу.

Вообще, чем больше я разбирался в местных делах, не зависимо от своего желания погружаясь всё глубже и глубже в дурнопахнущую клоаку под названием политика, тем больше убеждался во мнении — что всё делаю правильно. Помимо торговли специалистами, корпораты активно разрабатывали недры планеты, широко эксплуатируя труд местных, не делая скидку на возраст и пол. В шахтах, в которые наведался по просьбе Рийсы, глубоко вникающей в проблемы местных, я своими глазами видел измождённых детей и женщин, и первым делом занялся промышленным производством регенеративного геля для исцеления населения. И это помогло. На обычных, не инициированных разумных он действовал с ошеломляющей силой — одного тюбика, принятого как обычная еда — хватало на то, чтобы вытащить организм даже с края смерти. Несколько — позволяло отрастить отсутствующие конечности.